Делец - Андрей Игоревич Буянов

и ее неплохо было бы разработать… ВВот на слове «разработать» меня и посетила светлая мысль, а не интегрировать ли в нашу систему наш старый комплекс для проектирования космических судов, который мы со времен строительства «Скифа» и не трогали совсем, а он меж тем вот на складе лежит, как раз так благополучно девушками найденный. Вот пусть теперь разрабатывают нам универсальный фрегат на базе аварского пятого поколения. А кто хочет, может еще и истребитель многофункциональный к нему собрать и вот всё это в связке обкатать в симуляторе, благо Аран искин пока не сильно занимал расшифровками мнемообразов. Хотя надолго их с кораблями не хватило, и довольно быстро всё скатилось к проектированию дроидов-слуг, вот об их облике и функционале и были наиболее жаркие женские баталии.

А ведь был еще и Боб со своими пионцами. Вот им как раз бухать никто не мешал, и они, собственно, все первые дни не просыхали. Сидели себе на пассажирской палубе, изолированные от всего мира, и уничтожали прихваченный с собой стратегический запас алкоголя. Их все жалели, даже Аран, который спускался к ним каждый день уложить с помощью дройдов невменяемые тела в обычные, не сильно новые медкапсулы, которые на складе нашлись, видимо, либо кто-то прихомячил несознательно, но, скорее, перепродать просто забыли в суматохе. В этих капсулах те приходили в себя, отдыхали и вылезали, чтобы снова начать заливать свое горе спиртосодержащими жидкостями. Док им даже в экспериментах с расшифровкой мыслей или пределом регенерации поучаствовать почти не предлагал. Так вот, тоже проникся. К слову, жены этих шахтеров пили не хуже, чем их мужья, а дети были по случаю войны погружены в криосон, и никто пока не собирался их размораживать. Очень разумное решение! Случись у нас на Пионе провал, и они с огромной долей вероятности остались бы в живых. Да, возможно, в роли рабов, если победу одержали бы аварцы. А может, и нет, если победит кто-то другой. Но в любом случае это лучше, чем смерть от удушья в вакууме или сгореть в обломках станции.

В общем, так и летели тихо-мирно, влетали в систему, потом по ней до точки экономичного прыжка в ее другой край к новой точке перехода. Попутно сканировали системы, отбиваясь от навязчивых предложений поторговать, в основном купить хоть чего-нибудь. Фронтир же жил своей жизнью, ему на то, что где-то там четыре флота ожесточенно рубились за станцию, вообще фиолетово. Сновали туда-сюда космические корабли в основном третьего — пятого поколений, грозно висели космические станции, собранные на орбитах более или менее развитых планет, как правило, на основе корпусов линкоров и крейсеров прошлой большой войны. Правда, кое-где всё было куда серьезнее, и в одной из систем мы столкнулись с очень оживленным трафиком на полноценной бывшей имперской большой базе снабжения возле одной из лун газового гиганта. Там и две планеты были заселены, а силы самообороны нас невзначай сопровождали до точки обратного перехода. То есть всё как у нас, то есть как там, где мы жили, пока много о себе не возомнили, — люди как смогли, но заселили всё, до чего смогли дотянуться и откуда торговать с Содружеством было хоть сколько-то рентабельно. Охо-хох, что-то мне кажется, что рентабельность и наш форпост — вещи очень слабо совместимые…

Мы с Ивой лежали в постели, общаясь после рабочей смены — железное правило всех больших и средних кораблей, муж и жена всегда работают в одну смену. У малых возможны варианты, но там совсем другая история, не наша уже совсем. Ива с упоением рассказывала мне о том, как это, оказывается, интересно — что-то конструировать, а не строить планы захвата рынка или очередной дипломатической каверзы злостным соседям. Я довольно улыбался, закрыв глаза, и, почти не слушая, думал, что, наверное, именно так и должна выглядеть семейная почти идиллия… Почти — это потому, как с моей точки зрения в семье обязательно должны быть дети. У нас вот пока нет, да и некогда, если честно, со всеми этими злоключениями…

«Срочно на мостик!» — пришло сообщение от искина, и я, как ужаленный, подскочил, влез в комбинезон и бросился на мостик, если что, то скафандр пилотский там есть. Но вопрос, скорее всего, просто любопытный, а никак не серьезный, был бы серьезный, пометка в сообщении была бы другая. Ива, кстати, тоже туда подтянется, но только попозже, уж ей-то спешить особо некуда, разве что из любопытства.

Влетел на мостик и плюхнулся в капитанскую капсулу, что тут у нас, нас атакуют или еще что интересное? И да, нас действительно атаковали два рудовоза…

— Это что за поронота, Серега! Ты хоть снимаешь? А то потом байки травить будем, никто ведь не поверит… — с любопытством посетовал я, усаживаясь в первом ряду, то есть погружаясь почти полностью в капсулу. Смотрю, уже и остальные члены экипажа заняли свои штатные и резервные места, даже Ива в своей улеглась, всем любопытно, как рудовозы нас будут догонять.

И вот когда все уселись и принялись усердно смотреть, контейнеры рудовозов раскрылись, и из них вылетел целый рой малых кораблей. Нет, не классических истребителей или перехватчиков, именно малых кораблей разной направленности, но зато в завидном количестве. Угрозы от них все же не было — мы на крейсерском ходу, и если не станем гасить скорость, нас им даже так не догнать. Тут вопрос в другом: неужели они сами этого не понимают?

Прекрасно понимали, потому как прямо по курсу выскочил из-за малой луны очередного газового гиганта старенький крейсер и помчался нам наперерез. Да, его старые движки скорость выдавали с нашей не сравнимую, ну так он и не догонял, он шел навстречу и чуть под углом.

Анна уже накинула на него схему огневого поражения главным калибром, причем опять они с искином не сошлись во мнении, и целики весело двоились, как бы споря: «Выбери меня!». Серега было внес корректировку по курсу, но потом сверился с расчетами и плюнул, ровным счетом ничего не сделав. Мне вот тоже становится всё интереснее и интереснее, что эти аборигены собрались делать? Они что, не видят, что межсистемник вообще-то не старый, а значит, как минимум системы обороны у него на уровне. То есть на уровне совсем не для них…

— Если еще ближе подлетишь, я тебя спалю и даже не почешусь, — бросил я в эфир, перед тем как активировать первую башню главного калибра. А чего? Они же к нам не