Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

к чему, то благодарно кивнула мне. Если уж обнажаться, то по своему желанию, а не по воле случая. К тому же, если учесть, какие тут испытания, нам ещё не раз придётся это сделать.

К несчастью для подглядывающих проделал я всё это очень быстро, и они не успели отвернуться, чтобы не лицезреть мои гениталии. Несколько человек упали в обморок, а одна девушка, побледнев, так и не смогла отвести взгляд.

— Не могу… перестать… смотреть… — прочитал я по её губам.

Княжна и Лиза, покраснев, отвернулись.

— Ну? — грозно спросил я. — Куда идём?

— Купаться! — пискнула Василиса, старательно разглядывая вспыхнувшую на ветке вверху лампочку.

— То-то же.

Купальни находились в восточной части этого городка и примерно повторяли купальни первого дня. Те же две раздельные чаши, вешалки для одежды, живая изгородь между мужской и женской половинами. Правда, чтобы пройти, надо было приложить ключ-карту к специальному кристаллу. После этого раздвинулись густые ветви, пустив нас внутрь. Перед разделением отдал девушкам два комплекта чистой и новой одежды. Два, потому что княжне новый комплект не нужен. Пакеты с ней, кстати, были довольно тяжёлые. Скоро узнаю почему. Еду мы сложили в доме, предварительно поделившись с Альфачиком. А то опасно оставлять голодного Лютоволка рядом со вкусной едой.

С огромным удовольствием я опустился в горячую бурлящую воду. Да, здесь было ещё и джакузи с фильтром. Рядом со мной вода покрылась маслянистой плёнкой, но она быстро исчезла, как и мыльная пена, когда стёр с себя грязь и копоть.

Какое же это всё-таки блаженство — быть чистым.

Из-за изгороди слышались голоса девушек и плеск воды. Так бы лежал и лежал наслаждаясь, но голод не тётка. Есть хотелось ужасно, поэтому через пятнадцать минут я выбрался из такой уютной чаши и принялся за распаковку одежды.

Полный комплект: светлая рубашка, простые, но прочные штаны из ткани с кожаными вставками, хорошие ботинки и кожаный нагрудник с каким-то странным кристаллом посередине. Я не сразу понял его назначение, но когда до меня дошло…

— Оу… — пробормотал я. — Теперь понятно, почему эти комплекты стоили дешевле остальных.

Голубоватый кристалл по форме напоминал глаз. Только разрез был вертикальный. Жуки-глазуны таскали на панцирях нечто похожее. Хм, значит, теперь за нами смогут наблюдать буквально повсюду и, как говорится, от первого лица. Надеюсь, от этого будет прок. Дополнительные кикибаллы, например, или помощь от спонсоров.

Выйдя из купальни, встретился с девушками. На Лизе был похожий комплект, а вот у Лакроссы отличался металлическим нагрудником. В остальном всё то же самое.

— Спасибо, — сказала блондинка, мило улыбнувшись. — Я уж боялась, что буду в лохмотьях до конца турнира ходить.

Я хмыкнул:

— Эти доспехи попрочнее будут. И слизь их не берёт.

— А это что такое? — спросила Лакросса, колупая ногтем кристалл. — Похоже на глаз.

— Это он и есть, — кивнул ей.

— Ч-что? — мгновенно вскинулась она. — То есть меня могли видеть, пока я переодевалась⁈

Оркесса тут же в панике закрылась руками, как будто прямо сейчас стояла здесь голая. Чем вызвала весёлый смех у княжны.

— Цыц, голубая! — рявкнула на неё Лакросса, а голубоволосая язва спряталась за меня, только голову высунула и показала язык.

Когда вернулись на площадь, народу там значительно прибавилось. Кто-то тратил заработанные баллы, кто-то заваривал лапшу прямо на одной из скамеек, а рядом лежал спальный мешок. Да, экономия — она такая.

Несколько человек ломились в запертый дом. Хорошо, что не наш.

— Открывай! — вопил искусанный пчёлами парень. — Ты обещал поделиться очками, а сам снял себе дом! Где наша доля, сволочь⁈

— Да! Открывай, козлина проколотая! — истерично вопила девушка, сейчас больше напоминавшая молодую версию бабы-Яги из сказок. На спине торчало несколько больших волдырей.

— Это у вас там Броков, что ли? — невзначай спросил я, проходя мимо.

Мы шли к себе в дом, чтобы наконец поужинать, а этот был по соседству с нашим.

— Да, чтоб ему… — Парень резко замолчал, увидев нас. — Ты! Это же ты на нас пчёл натравил! Ты во всём виноват!

— Ага, щас, — мгновенно вскипела Лакросса. — Это вы меня сбросили вниз! А затем пытались вместе с проколотым нашу добычу отобрать!

— Мы… я… — стушевался парень. Брюнет, кстати, с чёлкой набок и лицом безобидного, в общем-то, человека.

— Получили, что заслужили, — закончил я за него и открыл дверь нашего дома.

Парень не нашёлся, что ответить, как и остальные из команды Брокова.

Мы уже было зашли в дом, но тут защёлкали перекидные карточки на большой турнирной таблице. Подсчитали очки участников, так что весь народ сразу бросился туда. Даже Проколотый выполз. Причём в буквальном смысле. Правда, в дверь еле протиснулся, потому что задницу разнесло до размеров дирижабля. Не забыл прожечь меня ненавидящим взглядом, а я только улыбнулся в ответ, показав клыки. Пускай боится. Таким это полезно.

Хотя, зная характер таких вот аристократов, уверен: его род ещё попытается надавить на других участников, чтобы насолить нам. Так что надо быть настороже.

Карточки перестали шуршать и замерли. Вот и итоги первого дня:

1. Метельская — 9700 (это, наверно, та шатенка с ветряным Инсектом)

2. Макаров — 9400

3. Ящеров — 8320

4. Броков — 8250

…

47. Морок — 5430

…

65. Онежская — 4570

66. Дубов — 4500 (да, я нехило потратился на комфорт)

…

78. Светова — 3000

…

Ну и так далее. Мда, мы сегодня неплохо заработали, но и я прилично потратился. Зато выспимся и наедимся, а это куда важнее для следующего дня соревнований.

— Эй, а чего это у Лакроссы так много очков? — надулась княжна. — Я же больше заработала. Откуда?

— От верблюда, — передразнила её оркесса. — Меня больше волнует, почему ты не плетёшься в самом конце со своим характером.

— Фух, а я ещё не в самом конце, — радовалась Лиза. — Спасибо вам.

Благодарить было за что. Броков кинул свою команду на баллы, и некоторые не заработали вообще ничего. То есть по нулям. И их тут же исключили из соревнований. Лизу эта участь не коснулась, благодаря нам.

Девушек я мягко подтолкнул к дому. У нас уже еда наверняка безнадежно остыла.

— Идём с нами, — позвал я Лизу, а она вдруг возьми и покрасней.

— А м-можно? —