Милан. Том 7 - Arladaar

— Но всё-таки любопытно будет посмотреть. Кстати, там на сайте телекомпании написано, что можно будет задать вопросы. Я уже задал!

— И что же вы спросили?

— Спросил, когда они поумнеют.

— Хоть бы тебя забанили там.

— А я спрошу, сколько бабла они заработали на этом Екатинске!

Прямая трансляция из Екатинска показывалась не только в интернете, но и шла по эфирному цифровому телевидению, которое транслировалось по городу и городскому округу. Естественно, у провинциальной телекомпании не было своего отдельного телеканала — они вставляли свои программы в один из федеральных каналов. Система местного телевещания тоже была плотно интегрирована с интернетом.

Накануне прямого эфира телекомпания поступила мудро: загрузила видео в социальную сеть, где их вполне свободно посмотрели десятки тысяч людей. Однако, когда эти же десятки тысяч людей со всего мира, начали смотреть прямой эфир на сайте телекомпании, а тем более, задавать вопросы, сервер компании упал. У тех, кто смотрели этот эфир по местному телевидению, продолжила вещание федеральная компания. Кто смотрел эфир в интернете, в плеере появилось чёрное окно.

Но всё равно большую часть прямой трансляции поклонники фигурного катания успели посмотреть, и сразу же начались горячие дебаты, в ходе которых были написаны тысячи комментариев, разбирающих каждое слово спортсменок, было высказано тысячи оскорблений друг друга и вообще всех вокруг, были розданы сотни банов. Как всегда, половина фанатов сходились во мнении, что Сотка и Смелая плохие, а другая половина отстаивала их и говорила, что они очень хорошие и альтернативы им на ближайшее время никакой не предвидится, надо жить с такими…

…Во вторник, девятого ноября, Брон, как и обещал, без объяснительной учениц до тренировки не допустил. Это выяснилось, когда Людмила и Сашка стояли в очереди на взвешивание. Брон выглянул из кабинета, убедился, что подружки пришли на тренировку, и позвал к себе в кабинет без очереди, невзирая на возмущённое пищание остальных фигуристок.

— Пишите объяснительные, — непреклонно заявил Брон, показал на стол и дал каждой по листу бумаги формата А4 и по ручке.

— А иначе никак нельзя? — угрюмо спросила Смелая, исподлобья глядя на тренера. — Чё, даже день нельзя пропустить? Мы в тюрьме?

— Нет, нельзя пропускать. Я не то что враг вам или какой-то недруг или мучитель, — объяснил тренер. — Так положено. Это называется, внутришкольная дисциплина, если вы знаете, что это такое. Вы вчера пропустили тренировочный день, хотя я вам дал 3 дня полных выходных. При этом, кстати, видел, чем вы занимались в этом городе, об этом вся спортшкола судачит, и не только спортшкола, но и федерация, да и её пресс-центр обрывают звонками все, кому не лень! В интернете шум! Все мне звонят и спрашивают, какого чёрта вы забыли в этом городе и почему катаетесь там без меня. А что я могу ответить? Только мычать.

— Мы выступали на благотворительном мастер-классе! — заявила Смелая. — Это что, нельзя?

— Мастер-класс проводить можно, — спокойно сказал Бронгауз. — Катать соревновательные программы без моего разрешения нельзя. Каждый прокат входит в тренировочный кейс. А если бы вы получили травму на этом действе? Что дальше? Снятие? Реабилитация? Да нас живьём съели бы со всех сторон и не поморщились. Недругам и конкурентам только радость доставили бы. Это пропуск сезона автоматом, вылет из сборной. Тем более, мне звонили вчера из федерации, и произошли кое-какие изменения. Арина, тебе придётся выступить и на «Ростелекоме».

— Как выступать на «Ростелекоме»? — недовольно спросила Людмила, отрываясь от написания объяснительной записки. — Мне же в Японию через 10 дней.

— Федерация и «Ростелеком» хотят устроить настоящий праздник спорта в Москве, — объяснил Брон. — Зрителей ожидается очень много, будет очень красочное открытие соревнований с участием известнейших звёзд спорта. Естественно, показательные тоже запланированы очень объёмные. Но, кроме показательных, тебе придётся откатать произвольную программу вне конкурса. Наши московские зрители и российские болельщики фигурного катания хотят вживую увидеть, что ты поставила в этом сезоне. От короткой программы федерация тебя освободит, зато в произвольной ты откатаешь полностью соревновательную программу, самая первая. И это ещё не всё. Ты будешь участвовать в показательных выступлениях посередине второго отделения, после антракта. Всё ясно? Напоминаю, в твоём контракте с федерацией эти дополнительные пункты есть. Отказаться ты можешь, но тогда есть риск стать недоговорной.

— Всё ясно… — промямлила Люда. — А чьё имя в объяснительной писать? Кому отдавать-то?

— Пишите на имя главного тренера, на имя Адели Георгиевны, — объяснил Брон. — Сейчас как напишете, её не ждите, отдайте мне. Кстати, в объяснительной сразу же укажите, зачем вы катали соревновательные программы без тренера. Мне это очень любопытно услышать.

Люда со Смелой посмотрели друг на дружку. «Ну задрали», — читалось в их взглядах… Ну какие причины можно указать? Да такие, что хотели доставить радость людям!

… Во время общефизической тренировки подружки держались вместе, как будто преступницы, отбывающие наказание. Разговоры вели тоже соответствующие моменту.

— Я не пойму, зачем мне сказали катать дополнительную программу, — недоуменно сказала Людмила, наяривающая километраж на беговой дорожке рядом с Сашкой.

— А я как раз-таки вполне себе понимаю, — усмехнулась Смелая. — Брон же сказал, что они решили целое шоу устроить из этого соревнования. Наберут туда опять 10 ведущих с микрофонами, Зенитку, Дали, ещё кого-нибудь. Эти типа звездульки будут ходить, говорить банальщину, спрашивать всякую ерунду. Хихикать, как дурочки. Ну а ты попала под раздачу. Похоже, решили, что если есть силы катать программы в Екатинске, значит, вполне хватит сил откатать их на «Ростелекоме».

Люда пожала плечами. Возможно, Сашка была права…

… На прыжковой тренировке тоже произошли кое-какие изменения. В первую очередь, Брон наехал на Смелую: похоже, смотрел прокат её короткой программы в Екатинске и видел, что она чисто прыгнула тройной аксель'.

— Саша, на сегодняшней тренировке будешь катать короткую программу с тройным акселем! — заявил Брон перед началом ледового занятия. — Я видел, что ты прошлый раз откатала её с тройным акселем, чисто, поэтому уверен, что откатаешь её и на соревнованиях. Сейчас вставим аксель в короткую программу и с самого начала старта добиваемся тотального преимущества на арене.

— А что мне делать? — спросила Люда.

— Прыгай те каскады и элементы, что стоят в произвольной программе, — велел Брон.

— С одним тройным акселем?