Клан Волка - Анна Кондакова

Он отпустил моё плечо, на этот раз уже без слёз и страха.

— Давайте проверим, что вы мне тут наговорили, господин Жрец, — тихо сказал я. — Если наврали, то участь у вас незавидная.

Тот покачал головой, ну а я быстро достал из кармана флакон с фагнумом, что отобрал у Кайли, затем откупорил крышку зубами и выплюнул. Глянув на красную жидкость внутри, я начал ритуал, который описал мне Жрец.

Это было долго, очень долго и тяжело.

Да и резерв из меня выкачало прилично, зато мои труды не прошли даром — на поверхности яда появилась белёсая рябь, красное мерцание фагнума начало гаснуть. Ещё через какое-то время яд превратился в бордовую густую кашицу, а потом вспыхнул синим огнём.

Началось испарение.

Розовый дымок становился гуще и плотнее, пока полностью не скрыл флакон в моей руке, ну а когда клубы рассеялись, то вместо фагнума осталась только вода.

Обычная, мать её, вода.

— Неплохо, — прошептал я, плеснул воду из флакона себе на ладонь и принюхался.

Затем сунул флакон обратно в карман, поднял бочонок с фагнумом и кивнул Жрецу.

— Ну что ж, господин Жрец, вы свободны. Отправляйтесь домой и доложите своему государю о том, что я говорил.

Дважды повторять не пришлось. Все Жрецы торопливо зашагали к верхолёту. Через полминуты машина поднялась в небо, набрала скорость и исчезла в синих телепортационных молниях на горизонте.

Я простоял на вершине бархана ещё несколько минут. Ветер трепал волосы, пыль летела в лицо, а план в моей голове становился всё более чётким. И в этом плане был один главный момент — возрождение Ратибора Колида.

Ради этого я был готов отдать собственную жизнь.

* * *

Вернувшись в пещеру, я застал странную картину.

Кайли спал на полу, положив голову на лохматую лапу Демона. Я даже замер на секунду.

— Только не делай такую морду, Чародей, — закатил глаза Демон. — Вообще-то, я собирался сожрать эту еду, а он... уснул. Как жрать спящую еду? Как-то не по-волчьи.

Я усмехнулся и уселся рядом с ним, навалившись спиной на его бок.

— Что с тобой случилось? Даже человека съесть не можешь.

— Я слишком добрый.

— Ну конечно.

— Вот видишь, как мало ты знаешь о доброте.

Мы пробыли в пещере ещё около часа, но, как бы я ни оттягивал, пришла пора возвращаться в Атифу.

Я разбудил Кайли и в лоб спросил у него:

— У тебя два варианта: остаться тут или пойти со мной. Какой выбираешь?

Он посмотрел на Демона, потом на меня и ещё раз на Демона.

— Тогда я пойду с ним. С ним ведь можно?

— Можно. Я ему как раз еды задолжал. Будет чем подкрепиться на обратном пути...

Эпизод 10

Три недели до Дня Сидха

В Атифу мы вернулись на следующее утро.

О моём появлении сразу же доложили царице Заварре, но прежде чем с ней встретиться, я отправился к Филлину. Причём, вместе с Кайли.

Увидев собственного племянника, Филлин остолбенел.

Наверняка, он посчитал, что за две недели Оракул Ма и Кайли успели уйти слишком далеко, чтобы я их догнал.

— Кирилл Миронович... я всё объясню... — Он шагнул назад, будто ожидая от меня атаки и даже мгновенной казни, но я лишь толкнул пацана в его сторону.

— Мне всё уже объяснили.

Филлин ухватил Кайли за плечо и быстро обнял, после чего с благодарностью посмотрел на меня.

— Спасибо, что сохранили моему оболтусу жизнь, господин Волков. Я готов понести наказание за двоих.

— За троих, — поправил я холодно. — Не забывай, что ты отпустил еще и Оракула Ма.

Он обречённо кивнул.

— Тогда за троих... готов понести наказание за троих. Можете вздёрнуть меня на виселице, или как казнят в Атифе.

— Замораживают насмерть.

Я вгляделся в его красные глаза. Фагнум из него уже не вытащить, а значит, он был обречён.

— Судьба тебя уже наказала, Филлин, но я хочу, чтобы ты признался во всём на военном совете сегодня же. И принёс извинения госпоже Ян, чей процедурный кабинет был обворован при твоём участии.

— Конечно, Кирилл Миронович, — с виной в голосе ответил он. — А где Оракул Ма? Он пришёл с вами?

— Нет, он погиб, — сказал я, не вдаваясь в подробности.

— Вы казнили его?..

— Его сожрал котлованный упырь, — прошептал Кайли. — Несчастный случай. Я сам видел.

Филлин опустил голову.

— Я готов ответить за содеянное, господин Волков. Готов прямо сейчас и по всей строгости.

Уже через час он объяснялся на военном совете перед всеми командирами подразделений и перед царицей.

Та смотрела на него тёмно-зелёными глазами и порой брезгливо поджимала губы, а когда Филлин закончил речь, то холодно сказала:

— Ты уже мертвец, чароит. Такой же обречённый, как и восемьдесят твоих воинов, которых уже нельзя излечить. Все вы смертники. Но они верны тебе до сих пор и требуют не лишать жизни их командира.

Филлин опустился перед всеми на колени.

— Да, мы смертники, моя госпожа. Но мы готовы воевать за жизнь своих детей, за их будущее. Ведь если мы не спасём их, то кто же тогда будет жить в новом мире, когда старый поглотит тьма?

Он повторил слова своей сестры Джад.

Когда-то она говорила мне то же самое. Чароиты воевали за будущее своих детей и понимали, на что шли.

В зале воцарилась тишина.

Заварра поднялась с трона и окинула грозным взглядом всех командиров, что сидели за круглым столом.

— Что скажете, господа? Филлин предал нас. Какими бы ни были его побуждения, он солгал, глядя мне в глаза! Он солгал не только мне, но и вам всем! Как мы можем доверять ему и его воинам?

Не вставая с колен, Филлин поклонился до самого пола и остался в такой позе.

— Прошу вас, госпожа. Примите моё раскаяние и позвольте моему взводу смертников доказать свою верность. Бросьте нас в самое пекло сражения, и мы отдадим свои жизни за наш союз.

Он поднял голову, встал с колен, выпрямился и с достоинством посмотрел на всех.

— Я всё равно обречён! Так не дайте мне позорно сгинуть в темнице Атифы! Я приму смерть в бою, как воин! Среди других таких же! А если нет — то убью себя сам!

Его глаза сверкнули алым огнём фагнума, но на лице царицы не дрогнул ни один мускул.

— Кто за то, чтобы казнить Филлина за предательство? — спросила она ледяным тоном.

Опять повисла тишина.

— Ну? Смелее, господа!

Никто из командиров так и не поднял руку.