Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

Хотя нет, это как раз понятно. Стоит только понять, где находится его дом.

— Здравствуйте, — сказал он.

— Привет, — сказал я.

— Вы — физрук.

— Тогда физкультпривет, — сказал я.

— Меня зовут Рекс, — сказал он. — Я — представитель администрации Альвиона, прибывший сюда, чтобы обеспечить вашу транспортировку.

— А с чего вдруг такие сложности? — спросил я. — Прислали бы сюда пару ваших терминаторов с пулеметами. Ну, как вы обычно делаете.

— Обычно мы так не делаем, — сказал Рекс. — Я из отдела юстиции, а те, кого вы называете терминаторами, из отдела обеспечения законности.

— А я думал, они из отдела кровавой мести, — заметил я. На самом деле, названия отделов не слишком-то отличались друг от друга, и только жители Альвиона могли бы уловить эту разницу.

Те жители, которым вообще есть до этого дело.

— У нас нет отдела кровавой мести, — на полном серьезе заявил Рекс. Видимо, отдела чувства юмора у них тоже не было.

Или папаша был прав и шутки у меня действительно дурацкие.

— Я удивлен, что вас вообще к администрации подпускают, — заметил я. — В смысле, вы же человек. Ну, в смысле, не машина.

— Обитатели других миров чрезмерно нервничали, когда для урегулирования подобного рода вопросов к ним являлись киборги, даже если они не были киборгами-ликвидаторами, — объяснил Рекс. — Боюсь, что обитатели других миров вообще не видят разницу между киборгами, полагая их всех чрезмерно опасными созданиями. Поэтому управляющий компьютер призвал на службу добровольцев из числа жителей нашего мира.

— Так вы доброволец?

— Да.

— И каковы ваши мотивы, если не секрет?

— Это трудная работа, но кто-то же должен ее делать.

— И вас не напрягает то, что приходится выполнять приказы компьютера? — поинтересовался я.

— Абсолютно нет, — сказал Рекс. — Я считаю, что наши предки поступили верно, когда делегировали часть прав управляющему компьютеру. Рациональному, мыслящему логически и не допускающему ошибок из-за эмоциональной вовлеченности.

— В том числе и право на насилие? — уточнил я.

— Особенно право на насилие, — сказал Рекс. — Возможно, именно благодаря этому вхождение нашего мира в Системы было практически бескровным и не нанесло разрушительного удара по нашей цивилизации.

— То есть, вы все белые и пушистые, а если вас кто-то обидит, то придут злобные киборги и сделают всем а-та-та?

— Вы судите однобоко, потому что не способны видеть ситуацию изнутри.

— Мне достаточно того, что я вижу снаружи, — заявил я.

— И что же вы видите? — спросил он.

— Сколько лет назад Система пришла на Альвион?

— Многие поколения успели смениться, — сказал Рекс.

— А кроме поколений что-нибудь поменялось? — поинтересовался я. — Хотя бы за последние лет пятьдесят?

— Нет, — сказал Рекс. — И мы благодарны управляющему компьютеру за эпоху стабильности, которую он нам подарил.

— Ну, вы называете это стабильностью, а я называю это застоем, — заявил я. — Вы не развиваетесь, у вас просто стимула для этого нет. Вы заползли в зону относительного комфорта и сидите в ней ровно, всеми силами стараясь сохранить статус-кво, прикрываясь от поползновений внешнего мира высокими ценами на пребывание на вашей планете и злобными киборгами, творящими насилие от вашего лица и вместо вас. А у вас все отлично и вообще никакой ответственности нет. Это не мы убиваем, это киборги. Это не мы принимаем решения, это управляющий компьютер. Живи и радуйся.

— Мы так и живем, — сказал Рекс.

— Но это тупик, — сказал я. — Так можно было бы жить, если бы вы были одни во вселенной, и то не слишком долго, иначе есть риск утонуть в этом болоте. Но когда вокруг вашей планеты находится огромный динамично развивающийся мир, эта стратегия не может привести ни к чему, кроме поражения.

— Пока мы держимся, — сказал Рекс.

— Это только пока, — заверил я его. — Ваш хваленый отдел обеспечения законности или как его там начал давать сбои уже на мне, а я ведь не самый опасный в Системе игрок. Смогут ли ваши терминаторы принять вызовы, которые бросит им время? Потому что, как ты их ни совершенствуй, рано или поздно они упрутся в предел своих возможностей, а у игроков, чисто теоретически, такого предела нет. Они ищут хоть какую-то дорогу, хотя получается не у всех, и я бы не сказал, что мне нравится то, как обстоят дела с теми, у кого получается. Но вы-то вообще на месте стоите, и вся надежда только на щит из киборгов, которые не факт, что вывезут.

— Потому что им придется иметь дело с сотнями таких, как вы? — уточнил Рекс.

— И с тысячами хуже меня, — сказал я. — Это только вопрос времени, вы же понимаете.

— Уверен, что у управляющего компьютера есть план противодействия, — сказал Рекс.

— А если нет? — спросил я. — Если не сработает?

Рекс пожал плечами.

А что ему еще оставалось, с его-то девятым уровнем? Убери из уравнения всю боевую технику, и десяток среднеуровневых системных игроков сможет вырезать на когда-то считавшемся эталоном безопасности Альвионе целый город.

— Вы не думали, что рано или поздно настанет пора жить своим умом? — поинтересовался я.

— Такая дискуссия в нашем обществе ведется, — признал Рекс. — И вы четко обрисовали одну из озвучиваемых позиций. Которой я не придерживаюсь.

— Удачи вам в грядущих войнах, — сказал я.

— Спасибо, — сказал он. — Но я прибыл сюда не для того, чтобы беседовать о грядущих войнах У меня другие задачи.

— Да, давайте поближе к делу, — сказал я. Час я просидел один, потом еще сколько-то времени потянул… Наверняка ребята уже успели отсюда убраться. — Когда вы уже начнете стрелять мне в затылок?

— Я не буду стрелять вам в затылок, — сказал он. — Мне, как вы видите, и стрелять-то не из чего. Я должен просто сопроводить вас на Альвион.

— Зачем?

— Для того, чтобы управляющий компьютер принял решение.

— Так разве он его еще не принял? — удивился я. — А все эти киборги, что за мной охотились, занимались исключительно самодеятельностью?

— У их отдела не получилось, — сказал Рекс. — А в нашем отделе такие вопросы решаются иначе.

— Разница только в процедуре, — заметил я. — Меня ведь все равно казнят?

— Скорее всего, — сказал Рекс. — Но только после разговора с управляющим компьютером.

— А если я воскресну? — спросил я.

— Вы не воскреснете, — сказал он. — Перед тем, как казнить, Амулет Возрождения с вас снимут.

— И все-таки? Вдруг у моего класса есть такие недокументированные возможности?

— А они есть?

— Неважно, — сказал я. — Так что, если?

— Тогда все продолжится, — сказал он. — Или начнется с начала. По обеим линиям.

— И вы считаете, что это нормально?

— Вы