"Фантастика 2026-93". Компиляция. Книги 1-26 - Иван Басловяк

Дожевав пятый блин, я, откинулся на стуле, чувствуя блаженную сытость, и выдохнул. Девушка подошла поближе, обняла и поцеловала меня.

— До вечера, — сказала она тихо.

Странная она. Вся светится, будто знает, что сегодня её будут сватать, и при этом хочет, чтобы я был рядом и все видел.

У них тут, похоже, всё не так просто, как кажется. Что ж, посмотрим.

Иби молчала.

Даже привычного «доброе утро» не прозвучало.

— Доброе утро, напарница, спишь ещё? — не дождавшись приветствий, мысленно спросил я её.

Конечно, на самом деле она не спит никогда. Но иногда мне казалось, что она тоже уходит куда-то в ночь, отключается, словно отдыхает. Сном это назвать нельзя, но ведь и у компьютеров есть гибернация, а тут случай куда посложнее. Иби сама говорила, что такое бывает, она отрешается от действительности и восстанавливает силы. Хотя она никогда не устает, а всё-таки этот процесс ей почему-то нужен.

Так и выходило, что она всё больше напоминала человека. И по повадкам, и по реакциям. И даже своей этой ревностью к красоткам, которая меня почему-то не злила. Наоборот, грела.

Наверное, потому что каждому приятно чувствовать себя нужным. Особенно молодому парню, и нужным именно женщине. Пусть даже женщине, которая живёт у него в голове.

А вот Маришка — эта не в голове.

И сказать, что мне понравилось, означало ничего не сказать. Но, как говорят продажники, это разовая акция. Мне ведь надо уехать. Сматываться в цивилизацию вместе с Ингой.

Мы победили. Разумовский мёртв. Продажный генерал тоже. Селену мы уничтожили.

Разве что… Я на секунду задумался. Чёрный ящик самолёта.

Если Селена где-то и могла укрыться, то только там. Надо предупредить Коровина, чтобы, когда будут вытаскивать самолёт, действовали аккуратно. А лучше, чтобы вообще не вытаскивали. Если я сам не покажу место аварии, то в таких местах самолет, возможно, никогда и не найдут.

Вот и пусть он останется в болоте. Это будет правильно. Некоторые вещи лучше схоронить поглубже.

— Забросать бы то место в болоте взрывчаткой, — пробормотал я, — на всякий случай. Чтобы Селена сгинула наверняка.

— Привет, — наконец, отозвалась Иби.

Голос у неё был прохладный, собранный, так и положено звучать искусственному интеллекту. Хотя я-то знал, что обычно он совсем другой. Тёплый и живой, и совсем не искусственный.

— Твои похождения, Егор, до добра не доведут, — проворчала она.

— С кем не бывает, — хмыкнул себе я.

— По статистике… — начала приводить какие-то доводы напарница, но я ее поспешил прервать.

— Стоп-стоп, — усмехнулся я. — Сейчас ещё лекцию прочтёшь о вреде случайных сексуальных связей.

— Я не про это.

Я даже мысленно увидел, как она недовольно поджимает губы, обдумывая формулировку.

— А про что?

— Про то, что местные могут это расценить иначе. Это может быть опасно. У них свои устои, традиции. Ты задумывался об этом?

Я помолчал секунду.

— Конечно, задумывался. Мы столько пережили. Буквально вчера, с неба упали и выжили. Что нам какие-то устои? И потом, ну, они тоже не из пещеры вылезли. В город ездят, мотоциклов не чураются. Всё в порядке.

Сказал я это без бравады. Даже с лёгкой оправдательной ноткой в голосе. Не хотелось с ней спорить и обижать. Не хотелось, чтобы она дулась на меня.

Маришка попросила меня выйти через сад, чтобы не привлекать ненужного внимания односельчан. Там тень от яблонь, густые заросли смородины. Легко уйти незамеченным.

Но когда я перелезал через низенькую изгородь, то наткнулся на Гришу. Он стоял, скрестив руки, будто околачивался вокруг дома и чего-то ждал всю ночь и всё утро.

— А ты чего это… там делал?

В голосе слышалась обида. То, что я ночевал у Маришки, ему явно было как ножом по сердцу. А теперь ещё и вынырнул из её сада, словно вор.

— Да вот… — я сорвал яблоко с ветки, — яблочек захотелось.

— Так ведь не спелые еще, — еще больше нахмурился Гриша.

Яблоки были ещё зелёные, кисловатые. Я откусил одно. От кислоты свело скулы.

— Люблю кислое, — пожал я плечами, стараясь не кривиться.

— А Маришка проснулась? — настороженно спросил он.

— Да откуда ж я знаю? Мы в разных комнатах ночевали.

Он удовлетворённо закивал, погладил жидкие усики, будто проверяя, на месте ли они, и, кажется, немного успокоился.

* * *

День прошёл в каком-то странном, ленивом настроении. Праздничная суета вокруг пока ещё только тлела, явно начнётся ближе к вечеру, а пока народ отдыхал, готовился, шептался.

Я сходил к речке, скинул одежду, окунулся. Вода холодная, прозрачная, пахла деревней и травой.

Инга из дома Ефима не выходила. Там, где её разместили, суетились женщины. Я видел только мельком, как кто-то заносил туда воду, травы, какие-то узелки.

— Странная она какая-то, — сказал я, лёжа на плетёной циновке под деревом у берега. — Иби, как ты считаешь?

Неподалёку на деревянной пристани девки полоскали бельё. Смех, плеск воды, солнце блестит на мокрых волосах. Я старался туда не смотреть. Их загорелые ноги, мокрые подолы — лишний раз дразнить Иби не хотелось.

— Она человек науки, — отозвалась напарница. — Люди, посвятившие жизнь исследованиям и расчётам, отличаются от остальных.

— На заумного учёного она вообще-то не похожа, — хмыкнул я.

— А какой, по-твоему, должна быть нейрофизиолог? — в голосе Иби проскользнула лёгкая язвительность. — Чем Инга не подходит? Слишком… привлекательная? Для человека науки. Ты считаешь её красивой?

— Да не в этом дело, — махнул я рукой. — По моему представлению, учёные — это люди, у которых сила в мозгу, а не во внешности. Не спортсменки, не…

— Бывают исключения, — тихо сказала Иби.

Потом добавила уже серьёзно:

— Егор, я чувствую от неё некую опасность.

— Да ладно, — отмахнулся я. — Это ты просто ревнуешь.

— Я не ревную.

— Ну конечно.

— Она не такая, — повторила Иби.

Я приподнялся на локте.

— Человек из комы вышел буквально вчера. У неё мир перевернулся. Умом не тронулась, и то ладно. Мы ведь её раньше не знали. Может, она всегда такой была.

Я снова улёгся.

— Просто нам всем сейчас странно. После всего, что было.

Иби замолчала.

Но ощущение тревоги, которое она заронила, почему-то не исчезло.

* * *

Вечером