Апокалипсис завтра. Попытка переиграть - Денис Старый

еще оказалось, что у его брат имеет израильское гражданство, нигде не работает, но при этом полный фарш: и дом и яхта и машины, - сказал я и задумался, пытаясь вспомнить подробности, но больше выудить из памяти ничего не получалось.

- Ну, палец ломать за то, что перебил, не буду, уж больно интересная информация. Ты вообще как-нибудь подумай, поразмышляй, кстати, помогает иногда, да вспомни похожие сюжеты, тут с такими данными можно многим больше поиметь, чем от ставок на футбол, - майор посмотрел на меня, как на ученика, не выучившего уроки, но после паузы, продолжил. – По поводу губернатора нужно хоть что-то вспомнить, я, возможно, дам наводку определенным людям, там и подпола получу, да и в области надежнее стану, может, и премию какую-нибудь дадут, так вложу в общее дело.

Ну, а теперь по твоей просьбе про Машеньку. Во-первых, она не Мария, а София Галушко, есть мысли, что данная леди является спящей агентессой британцев, но доказательств нет. В любом случае, она проходила по делу о мошенничестве в Екатеринбурге, но опять же выкрутилась. Немного изменила внешность: пластика носа, глаз, груди, волосы и теперь она здесь. Твой отец сейчас перспективная жертва для такой особы.

- Стоп, хоть пальцы ломайте, но начальник охраны отца тоже из Екатеринбурга. Служил в Центральном военном округе, - сказал я, начиная ликовать – чуйка не подвела, эта ведьма действительно не та, за кого себя выдает.

- Не стану я ломать тебе пальцы, - сказал майор, а потом задумался и добавил с улыбкой. – Пока не стану. А начальника охраны проработаем. В любом случае, мадам Галушко нужно брать, некоторые люди из столицы Урала обещали за нее очень хорошие премиальные, она там знатно похулиганила. Вот тебе дополнительный вклад в общий фонд. Но есть и еще новости… Тут мне дали данные прослушки – София Голушко что-то готовит в ближайшие дни, жалуется собеседнику, что твой отец хочет тебе часть имущества отписать, доволен он твоими успехами, гордится батя сыном. С кем она встречалась, не знаем, но люди роют землю, это для многих это проверка на лояльность и профессионализм.

- После смерти отца, его активы чудесным образом оказались у Нурали Садиева, - решил уточнить я, может майор и сможет раскрутить этот клубок.

- Проработаем, в доме твоего отца уже есть наш человек, - Вадим Борисович пристально посмотрел на меня.

В его взгляде читалась фраза «видишь, как я тебе доверяю и жду от тебя того же».

- Что-нибудь получилось глобально? Может, выйдет всю эту ядерную войну предотвратить? – спросил я, не ожидая какого-нибудь положительного ответа.

- Если коротко, то по-тоненькому прошел, чуть не назначили психологическую экспертизу на соответствие. Кстати, один аналитик из… не важно, откуда, такую экспертизу не прошел, и сейчас лечит, скорее всего, здоровую голову за то, что предрек в ближайшие лет двадцать катастрофу, вплоть до уничтожения человечества как вида. И его… - майор начал шарить по карманам, потом опомнился и прояснил свои действия. – Курить бросаю, но рефлексы еще остались. Так вот, его никто не поддержал, теперь в конторе анекдот ходит про шизанутого аналитика.

- И не рассчитывал, - я серьезно задумался, нужно ли рассказывать о некоторых своих мыслях и проектах, прежде всего финансовых. К примеру, о тех, что должны сиротливо лежать на даче. Но раз мы начистоту и Асобист свои деньги отдает в общий Фонд, который нужно еще как то оформить, то следовало быть откровенным.

И я рассказал. Вадим Борисович спокойно меня выслушал, не перебивал. Лицо его было задумчиво, диссонансом к серьезности, в глазах мелькали смешливые черти, сигнализирующие, скорее, о действии алкоголя, майор вновь где-то приложился к рюмке. Зная его и предполагая, что именно сейчас происходит в связи с раскрытием «дела военных», каких это нервов стоит, ни капли не осуждаю. Хмыкнув и улыбнувшись каким-то своим мыслям, Колядин не стал отговаривать от авантюры. Может, майор таким образом хотел меня проверить на характер, решительность? Ну и пусть его, я готов!

- Знаешь, я предполагал, что без подобных делишек ты не обойдешься. Психологически твой рассудок можешь пребывать еще в парадигме той реальности, где можно грабить, убивать и никто в тюрьму не посадят, не пожурят, если только свинцом накормить могут, - майор опять зашарил по штанам. – Нет, ну такие разговоры нужно либо запивать водкой, либо закуривать. Так вот, пока ничего не предпринимать, вообще ничего без моего адобрямса не предпринимать. Есть у меня пара человек, которые присмотрят за объектом, только тебе адрес дачи нужно припомнить, иначе работы прибавится. Если это деньги губера и его команды, и после они не должны всплыть, то подумать, но очень осторожно, как бы сделать так, чтобы всплыли не все. Повторю, без общего решения не лезь туда, ни в коем случае.

Я кивнул в знак согласия.

- Дам тебе пару головорезов в поддержку, на всякий случай – твоя голова сейчас ценна. Мои ребята не то, что не могут быть засвечены, но и вообще никто не должен знать об их существовании, ни отец, ни подружка. И еще… Спасибо тебе за дочку, проверили, врачи ничего не обнаружили, тогда в Москву в частную клинику отвезли – подтвердилось, но болезнь еще не зашла далеко. Врачи говорят, что, если бы не знали что именно искать, то и не нашли бы. Обещают выздоровление, правда, процесс долгий, но я уже все оплатил. Спасибо! Это оказался главный аргумент в пользу того, что я здесь, как и ты, рядом, иначе был бы уже в застенках кровавой гэбни. Понятно стало и то, что информацию о болезни Даши тебе не могли передать. Ни мать, ни врачи, ни о чем пока и не догадывались, - Асобист протянул мне руку, которую я пожал.

***

Камерун выиграл, красиво вырвал победу на последних секундах! И я кусал локти, почему не поставил не его. Можно было одолжить, продать, наконец-то байк, на который нет покупателя, а идеей отдать за «дешево», я еще не созрел. Можно было и кредит взять. Упущенные возможности обидны, а вдвойне обидны, когда ты наперед знал, что они, эти возможности, обязательно будут и не подготовился. Решил, что на следующей игре Камеруна я отыграюсь, вот только ставку ставить буду не я – есть для Жеки задание первая, так сказать, «проверка на вшивость». Пусть сделает ставку от себя, ну а я ему, десять процентов и перспективу на еще одну авантюру –