Оторва. Книга 10 - Ортензия

бы, но это его нисколько не расстроило. Он умел великолепно боксировать, а в юности даже заработал несколько грамот и пару кубков на соревнованиях. А ещё лучше, если бы бандиты напали именно на Бурундуковую, а он бы спас Героя Советского Союза. Хотя, за что её наградили, девушка отмолчалась, но это наверняка был невероятный подвиг, и она, конечно, рисковала своей жизнью, примерно как и сейчас.

«Вероятнее всего, она чемпион Советского Союза по подводному плаванию, — внезапно догадался Невзоров, — конечно, и подвиг её связан именно с подводными работами, о которых в газетах не пишут из-за секретности».

Но особенно странно, что фамилия знакомая, будто слышал недавно, но припомнить, в связи с чем, у Александра не получилось.

— Восемь метров, — отрешённо повторил за Бурундуковой Невзоров и отрицательно помотал головой, к своему стыду признаваясь: — Я и плаваю-то так себе. Нырнуть вряд ли.

— Тогда забирай его, — проговорила Ева. И не успел Александр сообразить, что она имеет в виду, как на поверхности мелькнула попка девушки, при виде которой у парня перехватило дыхание.

«Она под юбкой без трусиков? Невероятно!»

Невзоров ещё несколько секунд смотрел на то место, где исчезла Бурундуковая, и только когда мальчишка сильнее закашлялся, вспомнил о своих обязанностях.

— Олег! — закричал он Лучинскому. — Помоги!

— Да чтоб тебе мыло в одно место! — рассердился капитан, услышав заполошные крики Невзорова. — Ты же сказал, что плавать умеешь.

Однако, оглянувшись, он обнаружил около старлея ещё одну голову на воде и тут же погрёб обратно, крикнув при этом как можно громче:

— Хватай её за волосы, не дай ей ещё раз нырнуть!

Невзоров что-то прокричал в ответ, но капитан так сильно колотил руками по воде, что слов разобрать не удалось, и только оказавшись рядом, понял свою ошибку. Рядом со старшим лейтенантом на воде находился мальчишка лет пятнадцати.

— А этот откуда здесь? — удивлённо спросил Лучинский. — Он что, тоже прыгнул? Да что здесь вообще происходит? Ещё один самоубийца?

— Нет, — ответил Невзоров, — он с автобуса. Его только что Бурундуковая вытащила. Сказала, что там воздушный карман образовался.

— А она где? — капитан принялся оглядываться.

— Нырнула за следующим, — ответил Невзоров. — Спросила, могу ли я нырнуть на восемь метров, а когда я отказался, сама пошла.

— Как сама? Зачем? Если там воздушный карман, дождутся водолазов. Как можно, не отдышавшись, снова нырять на такую глубину?

— Так она это, — сказал Невзоров, — чемпионка Советского Союза по подводному плаванию.

Александр вдруг полностью уверился, что так оно и есть и по-другому быть не может.

— Чемпионка, — с уважением протянул Лучинский, — эти могут под водой долго находиться. Говорят, три минуты для них даже не результат.

— Эй, на мосту! — крикнул капитан, задрав голову. — Нам помощь нужна. Скворцов, ты ведь плавать умеешь, давай сюда!

— Я плавать умею, — раздался голос сверху, — но я прыгать не умею. Тут слишком высоко для меня.

— Так и не нужно прыгать, сбоку лестница есть, — капитан указал левой рукой.

Несколько человек глянули, и Скворцов отрицательно покачал головой.

— Короткая слишком! — крикнул он.

— Да нет же! — Лучинский хлопнул ладонью по воде. — Тут ещё одна лестница прямо по опоре идёт. Ты её просто сверху не видишь. Перелезай!

Лейтенант Скворцов перебрался через поручни и слегка пнул лестницу, проверяя её на прочность.

— Да куда ж ты в туфлях полез? — закричал Лучинский. — Обувь казённая, или ты думаешь, тебе её раз в месяц выдавать будут? Высчитают стоимость из зарплаты. Скидай! И брюки сними, с них тоже четыре рубля высчитают — считай, неделя обедов за свой счёт. Рубашку можешь оставить, ничего с ней не станется.

Скворцов оглядел себя и полез через поручни обратно. Скинул туфли и, оглянувшись на молодёжь, нехотя стащил брюки, оставаясь в семейных трусах.

Лестница действительно была: недоставало до воды всего метра полтора, но это было невысоко, и Скворцов, повиснув на нижней перекладине, даже дотянулся ногами до реки, после чего разжал пальцы и полностью погрузился под воду.

Следом за ним спустился капитан Ушаков, которому и доверили транспортировать мальчишку до берега.

Девушку Скворцов сразу узнал, едва она вынырнула из-под воды. Это именно она сделала ему подсечку, когда он пытался её остановить. Причём получилось у неё довольно ловко.

Рядом с девушкой всплыла ещё одна голова, что не могло не радовать. Вероятно, и впрямь, как говорил Невзоров, она была чемпионкой.

— Мне нужна помощь, — сказала Бурундуковая, обнаружив в воде сразу трёх милиционеров, — у девочки ногу придавило. Нужна грубая мужская сила.

Скворцов глянул на Невзорова, перевёл взгляд на Лучинского. Восемь метров. Это она чемпионка, а он так глубоко точно не нырнёт, и, судя по взглядам сослуживцев, никто из них на такой подвиг не сподобится. Восемь или девять метров! Ничего себе. И не просто нырнуть на спор, а помочь освободить застрявшую девчонку. Откуда столько воздуха в лёгкие набрать?

— Что? — спросила Бурундуковая, глубоко втягивая в себя воздух, словно мехами работала.

«Даже для чемпионки Советского Союза тяжело, — подумал Скворцов, — мы-то уж точно утонем».

— Это очень глубоко, — ответил за всех капитан, — но раз там есть карман с воздухом, пусть сидят, сейчас спасатели будут, минут через десять. У них акваланги, вытащат.

— Минут десять? — Бурундуковая скривилась, словно лимон надкусила без сахара. — Через десять минут там уже дышать нечем будет. Он очень быстро уменьшается.

Она шумно втянула в себя воздух, выпустила его и, перевернувшись, исчезла под водой.

— Стой! — крикнул Лучинский, но Бурундуковой уже и след простыл.

Юбка у девушки задралась, и Скворцов впервые увидел голую женскую попку. Он покраснел до кончиков волос, но тут же решил, что ему это привиделось, и глянул на капитана. Нет, не привиделось. И Лучинский, и Невзоров смотрели именно на то место, где только что исчезла чемпионка, и взгляды у них были неоднозначные.

— Твою мать! — разразился капитан, матеря Бурундуковую. — Третий раз подряд, не отдышавшись! Потонет же. Вот же дура. А ты, Скворцов, чего застрял? — обратился Лучинский к лейтенанту. — Пацана дотащишь до берега?

— Я сам доплыву, — подал голос мальчишка. — Я плаванием занимаюсь уже три года.

— А как себя чувствуешь? Как зовут? — тут же