Система дефрагментации - Сергей Сергеевич Мусаниф

— Насколько месть свойственна искусственным интеллектам? — поинтересовался Гарри.

— Я полагаю, что это не просто месть, — сказал Магистр. — Пожиратель Миров нападал на физрука и до того, как он порубал его планету на куски.

— Интересная у людей жизнь, — сказал Гарри.

— Как будто у тебя не такая, — сказал Магистр.

— Такая, — вздохнул Гарри. — Но это не радость моя, а боль. Я, знаете ли, человек достаточно скучный и не люблю все эти приключения. И в особенности я не люблю насилие. Я, можно сказать, пацифист. К сожалению, не практикующий.

— Для человека, неприемлющего насилие, ты слишком легко его творишь, — сказал Магистр.

— Само как-то выходит, — сказал Гарри. — У людей бывает физиологическая предрасположенность к чему-то, чего они разумом, может быть, и не очень хотят.

— Напомни мне, — попросил Магистр. — До того, как Система пришла на Землю, ты был садовником или пекарем?

— Долг перед страной и королевой позвал меня на государственную службу, — сказал Гарри. — Но в душе, где-то очень глубоко, я хотел совсем не этого.

— А чего же ты хотел?

— Не знаю, — сказал Гарри. — Маленький сад, скромный домик с красной крышей где-нибудь в сельской местности. Тишина, покой и немного пива.

— Это скучно, — сказал Магистр. — Я пробовал.

— Может быть, — сказал Гарри. — Но я-то не пробовал.

— Ты начнешь выть от тоски уже через неделю, — сказал Магистр.

Гарри промолчал.

— Знаешь, в чем твоя проблема? — спросил Магистр.

— В количестве людей, которые хотят рассказать мне о ней.

— Твоя проблема в том, что ты сам себя не понимаешь, — заявил Магистр. — Ты для себя просто очередной незнакомец.

— А ты, значит, читаешь меня, как открытую книгу?

— Я давно живу, — сказал Магистр. — И я знаю, как играть в эту игру. Система обнажает истинную сущность людей, смывая с них все наносное. И если бы ты на самом деле хотел быть садовником, пекарем или плотником, или вообще крестьянином каким-нибудь, то за последний год ты бы сделал хотя бы один шаг в этом направлении. Но вместо этого ты качал совсем другие навыки и стал самым эффективным убийцей Игры. И это не потому что такая игра, ведь игра для всех разная. Это потому что ты такой.

— Расскажи о вариативности прохождения тем, кого в первые часы сожрали зомби, — сказал Гарри. — Или тем, кто сам стал зомби. По какому, кстати, принципу Система решала их судьбу?

— Рандомно, — сказал Магистр. — Согласен, в первые дни все озабочены лишь вопросами выживания. Но потом, тем более, после того, как ты получил доступ в другие игровые миры, перед тобой были открыты любые дороги. А ты все равно пошел по привычной.

— Если ты находишься во враждебной среде, самое безопасное место в ней — на вершине пищевой цепочки, — сказал Гарри.

— Это рассуждения хищника, — сказал Магистр. — пусть даже в душе ему нравится думать, что он травоядный.

— А, пустое, — сказал Гарри. — Вы построили новый дивный мир по образу и подобию своему, и понятное дело, что ты будешь всячески его защищать, как практически, от очередного Пожирателя, например, так и на идеологическим фронте. Легко бросить человека в яму с крокодилами, а потом рассуждать о том, как он неэлегантно выгребает.

— Ты все-таки хочешь подраться, — уточнил Магистр.

— Хочу, — не стал отрицать Гарри. — Но я еще окончательно не определился, насколько мне это надо.

— Когда мы закончим с Пожирателем Миров, я к твоим услугам, — сказал Магистр. — Честный бой, нечестный бой, уличная драка без правил, как хочешь.

— Я обязательно извещу тебя, когда решу начать, — заверил его Гарри.

Магистр уселся в кресло и снова сделал корабль видимым. Окружающий их космос исчез.

— Может быть, лучше я поведу, Мессир? — спросил Брюс.

— Да, точно, — сказал Магистр и освободил монаху место пилота. — Я уже говорил, что слишком стар для всего этого?

— Дважды, — сказал Гарри. — Но если бы я был тобой, то уже обвинил бы тебя в том, что ты тоже прикидываешься.

— Когда ты живешь так долго, с каждым годом все труднее находить то, что может пробудить интерес к жизни, — сказал Магистр. — Ладно, хватит всего этого. Верни нас в Систему, Брюс. Нам нужно будет отыскать физрука и сесть ему на воображаемый хвост.

— Насколько это будет сложно? — спросил Гарри.

— Отыскать физрука? — удивился Магистр. — Вообще не сложно. Я же на него метку поставил.

— Ты на всех своих знакомых метки ставишь?

— Конечно, — сказал Магистр. — Иначе как их потом искать?

Брюс устроился в кресле пилота, надвинул на лицо визор и положил руки на управляющие джойстики, когда Гарри пришло очередное Системное уведомление. Судя по тому, что никто больше не дернулся и даже бровью не повел, его спутники такое сообщение не получали.

Оно было достаточно коротким и извещало Гарри о том, что он больше не на вершине пищевой цепочки.

— Похоже, что наш общий знакомый, на воображаемый хвост которого вы решили присесть, завалил что-то эпическое, — сказал Гарри. — А может быть, даже и легендарное.

— То есть?

— Физрук теперь номер один в рейтинге, — сказал Гарри.

— И что ты по этому поводу чувствуешь? — спросил Магистр. — Расстроен? Хочешь об этом поговорить?

Гарри пожал плечами.

— На самом деле, мне плевать, — сказал он. — Тебе ли не знать, что эти ваши рейтинги реальной картины не предоставляют. Вас двоих в них вообще нет.

— Предоставляют, — сказал Магистр. — Но не в полной мере, конечно. Итак, судя по Modus operandi нашего друга и тому, сколько в мире вообще есть эпических созданий, за убийство которых отсыпают подобное количество эскпы, мы можем сделать вывод, что альвионский эксперимент Системы закончен. Впрочем, это казалось мне неизбежным с самого начала. Физрук — парень очень дотошный, и я не сомневался что теперь, когда он думает, что игра подходит к концу, он не обойдет Альвион своим вниманием.

— В чем была суть эксперимента? — поинтересовался Гарри.

— Теперь уже не важно, — сказал Магистр. — Несколько веков научных наблюдений коту под хвост только потому, что у кого-то сильно зачесалась бита. Но на самом деле, мне ни чуточки не жаль, эта идея с самого начала казалась мне неудачной.

— По крайней мере, физрук не сидит без дела, — сказал Гарри. — Хотя я и не вполне понимаю, как то, что он делает сейчас, связано с тем, что он собирается сделать.

— Никак не связано, — заверил его Магистр. — Он просто подчищает хвосты. Убирает за собой, так сказать. Расставляет точки над i. Тащи нас обратно в игровые миры, Брюс. И поскорее, пока там еще хоть что-то осталось.

Гарри уселся в кресло, потянулся было в инвентарь за сигаретой, но вовремя вспомнил,