Ворошиловский стрелок. Книга 1 - Дмитрий Найденов

Лесопилка не выглядела заброшенной, но двери были закрыты как на воротах, так и в сам цех, я приказал Архипу подъехать к самим воротам и тихо надавить. С той стороны был обычный запор из доски, который сразу лопнул, стоило нажать бампером, и вот мы вкатились на территорию. Флаги у нас были красные, поэтому спутать с немцами нас было нельзя, но встречать нас никто не вышел, и мне это не нравилось.

Скомандовал объехать её с другой стороны и там остановиться, а танк встал перед воротами цеха, сержант командовал новичками, которые слушались его, не пререкаясь. Встали специально, чтобы видеть друг друга, поэтому отслеживал, что делают наши бойцы.

— Граждане, все, кто находится на лесопилке, выходить с поднятыми руками, проверка документов. Кто отказывается и окажет сопротивление, против тех будет применено оружие. У меня разрешение стрелять на поражение в случае бегства и неповиновения, — перекрикивая шум мотора, громко крикнул сержант, так, что услышал даже я.

Несколько минут ничего не происходило, но я заметил, что в щели от дверей. Напротив которых мы стояли, кто-то мелькал в белом, поэтому, когда надоело ждать, дал короткую очередь в воздух, после чего крикнул:

— Если не выйдете, открываю огонь на поражение!

Это подействовало, через минуту двери открылись со стороны больших ворот, и оттуда стали выходить молодые парни, лет по двадцать, похоже, срочники.

— Выходить по одному, строится вдоль стены, оружие оставляем перед выходом, кто дёрнется, пеняет на себя.

Через минуту на улице стояло семь человек, и я хотел бы выйти, но внутри могли оставаться люди, поэтому держал пост, внимательно смотря за окружающей обстановкой. А вот сержант вышел с пистолетом в руке, а водитель, видно, занял его место, покрутив башней для вида, тут ещё въехал бронетранспортёр. После этого двое новеньких, вместе с ещё одним пограничником, ехавшем в бронетранспортёре, пошли осматривать лесопилку.

Там больше никого не оказалось, поэтому мне махнули возвращаться, и я подъехал, встав рядом с танком, после чего вылез наружу.

— Ну, что, здесь та же история, эти с увольнения, их задержал на досмотре во время движения сотрудник НКВД, в звание старшего лейтенанта, как и двух сопровождающих. Всё это проходило на оживлённой трассе, им велели отправляться по домам, но был налёт немецких бомбардировщиков, и люди стали разбегаться с трассы, они тоже побежали, а потом решили переждать на лесопилке, не решаясь идти куда-либо. Так себе история, но в деталях повторяются, да и не видно, что знакомы с любителем вдов, похоже, правда, диверсанты работают под личиной наших сотрудников. Да и видно, что с ним не знакомы, вот бы повстречаться с этой тварью, ведь ещё и угрожал им, если встретит ещё раз. Эти из мобилизации, добровольцы, потому не в форме, что делать с ними будем?

— Как, что делать, оформлять, и пусть служат, тем более эти добровольцы, — ответил ему.

— Странно всё это, ну да ладно, нам выбирать не приходится, едем к бандитам?

— Едем, только давай в этот раз по-другому, вдруг там действительно девушки в заложниках, просто так ворваться не получится, прикроются ими, и что мы будем делать? Предлагаю следующее: меня высаживаете за три дома, я иду к ним пешком, прячась, там уже вы подъезжаете, Архип последним, для весу и из броневика не выходит. Если начнётся заварушка, по дому не стреляйте, бейте по крыше, в доме могут быть заложники, но шум создавайте, а я с винтовкой буду выбивать по одному, — предложил я.

— Так у тебя же плечо?

— Уже не так болит, да и вариантов немного, они прикроются ими, и чего мы с пулемётов сделаем, а так есть все шансы выбить поодиночке.

— Хорошо, как скажешь, но, если что пойдёт не так, я сдерживаться не буду.

— Хорошо, поехали, пока совсем не стемнело, — ответил ему, направившись к броневику, о том доме мы заранее расспросили, он стандартной постройки пятистенок с хлевом, поэтом выяснять обстановку на месте нам не так важно.

На окраине села меня высадили, и я бегом направился за дворами в сторону дома, стоявшего на отшибе. Что напрягло, так это отсутствие света в окнах, уже темнеет, и нет лая собак, а в это время собаки почти в каждом дворе. До нужного дома добрался быстро, и вот там свет горел, и, судя по всему, гуляли там на полную.

Позицию выбрал с расчётом того, чтобы техника не перекрывала мне вид, прихватив заднюю часть дома. Проверил винтовку и приготовился к стрельбе, присев у края сломанной телеги, чтобы не выделяться на общем фоне.

Ждать пришлось недолго, уже через минуту танк и броневик выехали на дорогу и встали рядом с домом, на броне сидело двое, и они слезли, сразу нацелив винтовки на окна. Внутри их услышали, и у окон мелькнули лица, а потом там погас свет, что мне совершенно не понравилось. Догадываясь, что сейчас произойдёт, взял на прицел правое окно и выбрал слабину спускового крючка.

Как и ожидалось, окно распахнулось, и появился ствол винтовки, но я успел выстрелить первым и чётко попал в плечо, стрелку. Вот только второе окно распахнулось одновременно с первым, и выстрел произошёл, когда я передёргивал затвор, поэтому второй мой выстрел, произвёл по наитию, прямо чувствуя, куда сместился стрелок, в голове прорисовав детали и сопоставив со стволом винтовки, которую потянули в сторону.

В этот момент заработал пулемёт танка, взяв выше окон, и два ствола прошлись по дому, вышибая ворох щепок. Через минуту, когда пулемёт уже смолк, задняя дверь открылась, и оттуда появились три человек, таща связанных девушек. В прицел беру последнего и делаю выстрел, ведя фигуру и взяв упреждение в четверть корпуса. Выстрел, передёрнуть затвор и следующая цель, несмотря на результат первого выстрела, этот прикрывается девушкой, но я, затаив дыхание, напрягаю зрение, и оно сужается ещё больше, при этом время явно замедляется стук сердца, и даже мысли становятся вязкими, но зато я вижу каждую деталь своей цели и вижу его движения, предугадывая, где он откроется, оттуда