Современная зарубежная фантастика 6 - Адам Пшехшта

– Генерал… – начал было Сциллард.

– Успокойтесь, Сциллард, – остановил его Мэттсон. – Я покупаюсь на вашу теорию. Бутэн не такой дурак, чтобы набрасываться на меня с кулаками, так что это не Бутэн. Однако в сознании Дирака всплывают частицы Бутэна, и мне хочется выяснить, как много полезного нам удастся из него вытащить.

– Господин генерал, война, которую собирался развязать Бутэн, завершилась, так и не начавшись, – вмешалась Джейн Саган. – Энешанцы передумали и теперь намереваются обратить свое оружие против рраей.

– Что ж, лейтенант, этому можно только радоваться, – заметил Мэттсон. – Однако в данном случае двух из трех еще недостаточно. Обиняне, вероятно, по-прежнему что-то замышляют, а поскольку Бутэн, судя по всему, с ними, пока что рано трубить полную победу и прекращать исследования. Нам так и не удалось узнать то, что известно Бутэну, и вот теперь, когда у этого рядового в башке толкаются локтями два сознания, возможно, стоит попробовать подтолкнуть второе и помочь ему выплыть на поверхность.

Он повернулся к Джареду:

– Ну, что скажешь на это, рядовой Дирак? Вас называют Бригадами призраков, но ты единственный, у кого в голове сидит настоящий призрак. Ты хочешь вытащить его на свет божий?

– Сэр, при всем уважении к вам, я понятия не имею, о чем вы говорите, – сказал Джаред.

– Ну разумеется, – пробормотал Мэттсон. – Похоже, кроме того, где находится его лаборатория, тебе о Бутэне ни хрена не известно.

– Нет, я знаю еще одно, – возразил Джаред. – Я знаю, что у него была дочь.

Генерал Мэттсон осторожно пощупал подбитый глаз.

– Была, рядовой Дирак, это точно.

Опустив руку, он повернулся к Сцилларду:

– Генерал, я хочу, чтобы вы мне его вернули.

Тут Мэттсон перехватил выразительный взгляд, который бросила на Сцилларда лейтенант Саган. Несомненно, она послала ему одну из тех мысленных телеграмм, которыми в Специальных силах пользовались вместо нормальной человеческой речи.

– Только на время, лейтенант. Когда мы закончим, вы сможете забрать его себе. И обещаю, я его не сломаю. Однако от него не будет никакой пользы, если его пристрелят при выполнении какого-нибудь задания.

– Раньше вас нисколько не беспокоило то, что Дирака могли убить в бою, – сказала Саган и, словно спохватившись, добавила: – Сэр.

– Ага, знаменитая заносчивость Специальных сил, – пробормотал Мэттсон. – Не сомневаюсь, когда вам будет шесть лет, с вами будет невозможно нормально разговаривать.

– Мне уже девять, – напомнила Саган.

– А мне сто тридцать, так что послушай то, что скажет твой прапрадедушка, – сказал Мэттсон. – Раньше я не думал о том, что Дирак может погибнуть, так как был уверен, что от него не будет никакой пользы. Теперь от него может быть польза, поэтому я бы предпочел, чтобы он остался в живых. Если выяснится, что никакого толка от него нет, вы получите его назад, и пусть его убивают – мне будет все равно. В любом случае твоего мнения никто не спрашивает. А теперь, лейтенант, заткнись и дай поговорить взрослым.

Саган вспыхнула, но промолчала.

– Что вы намереваетесь с ним делать? – спросил Сциллард.

– Разумеется, я помещу его под микроскоп. Выясню, почему из него потекли чужие воспоминания, и постараюсь узнать, что нужно сделать, чтобы этот процесс продолжался и дальше.

Мэттсон ткнул пальцем в полковника Роббинса:

– Формально Дирак будет приставлен к Роббинсу в качестве помощника. А на деле, надеюсь, он будет проводить почти все свое время в лаборатории. И здесь нам очень пригодится тот ученый-рраей, которого мы у вас забрали. Посмотрим, что он сможет вытянуть из Дирака.

– Вы считаете, этому рраей можно доверять? – удивился Сциллард.

– Черт побери, Сциллард, да мы не даем ему сходить в сортир без того, чтобы не заглянуть в его задницу. И он сдохнет через день, если мы перестанем давать ему лекарство. Этот рраей – единственный ученый, которому я доверяю абсолютно.

– Ну хорошо, – сдался Сциллард. – Один раз я попросил Дирака у вас, и вы мне его передали. Теперь можете забирать его обратно. Но только помните, генерал, что он один из наших. А вы знаете, как я отношусь к своим людям.

– Что ж, справедливо, – согласился Мэттсон.

– Официальный приказ о переводе Дирака будет подготовлен в самое ближайшее время, – сказал Сциллард. – Как только вы его завизируете, дело будет сделано.

Кивнув Роббинсу и Саган, генерал бросил взгляд на Джареда и покинул палату.

Мэттсон повернулся к Саган:

– Если хотите проститься с Дираком, можете начинать.

– Благодарю вас, генерал, – сказала Саган.

«Мерзкий козел!» – выругалась она, открыв канал связи с Джаредом.

«Я так и не понял, что происходит и кто такой этот Чарльз Бутэн, – пожаловался тот. – Я попробовал запросить сведения о нем, но все они засекречены».

«Ты все выяснишь в самое ближайшее время, – заверила его Саган. – Но что бы ты ни узнал про себя, я хочу, чтобы ты запомнил одно: в первую очередь ты Джаред Дирак. И никто другой. Независимо от того, как ты появился на свет и что произошло с тобой впоследствии. Иногда я забывала об этом и сейчас хочу попросить у тебя прощения за это. Но главное – помни, что я тебе сказала».

«Буду помнить», – пообещал Джаред.

«Вот и отлично. Когда встретишься с тем рраей, о котором сейчас говорили – кстати, его зовут Кайнен, – передай ему, что лейтенант Саган просила присмотреть за тобой. Передай, что я буду считать это за дружескую любезность».

«Я с ним уже встречался, – сказал Джаред. – Я все ему передам».

«И еще я прошу у него прощения за то, что выстрелила ему в голову из шокового пистолета, – добавила Саган. – Ты сам испытал на себе, каковы ощущения».

«Я выполню вашу просьбу. Спасибо за все. До свидания, лейтенант Саган».

Саган ушла.

Мэттсон кивнул часовым:

– Вы двое свободны.

После того как те ушли, генерал повернулся к Джареду:

– Ну а дальше, рядовой Дирак, мы будем исходить из предположения, что твой сегодняшний приступ не будет повторяться слишком часто. Так или иначе, отныне твой МозгоДруг запрограммирован записывать и передавать, так что больше никаких сюрпризов ты нам не преподнесешь, и мы всегда будем знать, где тебя найти. А если ты попытаешься изменить эти установки, все солдаты ССК, находящиеся на станции «Феникс», получат приказ при встрече пристрелить тебя на месте. До тех пор, пока мы не выясним, кто ты такой и что у тебя в голове, тебе не позволяется ни одной личной мысли. Ты меня понял?

– Так точно, понял, – ответил Джаред.

– Замечательно. В таком случае, сынок, добро пожаловать в отдел военных