Эйлирия. Мужья Богини - Тина Солнечная

Его чёрные, как сама ночь, глаза чуть сузились, пробегаясь по моему лицу, словно изучая каждую реакцию.

— Раньше тебе нравилось, когда я так тебя называл, — ответил он тихо, а в его голосе прозвучало что-то далёкое, почти призрачное.

Я напряглась.

— Очень давно, — он скользнул взглядом вниз, туда, где его пальцы покоились на моей талии. — Тогда ты вела себя иначе. По-настоящему. Без всего этого фарса, или мне только казалось…

Я не знала, что ответить.

Он говорил не со мной.

Он говорил с той, кого я подменила.

Но хуже всего было то, что я чувствовала правду в его словах.

Астерон поднял взгляд, и в его глазах я увидела что-то неожиданное.

Горечь.

Словно я напомнила ему нечто утерянное.

— Ты ведёшь себя так, что я вспомнил то время, — добавил он, и уголки его губ дрогнули, но в улыбку так и не сложились.

Я смотрела на него, и что-то внутри болезненно сжалось.

Неужели когда-то Эйлирия была другой? Неужели они были другими? Она любила его на самом деле?

И что же с ней случилось тогда, что превратило её в ту, кого все так презирают?

После танца мы вышли на балкон, и прохладный ночной воздух мягко коснулся моей кожи, словно пробуждая из плена чужих эмоций. Небо раскинулось бесконечным полотном, усыпанным звёздами — они здесь были огромными, переливались живым светом, будто наблюдали за нами, пульсируя в такт биению сердца.

Я глубоко вдохнула, пытаясь успокоиться.

— Я удивлён, — произнёс Астерон, вставая рядом. Его руки легко опустились на перила, пальцы расслабленно скользнули по камню, но в позе не было и тени расслабленности.

— Чем же? — я чуть повернула голову, изучая его профиль.

Он выглядел... спокойным? Нет, скорее задумчивым. Его глаза отражали звёздный свет, и на миг мне показалось, что во взгляде промелькнуло что-то более глубокое, чем просто изучающий интерес.

— Ты ведёшь себя не так, как обычно, — произнёс он, не поворачивая головы, будто хотел дать мне возможность почувствовать эти слова на вкус, прежде чем ответить.

Я перевела взгляд к небу.

— Перемены случаются.

— Не с тобой.

Я замерла.

Он изучал меня.

Пытался понять.

И я не могла позволить ему узнать правду.

Я медленно развернулась к нему, позволяя губам изогнуться в той самой улыбке, что, возможно, была бы уместна на лице настоящей Эйлирии — лёгкий вызов, скрытая игра, тонкая нить провокации.

— Может, я просто захотела посмотреть, как ты будешь реагировать, — мой голос был мягким, но наполненным намёком.

Астерон тихо рассмеялся, но в этом смехе было что-то опасное, пробирающее до глубины души.

И тогда он шагнул ближе.

Медленно, размеренно, будто проверяя, насколько далеко я позволю ему зайти.

Я замерла, сердце замерло вместе со мной.

Его пальцы легко коснулись моей руки, скользнули по коже едва уловимо, но этот невесомый жест оставил за собой тёплый след. Я не ожидала, что простое прикосновение способно заставить дыхание сбиться.

— Знаешь, что самое странное? — голос его стал ниже, тише, но в этой тишине звучала сила.

— Что? — мой голос прозвучал чуть хрипло.

— Мне нравится.

Я не успела осмыслить эти слова.

Потому что в следующее мгновение его губы накрыли мои.

Поцелуй был глубоким, властным, тёмным.

Не таким, как у моих мужей.

У них было желание, страсть, иногда нежность.

Здесь было обладание.

Здесь была власть.

Но мне не было противно.

Я не отстранилась.

Более того — я ответила.

Не задумываясь, подалась вперёд, позволяя ему сильнее прижать меня к себе.

Его пальцы прошлись по моей талии, и я ощутила, как внутри вспыхнул странный огонь.

В этот момент я осознала, что до этого не видела его таким.

Сдержанным, но при этом таким жадным.

Я чувствовала, что он хочет большего, но что-то сдерживает его, словно он сам удивлён тому, что происходит. И я тоже хотела… Хотела продолжать целовать его слегка шершавые губы, позволять его языку проникать в мой рот. Хотела ощущать этого бога так близко, как только это было возможно.

Когда он наконец отстранился, в его глазах вспыхнул тот самый тёмный огонь, который обещал слишком многое. И, я уверена, он отзывался с тем, что Астерон видел в моих глазах.

Но выражение лица оставалось спокойным.

— Это ничего не значит, — сказал он ровным, почти безразличным тоном.

Я не ответила.

Я не знала, что сказать. Для меня этот поцелуй значил целую бездну всего.

А потом он добавил:

— Я всё равно потребую своё.

Я сделала вид, что это не вызвало во мне тревоги.

Но сердце гулко ударилось о рёбра.

Астерон не сказал ни слова, просто взял меня за руку, и пространство вокруг нас снова изменилось. Поток магии обволок нас, и в следующее мгновение я оказалась в другом месте.

Я огляделась. Это явно были его покои — величественные, просторные, с высокими окнами, через которые пробивался мягкий свет. Стены украшали тонкие резные узоры, мерцающие в полумраке, а в центре комнаты возвышалась огромная кровать, покрытая тяжелыми тёмными тканями с вышитыми узорами, которые складывались в причудливые символы.

— Ты переночуешь здесь, — спокойно сообщил он.

Я не возражала, хотя точно понимала, что Эйлирия должна была. Закатила бы скандал и требовала гостевые покои. При чем шикарные и еще с какими-то штуками.

Но. Что-то во мне всё ещё горело после поцелуя, тянуло ко льду его прикосновений. Это было почти раздражающе.

Я медленно прошла по комнате, чувствуя, как он наблюдает за мной.

Подняв бровь, я с легкой насмешкой все же спросила:

— А ты не собираешься выделить мне гостевые покои?

Астерон чуть усмехнулся.

— Нет.

Я ждала продолжения, но его не последовало.

И тут я поймала себя на мысли, что даже не хочу протестовать.

По-прежнему пульсирующее желание подстегнуло меня сыграть в его игру.

Я изящно вздернула подбородок, позволив губам изогнуться в лёгкой улыбке, и, нарочито виляя бедрами, прошла вглубь спальни.

Астерон молча смотрел, но я чувствовала его внимание каждым нервом.

— Скоро вернусь, — произнёс он и исчез в темном разломе перехода.

Я осталась одна.

Глубоко вдохнула, будто пытаясь выдохнуть всё напряжение, и направилась в ванную.

Она оказалась столь же роскошной, как и комната. Высокие колонны, покрытые гладким камнем, небольшие светящиеся кристаллы, вмонтированные в стены, создавали мягкое освещение.

В центре — просторный бассейн с водой, источающей лёгкое тепло.

Я сбросила одежду и вошла в воду.

Тепло мгновенно расслабило тело, наполняя его приятной неги.

Но даже вода не могла смыть с меня ощущения его прикосновений.

Я прикрыла глаза, вспоминая,