Шанс на счастье. Перерождение гадкого утенка - Виктория Хорошилова

Кабинка была просторная, и такие выдвижные полочки для женских мелочей — просто мечта, видно, что продумано для женщин. Посмотрела ещё свой туалет: над умывальником большое зеркало со светом по периметру. На стене крепление под электрическую щётку с выведенной зарядкой и стаканчик для зубной пасты. Так же на стене электронный диспенсер для жидкого мыла. На удобной высоте висит чистое полотенце. Рядом с раковиной просторная ванна, явно можно вдвоём полежать и не просто полежать.

Зашла в общую ванную комнату. Через стенку от моего умывальника было два длинных умывальника на четверых. Под ними полочка для чистых полотенец, вспомнила, что у меня под умывальником тоже такая же. Дальше был ряд из четырёх душевых без перегородок, были только внешние, и они же дверцы входа. Дальше были четыре кабинки для уединения. В отдельной комнате у нас была постирочная, и в ней уже стояли по две стиралки и две сушилки. И сушилка для вещей, что нельзя сушить в аппарате. Тут же были выдвижные корзины для сортировки грязного белья. И тут же были удобные полочки для складывания и сортировки чистого белья. Так же тут был шкаф с разной химией и её запасами. Шкаф, что предусмотрительно имел возможность закрываться на ключ. Сразу позаботились о будущих детях.

— Продумано как! — сказала с восторгом. — А где у нас гардероб?

Мне показали мою личную гардеробную комнату, тоже выход из моей комнаты. Тут уже были все мои вещи, парни как-то успели распаковать и развесить их.

— А ваши вещи где?

— Выход из общей комнаты. У нас теперь тоже у каждого есть своя небольшая комната. Вдруг кто поздно вернётся, чтобы остальных не будить. Или мало ли захочет побыть один, тоже нужно своё место.

Кивнула, соглашаясь. Общая спальня была просторная, и в ней была громаднейшая кровать с девятью подушками и четырьмя одеялами. Потом я заметила какое-то странное кресло, что стояло рядом, накрытое пледом.

— А это что?

Мои парни дружно смутились. Подошла, стащила плед. Это что-то похоже на кожаную кушетку, но там, где ноги кладутся, оно раздвигается.

— Это кресло для секса. Вот это называется «ноги», они могут сгибаться, чтобы удобно было становиться на колени, и можно настроить высоту всего кресла для того, чтобы удобно было любить тебя.

Моё лицо тоже уже пылало. Ярослав с пульта показал, как настраивается кресло, и любить тут могут и на коленках, и на спине, удобно раздвинув и приподняв, так чтобы им удобно было стоять и двигаться.

— Хочешь испытать?

— Как-нибудь, — сказала хрипло. — Сейчас у меня тело болит так, что лишний раз не хочу двигаться.

— Так-с, срочно тебя в ванну.

— Ребят, а где Трор?

— О, у него своя комната, в другой части квартиры, там несколько гостевых с туалетами и душем. Если мы будем шалить, он будет в достаточном удалении. Но у него есть монитор для наблюдения за входом в квартиру и обязательно на лестничную площадку.

Мне быстро набрали ванну и уложили расслабляться. Эмиль взял на себя заказ продуктов и готовку из того, что есть. Ванна помогла прийти в себя. Том помог выбраться из неё, высушиться и даже одеться. А уже перед сном мы испытали новое кресло. Приглушили свет до минимума, и я стала на коленки в него. Меня умело возбудили, а потом долго любили. Даже перевернули на спинку и показали, как удобно ласкать и любить уже в этой позе. Давно я не слышала этих прекрасных влажных шлёпков. Казалось бы, мы недолго жили у родителей, а словно вечность близости не было.

— Ещё, ещё, — просила капризно своих мужчин.

Они и рады любить с полной самоотдачей. Утром пошевелиться было сложно, но их нежные поглаживания быстро переросли в чувственные ласки и мягкое проникновение. А потом снова влажные шлёпки и мои стоны удовольствия с просьбой не останавливаться и брать меня ещё и ещё, и можно пожёстче. После множества оргазмов за утро тело было очень расслабленным и вялым. Меня выкупали в душевой и бережно высушили. Потом помогли одеться.

Немного было неловко за завтраком при Троре. Но тот делал вид, что не знает, что молодые могут делать дома у себя в спальне. Состояние было крайне ленивое, и ничего не хотелось делать. Позволила себе отдохнуть после вчерашней тренировки и активной близости за вчера и сегодня. Казалось, только прилегла и сразу уснула, проснулась от естественных потребностей организма. В ванной с сожалением поняла, что хоть и с запозданием, но начались эти дни. Всё же хорошо, что вчера выложила остатки своей заначки по средствам женской гигиены. Сразу ими воспользовалась. А вот одежду и постельное пришлось отправить в стирку, себя я отмыла сразу же. Переодевшись, пошла на кухню, посмотрела, что есть. Эмиль приготовил для меня обед. На телефоне от него нашла сообщение:

«Если хочешь приготовить, мы не против, если нет, то я сделал заготовку на вечер, которую просто поставить в духовку».

Подумала, что хочу приготовить, хотелось сладкого, но торт, если готовить, то такой, что через пару часов будет готов. Вспомнила рецепт медовика и посмотрела, что для него есть — только мука. Потому составила небольшой заказ, заодно добавила средства женской гигиены. Покупки получил Трор лично и принес мне на кухню. Я сидела в кресле с ноутбуком.

— Как самочувствие?

— Терпимо. Тортик буду готовить.

Он просто кивнул. Быстро разобрала покупки по местам и стала готовить. К приходу женихов торт уже стоял в холодильнике, пропитывался, а заготовка от Эмиля уже стояла в духовке. Меня все по очереди обняли и поцеловали. Вкусные запахи быстро уловили. Порадовались новой сладости. Сегодня ушла пораньше отдыхать в свою комнату.

— Милая, у тебя всё в порядке? — зашёл Марк.

— Да, я просто посплю ближайшие дни отдельно.

Он понял как-то без слов, почему. Подошёл, обнял нежно.

— Ты переживаешь из-за этих дней?

— Я думала, у нас сразу получится.

— Милая, это был бы слишком большой подарок для нас! Помогу тебе чистое постельное надеть.

Уснула в итоге я с Марком, он остался на чуть-чуть, а потом и на всю ночь. Утром проснулась от его ласковых поцелуев.

— Как ты, любимая?

— Ноги уже терпимо себя ощущают, интересно, что тренер сегодня придумает.

— Предупреди его, что у тебя эти дни, он будет более внимательным.

— Я не смогу, сгорю со стыда, — сказала сипло.

— Хорошо, я