Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

— Благодарю тебя за гостеприимство и совет, ясноглазая Хлин, — ровным благожелательным тоном ответила я, хотя точные слова служанки немало взволновали меня. Девушка поклонилась и отступила. Указав на главные двери в конце арочной галереи, богиня попрощалась и сделала несколько грациозных шагов назад, после чего её светлые одежды слились с молочным покрывалом облаков. Асинья исчезла. Я вздохнула и направилась к выходу. Проявить смирение… Это именно то, отчего я отвыкла в золотом чертоге бога огня. Впрочем, ради его благополучия я готова была пойти и на большее.

Я уже переступила порог туманного дворца Фригг и увидела Варди, дожидавшегося подле колесницы, когда зловещее хриплое карканье заставило меня вздрогнуть и обернуться. На одном из двух высоких деревьев, высаженных по бокам центральной лестницы удивительного чертога, я увидела крупного смоляного ворона. Умная птица замолкла и только изучала меня чёрными бусинками глаз, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую. Отчего-то мне стало не по себе, и я не нашла ничего лучше, чем с почтением склонить голову перед мудрым пернатым.

Даже малое дитя в Асгарде знало, что неотъемлемыми спутниками Одина являются вороны Хугин и Мунин, однако немногим было известно, что и глазами их сородичей Всеотец способен глядеть на происходящее в стране богов и во всех других землях. Мой ловкий собеседник снова каркнул в ответ, склонил клюв вперёд, а после расправил крылья и взмыл в воздух. Я провожала его задумчивым взглядом. Ворон летел в направлении Вальхаллы. Более очевидного знака представить было невозможно. Вздохнув и невесело улыбнувшись, я поманила Асту за собой и велела Варди везти нас в самое сердце Асгарда.

Поднимаясь по ступеням Вальхаллы, я испытывала смешанные чувства. И радостные, и горестные воспоминания связывали меня с ней. Однако, так или иначе, снова и снова все пути и все жизненные переплетения приводили в просторный чертог Всеотца. На сей раз я оказалась более предусмотрительной и выведала у первого же стражника, попавшегося мне на глаза, во дворце ли Фригг и как мне найти госпожу. Богиня оказалась в палатах своего супруга, в чём, впрочем, я и не сомневалась. Скривив губы, я миновала воина и устремилась к широкой центральной лестнице. Если идти на растерзание, то с гордо поднятой головой. Мы прошли несколько ярусов и просторных переходов, когда, наконец, в конце одного из них послышались знакомые голоса.

Увлечённые оживлённой беседой, Один и Фригг не сразу заметили нас. На мгновение я смутилась, но, взяв себя в руки, расправила плечи, сложила дрогнувшие от волнения губы в кроткую улыбку и с плавной размеренностью двинулась навстречу прародителям. Признаться, я надеялась застать госпожу одну, как мне посчастливилось в прошлый раз, хотя красноречивое предупреждение богини утешения, а затем ещё более красноречивый знак шаг за шагом разрушали мою веру в столь невероятное совпадение. Заметив меня, властители Асгарда стихли. Отступать было поздно. Склонив голову, я приблизилась, с изяществом и учтивостью присела в поклоне.

— Повелитель, госпожа, приветствую вас, — ровный голос наполняли благожелательность и смирение. Если бы только кто-то знал, каких усилий мне стоило это деланное спокойствие, холодная невозмутимость, отсутствие дрожи в связках. Всеотец обратил на меня взор.

— Здравствуй, Сигюн, — произнёс он так сухо, что у меня сжалось сердце. Впрочем, по устоям того Асгарда, к которому и я раньше принадлежала, я это заслужила. Мне не оставалось ничего другого, кроме как со стыдом опустить светлые ресницы.

— Тебе не место здесь, моя милая дочерь, — если бы не ласка и забота внимательной и понимающей богини богинь, я бы растерялась и утратила самообладание под пристальным и суровым оком владыки Асгарда. — Не в твоём положении, — с улыбкой уточнила Фригг. — Ты бледна. Что привело тебя в Вальхаллу?

— Госпожа моя, я надеялась найти Ваше общество и спросить Ваш совет как покровительницы семейного очага, — от внезапно нахлынувшего волнения я проглотила первые несколько слов. Пришлось замолкнуть, перевести дыхание, прежде чем я сумела собраться с мыслями и закончить фразу. Мать асов склонила голову и поглядела на меня с нежностью и как будто сочувствием. — Если, конечно, повелитель позволит, — добавила тише, со смущением и покорностью потупившись. Моё досадное смятение можно было обратить из слабости в силу, и я решила извлечь из него пользу. Один смотрел на меня уже чуть мягче, но всё ещё с немалым недоверием. — Надеюсь, я не помешала вам?

— Мы закончили беседу, правда, господин мой? — мудрая Фригг обратила ясные глаза на супруга и улыбнулась с хитрецой. — Пойдём, Сигюн, тебе стоит отдохнуть, — и широким плавным взмахом руки она указала на светлые покои, которые были отданы ей во владение в чертоге Всеотца. Собственно, к ним я и держала путь. Богиня первой направилась к дверям, я сделала пару шагов следом, однако, поравнявшись с отцом ратей, задержалась. Мы стояли плечом к плечу, только я смотрела в одну сторону, а мой собеседник — в противоположную. Мы не видели лиц друг друга, и это придало мне решимости.

— Повелитель, я прошу простить мне слова, сказанные по глупости, в порыве гнева и отчаяния, — я не опускала головы, но, чуть повернув её, обратила лицо к статному асу. Признание своей неправоты давалось мне с трудом. Во многом потому, что я не слишком в неё верила. И уж проницательный отец асов тем более. Однако я подчинялась его власти, и это было именно то, чего он желал. Я утешала себя тем, что если уж гордец-Локи преклонил колено перед властителем Асгарда, то и я могла наступить на горло своему тщеславию ради любви к нему. — Всё случилось так, как Вы предрекли. Я остыла, одумалась и покоряюсь Вашей воле. Вашей… справедливости, мой господин.

— Помни, кто ты есть, Сигюн, — не шелохнувшись, ответил Всеотец. Разочарование сквозило в его стальном голосе. Я вздохнула. Я догадывалась, что просить о прощении будет делом нелёгким, но я поступила правильно. Я совершила ошибку и должна была за неё расплатиться. Помолчав, я кивнула и тронулась с места, когда Один заговорил снова: — Ты — дочь Бальдра, а значит, и моя дочь. Всё позабыто, но не заставляй меня больше разочаровываться в тебе, — и праотец пошёл своим путём, а я — своим. Фригг дожидалась меня в дверях, улыбаясь ласково и кротко. Я не знала, доносились ли до неё отголоски нашего разговора, но не сомневалась, что провидица знает правду и без него.

Только