Кухарка на задании - Инна Комарова

его единственного наследника? Вот, мы подошли к главному моменту. Об этом преступник даже не задумался. Осип, это всего лишь мои логические размышления, предположения, которые могут натолкнуть тебя на мысль, что организатор преступления намеренно втянул в дело сына и заставлял его убивать девушек. Надеюсь, ты понимаешь, что моим рассуждениям ещё предстоит найти подтверждение. Тебе придётся не только провести глубокий анализ, но и расширить поиски, чтобы не затягивать расследование. Мы не можем быть уверенными, что он остановится на трёх смертях. Такие жестокие люди сжигают все мосты за собой, ради достижения собственных целей. Сколько таких случаев было в моей работе. Не пересчитать. Вот послушай, на заре моей практики в сыске пришлось столкнуться нос к носу с таким убийцей, который чужими руками жар загребал. Своих близких зарезал, когда они воспротивились молчать и тем более принимать участие в его злодеяниях. Можешь себе представить? Варвар.

– Какой ужас! Он был психически болен?

– Да, Осип, это было очень страшно. Трупов не сосчитать.

– Василий Львович, вы хоть его остановили?

– Конечно, остановили, но погибших вернуть не смогли, сам понимаешь.

– Грустно.

– Чему ты удивляешься? Наша работа сопряжена с печальными событиями. Мы обязаны действовать оперативно и решительно, чтобы жертв было, как можно меньше.

– Понимаю и сам к этому стремлюсь. Пока одни вопросы.

– Ищи его, Осип, ищи. Не останавливайся ни на минуту. Ты обязан найти и обезоружить преступника. Честно говоря, по совести, я таких бы уничтожал на месте. Но права на это не имел, и ты не имеешь.

– Да, ваша правда, учитель. Буду искать. Он должен получить заслуженное наказание. Спасибо вам, дорогой Василий Львович. Благодаря вашим размышлениям, многое в голове прояснилось.

– Успехов тебе, мой дорогой. Поезжай, небось и дома сегодня не был.

– Как на рассвете выехал, так весь день в пути и беседах.

– Такая работа у тебя. Не взыщи. Сам выбирал. Пойдём, провожу. Ты хоть ел что-то?

– Да, княгиня заставила отложить дела и сотрапезничать с ней.

– Понимающая свидетельница. Так и надо.

– Благодарю вас, Василий Львович, вы мне очень помогли.

– Поезжай. Удачи тебе.

– Благодарю.

***

Цель близка

Однажды, когда барона де Кардье не было дома, а Полина занималась готовкой блюд к ужину, она разговорилась с подсобной работницей, которая на кухне мыла посуду.

– Агафья, ты была знакома со служанкой, которая погибла?

– С Пелагеей, что ли? – спросила посудомойка.

– Да.

– Я не была с ней близко знакома.

– А я слышала, что служанку убили.

– Не убили, а отравили. А может быть, задушили. Нам точно не сказали. Я украдкой слышала.

– Откуда тебе известны такие подробности? Очень странно.

– Так барина нашего тысячу раз пытали в полиции. Я слышала их разговоры. Нас тоже допрашивали. Следователь тогда молодой был, странный. Он сказывал, что их специалист определил: служанка умерла по причине отравления, кто-то подмешал ей яд в чай. Не знаю, правда ли это? – сникла она. Увидев во взгляде госпожи недоверие, подсобная работница стала оправдываться:

– Полина Капитоновна, клянусь вам, я не нарочно, специально не

подслушивала. Допрашивали всех без исключения, потом шушукались по углам, и поговаривали то там, то тут, что не просто убили её, а отравили! А служивые между собой говорили, что якобы задушили Пелагею. Страсть-то какая, барышня! Кто знает, что там на самом деле было? Ночью все спали.

– Бедная, как мне её жаль. Кто убийца, знаешь?

Девушка отвлеклась на свои мысли и не сразу ответила Полине.

– И мне очень жалко погибшую. Она хорошей и такой доброй была,

никогда никого не обижала. Работу выполняла с удовольствием и всегда на совесть. Мне потом служанки о ней многое рассказывали. А как она познакомилась случайно с этим парнем, всё время грустила, плакала и за короткое время вся высохла.

– А кто он этот парень? Ты его видела? – дознавалась Полина.

– Ни разу.

– Пелагею жалко. Может, это он её отравил?

– Не могу знать, Полина Капитоновна. Как же парень мог это сделать, если ни разу не был в этом доме?

– Я подумала, возможно, она с ним куда-то ходила.

– Пелагея выходила из дома только по воскресеньям, когда утром на службу в храм шла. Глубоко верующей была. У них вся семья такая. Об этом все знали и не препятствовали ей.

– Ты имеешь в виду храм, который недалеко от имения находится?

– Да. Ей некуда было идти: ни родных, ни близких у неё тогда уже не осталось. Все умерли. Какая-то болезнь поразила всю семью.

– А в какой комнате она жила?

– Зачем это вам, Полина Капитоновна? – спросила посудомойка и взглядом вцепилась в девушку.

– Подумала, а вдруг она оставила какой-то знак.

– Какой ещё знак? Что вы такое говорите? Не пугайте меня.

– Ты рассуждаешь, как старушечка. Иногда, когда человек чувствует опасность, он намеренно оставляет какой-то сигнал, чтобы его нашли и спасли. Так и в этом случае могло быть.

– Загадками говорите Полина Капитоновна. Я такого никогда не слышала. Спросите у экономки нашей, она всё знает.

– Спасибо, кстати давно её не видела. Где она?

– У неё выходные. Антуан Витольдович по первой просьбе отпускает экономку проведать дочь и внуков.

– У неё есть семья?

– Ну конечно. Она трудится, чтобы семье помогать.

– Так зачем она живёт здесь?

– Её дочь очень больна, ей нужна помощь, чтобы сиделку оплачивать и детей растить. Где они возьмут средства на жизнь? А так наш барон платит экономке хорошее жалованье, всегда выручает, помогает, чем может. А она, отдавая деньги, поддерживает свою семью, продлевает дочери жизнь и няне платит за то, что та смотрит за внуками.

– Грустная история. Жаль их.

– Вы правы, Полина Капитоновна. Очень грустно.

…………………………………………

Тем же вечером Полина, увидев перед ужином экономку, решила разузнать у неё:

– Мирослава Игоревна, простите, что отвлекаю от дел. Вы знаете, меня мучает вопрос, за что убили служанку барона де Кардье?

– Милая моя Полина Капитоновна, я не предсказательница. Не могу знать истины. Предыдущий следователь выдвинул версию, что это произошло случайно. Её с кем-то перепутали или же кто-то наточил