Ночная встреча - ТМВ

class="p1">Михаил сделал шаг назад, второй, вытянул руку, и несколько раз выстрелил в грудь. Ёсимото упал, Михаил задумался, а потом дважды выстрелил ему в голову.

Беата вновь с криком бросилась к телу Героя. А Михаил, подошёл к Мариамель, и начал голыми руками ломать замки. Цепи упали на землю. Молодой человек, наконец, смог обнять свою жену.

- Что она… Беата! Остановись! – Закричала жрица.

Склонившись над телом Ёсимото, Беата соединила руки и читала заклинание. Михаил понял, что видит, как между её рук всё сильнее и сильнее что-то разгорается.

Мариамель бросилась вперёд, и сотворила барьер, несколько секунд спустя волшебница вспыхнула.

- Что это!? – Перекрывая рёв пламени, крикнул Михаил.

- Заклинание, вероятно огненное. – Почти в самое ухо закричала жрица. – Но слишком сложное и мощное. Беата… потеряла контроль, погибнет сама… и Мариамель… не знаю, хватит у неё сил сдержать или нет.

На каком-то подсознательном уровне, Михаил бросился вперёд и положил руки на плечи жены, а затем почувствовал, как энергия начала перетекать в неё. Защитный барьер стал более чётким, и кажется… толще. А потом всё кончилось.

Тело Героя оказалось не затронуто пламенем, чего нельзя сказать о волшебнице. Хоть она и сохранила человеческий облик, но более напоминало торчащую головёшку посреди проплешины.

Мариамель осела на землю.

- Истощение. – Заключила подошедшая жрица. – Пусть поспит.

- Она точно будет жить? – Встревожено спросил Михаил.

- Да. Ей надо только выспаться.

- Хорошо, хорошо…

Михаил огляделся.

- Скажите Мари что я её очень люблю.

Затем взял лежащую на земле булаву и с размаха ударил себя в лоб.

***

Михаил оказался…

Впереди был Замок. Именно с большой буквы, большой, чёрный. По бокам была видна крепостная стена, с идущими по ней лестницами.

- Чай будешь? – Раздался мужской голос за спиной.

Михаил обернулся. Сзади находилась ажурная беседка, в которой сидел высокий мужчина, несколько младше сорока лет. Точнее, выглядел он младше сорока, но человек чувствовал, что ему больше, много больше.

- Что? – Не понял Михаил.

- Чай будешь? Вкусный, кяхтинский7. Пришлось делать пробой во времени и пространстве, чтобы достать пару цибиков8.

Михаил сел, и взял пиалу. Чай действительно был очень вкусный.

- Ну? – Спросил мужчина. – Чего пришёл?

- Эээ… – Михаил замялся. – Отдать душу. Я заключил сделку…

- Да не нужна мне твоя душа. – Перебил его мужчина.

- А?

За спиной хозяина беседки появились два огромных кожаных крыла, а на голове – чёрно-алая корона.

- Вы… – Неожиданно Михаил вспомнил дневник предка Мариамель. – Вы!

- Да. Я.

Обручальное кольцо на твоём пальце. В нём часть той силы, что предок твоей жены получил от меня. Почувствовав, что оно вновь обрело хозяина, я заинтересовался.

- Но зачем… всё это?

- Быстрее, чем если бы уговаривал. Да и… Я в конце концов Владыка Тьмы, могу хоть раз в несколько веков создать соответствующий антураж?

Собеседник Михаила вздохнул.

- Он… Столько вложил в тот Мир. Из уважения, я не мог позволить его наследию погибнуть, а для этого, надо было наделить кого-либо достаточной силой. А кандидатов всего двое. Мариамель отпадала, и потому ты был единственным.

- Почему? Почему Мариамель не подходила? Она и так имела эти силы, унаследованные от предков.

- Беременность. Наделить этой силой того, кто ещё не появился на свет… Однажды я такое проделал, но, мы были в одном Мире, и я смог запечатать их, пока у неё самой мозги не заработают. То кольцо было активатором, что сняло печать и раскрыло её силы полностью. Но, её матери, для успокоения, я сказал что сила сокрыта в кольце. Вот её брат, да, он получил силу, что была сокрыта в кинжале, но и кинжал он получил в 15-16, когда уже мог сам осознать свои возможности, и управлять ими.

А сейчас надо было действовать немедленно. А значит, оставался только ты.

- И, что теперь со мной будет? – Михаил поставил пиалу на стол.

- Ровным счётом ничего. Ты останешься человеком. Правда, вполне может быть, что откроешь дар, и станешь магом. И, как Чемпион Тьмы, если конечно захочешь, сможешь прожить тысячелетие, или чуть больше.

- Если захочу?

- Да. Выбор за тобой, прожить жизнь человека. Прожить множество жизней во множестве Миров. Или… достичь нирваны, просто захотев. Без всяких медитаций и очищений духа и тела.

Но, это всё потом. А сейчас тебе надо вернуться обратно. Тебе надо заботиться о жене и детях.

- Детях?

- Да. Сейчас у тебя родится сын, потом дочь, и, через некоторое время – опять сын.

Михаил ещё отпил чая.

- Трое. Для династии это хорошо, но для обеспечения безопасности – дополнительные сложности.

- Ты ведь понимаешь, что единственный реальный противник – Анингрея?

- Да.

- Вот только в ближайшие годы у императора не будет ни сил, ни средств для войны.

Михаил задумался.

- Герой?

- Герой. – Владыка Тьмы кивнул. – Та жрица права. Герою были дарованы земли, но он их не посещал, что можно было-бы счесть вступлением во владение. Но, при этом Ёсимото очень активно тратил деньги. Того, что он всё же получал от землевладений не хватало. И потому он всё глубже влезал в долги. Кто-то его кредитовал просто так, в надежде, что он когда-нибудь вернёт долг. А вот те, кто был умнее, или более осведомлены – требовали залог, которого он не имел, или поручительства…

- И Герой называл своим поручителем императора?

- Верно, верно. – Владыка Тьмы кивнул. – К счастью для тебя, и сожалению для себя, Ленард об этом не знает. Пока не знает.

Ёсимото умер, так и не оставив наследников. Денег у него можно сказать и нет, а выделенные ему земли – вернутся обратно короне. Вступи он во владение, можно было-бы попробовать обратить на эти земли долговые взыскания, но, увы…

- И все должники пойдут к императору?

- Пойдут. С одной стороны, император не давал Герою права называть себя поручителем, и может спокойно послать всех этих кредиторов куда подальше. Но с другой, этот поступок уничтожит его репутацию навсегда, а репутацию Анингреи на ближайший век, а то и более.

- Долгов Ёсимото наделал много, и потому у Анингреи не будет денег на продолжение войны? – Михаил задумался. – Понимаю. У меня будет время на развитие государства, что обеспечит безопасность семьи.

- Да. Твои дети, они