Переворот с начинкой - Ирек Гильмутдинов

«Переулок Отсохших Водорослей» полностью оправдывал название: тусклый, заваленный пустыми раковинами и пахнущий гнилью. Едва мы свернули за угол, как из тени вышли ещё трое таких же «рыболюдов», вооружённых зазубренными клинками из заострённых костей.

— Кошельки и артефакты — на бочку, — цокнул зубами тот, что явно был предводителем. Он крупнее остальных, да и питается, видимо, хорошо. — Или отправитесь кормить крабов, а может, вообще продадим вас на потеху публике. Есть у нас такие места, — грабители противно засмеялись.

Он не успел договорить. Вул’дан, скучавший всё утро, двинулся вперёд с радостным рыком. Через десять секунд все четверо лежали на мокром камне, а орк, упираясь коленом в спину нашего «гида», с интересом изучал устройство его жабр.

— Ну что, дружок, — я присел перед пленником, — теперь, когда нам никто не мешает, ты можешь рассказать нам, где мои друзья. У тебя два варианта. Первый — спасительный, рассказываешь про то, где наши люди. Второй… — я зажёг на руке шаровую молнию и приблизил шар к его лицу. — Второй — ты узнаёшь про то, что бывает с теми, кто пытается меня обмануть. Выбирай.

Он выбрал. Очень быстро. Сквозь сбивчивый поток слов, перемежающихся рыданиями, проступила суть: он и правда видел, как группа «сухопутных уродцев» совала нос не в те лавки и не к тем, кому следовало. И видел, куда они направились в последний раз — к «Глотке», старой городской воронке.

— Там, на окраинах города, есть место, — выдохнул он, с ужасом глядя на шар в моей руке. — Там воронка… туда скидывают мусор, ну и тех, кто не пригоден. Они туда пошли и не вернулись.

— А что внутри воронки?

— Сходи и узнай, — огрызнулся он, а после захрипел от боли. Орк решил удовлетворить своё любопытство, почки расположены у рыболовов так же, как и у остальных. Оказалось, что да.

— Поговаривают, что иногда оттуда приходит огромный монстр с рогами и забирает всех без разбора, чтоб принести их в жертву. Вот и ваших, думаю, он забрал.

Он был слишком напуган, чтобы лгать, а может и нет. Слишком бредово всё это звучало. Мы отпустили его, и он сломя голову пустился наутёк. Вул’дан фыркнул:

— И что, поверил этому подонку? Как пить дать, новая ловушка или пустой трёп. Скорее второе.

— Ага, наверняка гонит. Лишь бы зад свой спасти, — добавил Перчик. — Вообще местные какие-то тухлые. Теперь понятно, чего никто с ним дел иметь не хочет.

— Вообще это они не хотят, но не суть. Вы правы, что-то тут не так. Но при всём богатстве выбора другой альтернативы нет. И понятно, что всё, что он сказал, чушь, — ответил я, и мы двинулись в ту часть города, куда мало кто заходит. Это была почти окраина, а сам город размером не меньше Прибрежного. Когда мы дошли до того «места» и я стоял, глядя в сторону зловещей воронки, то произнёс:

— Но он сказал ту самую правду, которая всегда ведёт к обелискам. Странности, необычные монстры, спонтанные появления… Да, это их почерк. Да и наших он описал.

Внизу и вправду была воронка, чем-то напоминающая глотку, что готова жрать сутками напролёт.

— Аэридан, сгоняй внутрь, посмотрим, что там да как.

— А чего я? Вон пусть зелёный сгоняет. Он маг воды.

— Так я тебе какао вкусный приготовлю. А ещё новый десерт дам первым попробовать. Шоколадный фондан с мороженым — бисквит с тонкой корочкой и жидкой сердцевиной из горячего шоколада. М-м-м, вкусно до ужаса.

— Вот же. Умеешь правильные слова подобрать.

Пегарог растворился в воздухе и устремился в самый центр воронки. Не было его минут семь, и я уже забеспокоился, когда он наконец-то вылетел оттуда.

— Ну? — спросили мы все разом.

— Ты был прав, там обелиск. Воронка уходит в расщелину, а после прямиком в открытый портал, рядом с которым и лежит обелиск.

— Лежит? — переспросил я.

— Ага. Видимо, когда попал в воду, то упал на бок. Да и вообще мне без разницы. Гони вкусняшки.

— В портал не заходил?

— Не-а. Чего мне там одному делать. Где какао?

— Хи-хи, — засмеялся бельчонок, да и я улыбнулся. — Радужный, что, боишься встретиться с очередным голубазавром?

— О чём это ты? — спросил бельчонка орк, и тот ему поведал. По окрестностям раздался громоподобный хохот Вул’дана.

Пока он хохотал, я увидел, как слева от нас подошло несколько рыболюдов и побросали мусор в воронку. Объедки, какие-то палки, в общем… Что-то мне захотелось вертеться с этим всем. Дождавшись, когда всё это скроется с глаз, начал торопить своих.

— Так всё, хватит ржать. Пора спускаться.

Активировав артефакты на дыхание под водой и те, что позволяют быстро плавать, мы с разбегу прыгнули в воронку. Нас закрутило, завертело и понесло вниз.

Пока мы пребывали в этом водовороте, что неспешно закручивался по часовой стрелке, в голове моей роились вопросы. С какого такого перепугу моя «спецбригада» ринулась в эту пучину? Да, они обладали схожими артефактами и могли это сделать, но зачем, да ещё и в сопровождении нанятой команды? Были ли они вынуждены кем-то? Или преследовали кого-то? Всё как обычно: сотни загадок, а отгадок — ни единой. Я так не люблю, я так не играю.

В голове вспылил минувшей вечер. Сидя в палатке, развернул ту самую карту-артефакт и был изрядно поражён увиденным. Во-первых, она почти целиком преобразилась в объёмное полотно, за исключением водных просторов, земель дракосов, владений звёздного неба и заснеженных пиков, где обитают снежные эльфы. Логично предположить, что по завершении нынешнего обелиска морские просторы обретут цвет и явят множество подсказок. Если, конечно, их десять. Бильбо мог и ошибаться. Но тот же Ксил'раак Тор'векс говорил о десяти, но он не был уверен. Правда, где они, он мне так и не поведал. Во-вторых, меня потрясла невероятная детализация — теперь можно было ткнуть как на сенсоре и приблизить любую точку, различая даже улочки в самых малых деревушках. Ридикус, кстати, хорошо позаботился о моей «семье», построив им огромный дом, — подумал я, рассматривая его. Он, конечно, иногда спрашивал, когда я к ним заеду в гости, познакомлюсь с сёстрами, но сразу отрезал это. Говоря, всё это только после того, как все дела решатся, не раньше.