Фантастика 2026-40 - Вячеслав Киселев

предстоял намного более извилистый и тернистый путь, поскольку по-настоящему покидать пределы Лондона в мои планы покуда не входило. Мне лишь требовалось создать такое впечатление у капитана Грэвилла, в отношении которого у меня имелись особые, далеко идущие, планы. Поэтому, поначалу мы присоединились к колонне графа и лишь вечером, немного не доехав до городка Хай-Уиком, расположенного километрах в сорока пяти на северо-западе от Лондона у подножия холмистой гряды, поросшей густым смешанным лесом, повернули на север.

Учитывая отсутствие проводника, плутать по темноте я не собирался и остановил движение, как только мы немного углубились в лесной массив. По моим ощущениям, температура на улице держалась в районе градусов около десяти тепла, и угроза обморожений над нами, вроде бы, не витала, тем не менее, назвать комфортной ночёвку на свежем воздухе в таких условиях было точно нельзя. Поэтому едва дождавшись небольшого просветления на небе, мы тут же продолжили движение на север, до городка Беркхемстед.

Там нам снова предстояло разделиться. Моя часть команды повернула на восток, чтобы, обойдя с севера и востока по большой дуге Лондон, выйти на северный берег Темзы в районе, так называемого, Собачьего острова. Вообще-то, в реальности это место являлось полуостровом, образованным крутыми изгибами русла Темзы, но часть перешейка перерезали каналом непонятного предназначения (возможно пытались спрямить русло реки или оборудовать доки), и за местом закрепилось название «остров», но это не суть важно. Важным было то, что местность на острове являлась, практически, безлюдной (в основном, там пасли скот на заливных лугах), туда вели всего две дороги и как-раз на противоположном берегу реки находился наш «горячо желанный» Гринвич.

В свою очередь, Вейсману с Гусом и капитаном Грэвиллом, «отдыхающим» на задке коляски в качестве поклажи внутри огромного дорожного сундука, предстояло ещё на некоторое время задержаться в окрестностях Беркхемстеда, дабы завершить «плетение паутины» отвлекающего маневра.

Интерлюдия "Замес по-булгаковски"

Десятое января, окрестности Букингем-хауса

Отставной сержант Филлипс был зол, чрезвычайно зол. Нет, ни на кого-то конкретного, а просто зол, так сказать, по совокупности факторов. Погода дерьмовая, с вечерней порцией рома явно перебрал, а ему приходится тащиться ни свет, ни заря к Букингем-хаусу, будь он неладен, и проверять, всё ли там в порядке. А что там может быть не в порядке? Сидят, как мыши в норе, и носа на белый свет не кажут. А всё этот напыщенный хлыщ, который заявился вчера вечером к патрону, и явно что-то напел ему на ухо. Отсюда и «нарисовалась» неожиданная задача – организовать наблюдение за домом короля. Однако, конкретных сроков начала наблюдения ему не поставили, и изрядно принявший на грудь Филлипс решил, что займется этим бестолковым, по его мнению, делом поутру.

Здоровяк сержант всегда отличался буйным нравом и резкими перепадами настроения, а уж подзаправленный горячительными напитками вообще превращался в «берсерка», крушащего всё вокруг себя. В один из таких моментов помутнения разума он и убил в пьяной драке в калькуттском портовом кабаке своего собутыльника-сослуживца. И болтаться бы ему на виселице, будь он просто одним из сержантов, но Филлипс находился на хорошем счету у всесильного губернатора Бенгалии, поэтому дело быстренько переквалифицировали в самозащиту, и убийца отделался лёгким дисциплинарным взысканием.

С этого момента планка преданности сержанта Филлипса генералу Клайву оказалась задрана на недосягаемую высоту, а их жизненные пути больше не расходились. Сержант стал двумя мощными, не знающими жалости и сомнений руками генерала, а генерал обеспечил ему вполне безбедную жизнь, позволившую по возвращению на родину отправить двоих сыновей в достаточно престижную школу в Шрусбери. Поэтому Шону Филлипсу было абсолютно наплевать на короля и всё, что с ним связано, для него королём и центром вселенной являлся Роберт Клайв.

***

Дворецкий Фербенкс тоже проснулся «с первыми петухами», но для него это являлось нормой и его настроение находилось в полном порядке, ровно до того момента, когда он попытался покинуть флигель, и не смог. Поднятая на ноги «дворня» быстро справилась с запертыми дверями и взору дворецкого предстала ужасная картина – Его Величество пропал, вместе с доктором и королевским конюшим, а охрана валялась связанная у дверей. Поняв, что остался единственным лицом, принимающим решения, Фербенкс, недолго думая, отправил одного из молодых и быстроногих слуг в Сент-Джеймсский дворец за помощью.

Вообще-то, именно Сент-Джеймсский дворец, находившийся чуть более чем в полукилометре через лес от Букингем-хауса, исторически являлся официальной резиденцией британского монарха. Однако представителям Ганноверской династии эта какофония построек различных исторических эпох сразу пришлась совершенно не по вкусу, разочаровав своей многолюдностью, теснотой и ветхостью помещений. Поэтому, поначалу они облюбовали Кенсингтонский дворец, а затем Букингем-хаус, приобретенный Георгом Третьим для своей королевы Шарлотты и ставший их любимым местом времяпровождения.

***

Этим утром удача явно отвернулась от обитателей Букингем-хауса. К тому моменту, как дворецкий Фербенкс отправил слугу за помощью, капкан вокруг дома уже захлопнулся, и сержант Филлипс сразу же заинтересовался поднявшейся в доме паникой, поэтому не раздумывая приказал изловить гонца. Рассказ слуги моментально привел в чувство мучавшегося похмельем сержанта, и он понял, что очень сильно подвёл своего скорого на расправу патрона. Первый и, возможно, последний раз за всё время их продолжительной совместной деятельности.

Поначалу похолодев от ужаса, сержант быстро взял себя в руки, хорошенько глотнул горячительного из припасённой фляжки и перешёл в режим «берсерка». Собственноручно свернув шею посыльному, он отдал сипаям команду «вперед, убейте их всех» и двинулся в направлении дома, твёрдо намереваясь устранить всех невольных соучастников своей «нечаянной оплошности». Через четверть часа всё оказалось кончено. Необходимое количество трупов слуг и охраны притащили в главное здание и разложили по соответствующим кроватям, создав видимость того, что люди погибли во сне, а после хорошенько залили помещения найденными в доме горючими жидкостями и подожгли.

Таким образом, вместо быстрой, но продуманной реакции на изменение обстановки, о которой так долго рассуждали Викинг и Джон Стюарт, в реальности имело место спонтанное решение похмельного отставного сержанта-отморозка, испугавшегося взбучки от своего хозяина-наркомана.

***

К моменту прибытия первых «спасателей» из Сент-Джеймсского дворца, привлеченных огромным столбом дыма, никаких шансов хотя бы немного утихомирить разбушевавшийся огненный смерч не просматривалось в принципе. Вскоре обвалились кровля и перекрытия, и через пару часов от Букингем-хауса остались только полуразрушенные, обугленные наружные стены, сложенные из камня.

Заливать дымящиеся руины дома было и нечем, и незачем (угроза распространения пожара отсутствовала), поэтому территорию просто оцепили кордоном королевских гвардейцев, а пепелище оставили остывать, чтобы на следующий день приступить к раскопкам и попытаться восстановить картину произошедшей катастрофы.

***

Одиннадцатое января, синагога