Сага о принце на белом коне. Книга 1 - Юлия Стешенко

– Не особенно. Собеседник из него так себе, – неуклюже пошутил Торвальд, дернув ртом в короткой улыбке. – Вот тут вот еще почисть, – он развернулся, подставляя заляпанный грязью бок. – Не приведи боги мать увидит – орать будет.

– Думаешь, она не узнает?

– Узнает, конечно. Но не сегодня.

– Да. Хватит с тебя сегодня битв и сражений.

– Особенно тех, в которых не выиграть, – Торвальд, закатив глаза, высунул язык и скорчил рожу. Ива от неожиданности хихикнула, Торвальд, почему-то смутившись, тоже улыбнулся. – Финна, она… Иногда с ней сложно.

– Мама… С мамами всегда так, – понимающе кивнула Ива. – Торвальд…

– Что?

– Спасибо. Что закрыл.

– Да ладно тебе. Ерунда. Просто немного в грязи извалялся, – на лице у Торвальда странно смешались смущение и самодовольство.

– Ты действительно не разглядел стрелка?

– Он в капюшоне был. Роста высокого, вроде бы светловолосый. И что нам это дает?

– Ну да. Ничего. Здесь почти все такие… – Ива нахмурилась, прикусив губу. – Левша?

– Понятия не имею. Лук в правой руке держал, но это, в общем, ни о чем не говорит, – Торвальд, отвязав кобылку, развернул ее мордой к выезду. – Помочь?

– Не надо. Сама справлюсь.

Можно было, конечно, принять предложение, и Торвальд подсадил бы ее в седло, но прямо сейчас эта игра казалась лишней и неуместной.

Задрав ногу в стремя, Ива ухватилась за луку седла и несколько раз мелко подпрыгнула, примериваясь. Наверное, эти прыжки со стороны выглядели глупо, но Торвальд даже не улыбнулся. Решившись, Ива резко толкнулась, напрягла руки и тяжело, неуклюже забросила себя в седло. Кобылка, всхрапнув, переступила ногами, и Торвальд потянул повод, похлопал ее по шее.

– Ну-ну-ну, тихо, тихо. Ты молодец, – точно таким же движением он похлопал Иву по колену и передал ей поводья. – Возвращаемся домой.

С молчаливым, выжидающим любопытством Ива наблюдала, как Торвальд, выехав со двора, повернул не влево, а вправо. Вместо того, чтобы пересечь город, они выехали на кружную дорогу, тянущуюся вдоль сжатых, поросших короткой стерней полей. Вроде бы невзначай отстав, Торвальд сразу же догнал Иву, но пристроился не по правую руку, где было достаточно места, а слева, заставив озадаченную кобылку подвинуться.

– Какое у вас, оказывается, полезное колдовство имеется, – начал любезную беседу Торвальд, аккуратно отгораживая Иву от чернеющих в сумраке зданий. – А жирные пятна оно убирать может? А дырки чинить?

Ива, старательно изображая беззаботность, отвечала – подробно, обстоятельно объясняя, что чистящее заклинание разделяет материю на элементы, позволяя сепарировать и удалить только определенную их категорию – благодаря этому с фаянсовых тарелок исчезают остатки пищи, но не глазурь. Заклинание, убирающее дырки, тоже обладает сепарирующим эффектом, но, разделив элементы, оно восстанавливает в них разрушенные связи. Именно поэтому нити, из которых состоит ткань, соединяются в правильном порядке, а не слипаются, к примеру, в единую массу.

Торвальд внимательно слушал, задавал уточняющие вопросы и, кажется, искренне пытался разобраться. Но взгляда с молчащих черных домов не сводил. Ива дождалась, когда разговор и наблюдение за территорией загрузят всю оперативную память…

– Ты так уверен, что в тебя он не выстрелит?

– Вряд ли. Хотел бы – в коровнике пристрелил бы. Вот троллья жопа! – то ли гневно, то ли изумленно выругался Торвальд. – На чем я прокололся?

– Ни на чем. Но ты же не думаешь, что я полная дура?

– Нет. Не думаю. Но ты женщина. И чужачка. Как ты сообразила?

– Да очевидно же все. Стрелок знал, что мы приедем поглядеть на тело. Значит, он занял позицию заранее.

– Может, он забрался в коровник, пока мы в доме были? – в прищуре Торвальда проглядывала плохо скрываемая насмешка, и причин ее Ива не понимала.

– Нет. Тебе пришлось ждать меня у охранника. Мы приехали позже расчетного времени, а стрелок определенно знал о твоих планах. Значит, он залез на чердак… наверное, больше трех часов назад.

– Я бы сказал, что больше четырех.

– Почему?

– Я поднимался на чердак. Ничего не нашел, но потрогал солому. Она сухая.

– И?

– Если бы стрелок попал под дождь, с него натекло бы.

– А дождь начался около четырех часов назад.

Слышать от Торвальда логические выкладки было… странно. Не то чтобы Ива считала его тупым. Просто никогда не задумывалась о том, глуп он или умен. Здоровенный, красивый, осиянный аурой сурового нордического героизма, Торвальд сразу же занял место в картотеке готовых образов. И никакой особенной интеллектуальности это место не предполагало.

А оно вон как.

Ива помолчала, пристраивая в голове эту новую мысль.

У Торвальда есть мозги. И эти мозги могут выдавать вполне себе дельный результат.

– Кто знал о том, что ты поехал за мной?

– Тьяльви. Нанна, жена Тьяльви. Их дети, слуги, рабы.

– Все гости, пришедшие проститься с покойником. Соседи.

– Весь гребаный город, чайки в море и белки в лесу, – закатил глаза Торвальд. – Да мне и в голову не пришло, что эти планы нужно в секрете держать!

– Мне тоже, – признала Ива. – Не понимаю, чем я не угодила стрелку?

Претензии у него были именно к Иве. Очевидно, как дважды два. Если бы стрелок хотел убить Торвальда, зачем ему выжидать тот редкий момент, когда в город приедет магичка с шахты? Торвальд все время мотается туда-сюда, стреляй – не хочу. Это раз. И два – он не пытался убить Торвальда, когда тот побежал к коровнику. Может, конечно, испугался… Но вряд ли. Скорее всего, действительно не имел намерения стрелять в сына ярла. Только в ведьму-чужачку.

Как и предупреждал Барти.

Трам-пам-па-а-ам…

– Полагаю, убийца боится, что ты сможешь поговорить с душами мертвых, – Торвальд, обдумав вопрос, после долгого молчания все-таки выдал ответ.

– Но я не могу!

– Он об этом не знает. А предположение выглядит разумным.

– Ну да. После Альдис-то.

– Вот именно. Попробую завтра рассказать там-сям по секрету, что мертвых ты поднимать не умеешь. Только в землю укладывать. Ты же не против?

– Шутишь? Я за! Поднимайся завтра пораньше, выходи в город и всем рассказывай, что я очень слабая ведьма. А общаешься ты со мной только по дипломатической надобности. Пытаешься завязать дружеские отношения с торговыми партнерами и все такое.

Лицо у Торвальда странно дернулось.

– У тебя странные шутки.

– Шутки?! Эй, в меня стреляли! Вот такая вот железная хреновина, чуть бревно не сломала! – Ива жестом опытного рыбака обозначила размеры хреновины.

– Ну не такая, положим. Вот такая, – Торвальд экономно развел пальцы. – Да и столб не особенно пострадал. Но проблема серьезная, согласен. Подумаю, как это можно поправить.

– Ой. Мы приехали, – металлическая решетка периметра выросла перед Ивой так внезапно, что она дернула за поводья.