Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

Я усмехнулась на выдохе. Выходит, я многому научилась за то время, что прожила в золотом чертоге. По крайней мере, предугадывать переменчивые настроения супруга и их последствия. Всё было готово, мне потребовалось только окликнуть слуг, ожидавших у дверей, и в покои тотчас внесли стол, широкое блюдо, накрытое высоким колпаком, кувшин вина, воды и два кубка. Молча установив всё это у камина, молодые люди поклонились и вышли. Кивком головы я указала на блюдо, подняла на бога обмана лукавый озорной взгляд из-под бровей и подмигнула. Локи ухмыльнулся, но как-то вымученно. Тем не менее, он приблизился к столу, взял колпак.

Я стояла лицом к камину, из-за плеча наблюдая за происходящим и стараясь не смотреть на стол, ведь я знала слишком хорошо, что там увижу. В тот вечер главным блюдом в поздней трапезе Локи выступала уродливая окровавленная голова заносчивого цверга, что когда-то носил имя Брокк. Непрожаренная, с яблоком в зубах. Придумано мной, приготовлено Хаканом. Я скривила губы. Именно там ему было и место — на столе бога огня. Жалкое животное, что посмело равнять себя с верховным богом, господином. Не сдержав любопытства, я всё же бросила быстрый взгляд на отсечённую голову карлика, хоть и знала, что совершу ошибку. К горлу подступил приступ тошноты, отчего пришлось перевести дыхание, отвернуться, но я с удовлетворением отметила выражение ужаса и отчаяния, застывшее на мёртвом лице, в потухших глазах. Маленький мерзавец страдал перед смертью. Страдал значительно сильнее лукавого аса, пока губы того оставались сшиты. Хакан позаботился и об этом.

Звучный злорадный смех Локи разрезал воздух. Улыбнувшись сжатыми губами, я повернулась к супругу, уловила взор горящих задором карих глаз. Они сияли ликованием, и я догадалась, что сумела доставить мужчине редкое наслаждение. Он с пренебрежением кинул колпак на место, накрыв свой страшный трофей, и, ещё смеясь, приблизился ко мне, мягко, как хищник, и величаво, как верховный владыка.

— Такие трапезы мне по нраву, — голос его дрогнул от удовольствия, узкие губы расплылись в зловещую улыбку, больше похожую на оскал. — Моя маленькая хрупкая госпожа… — протянул Локи с таким восхищением и упоением, что я зарделась. — Никогда ты не перестанешь удивлять меня, — и, сократив расстояние между нами, страстный бог огня поцеловал меня так, что сердце провалилось в ноги.

В тот вечер мы много смеялись, пили вино (в моем случае — воду), ели поднесённые чуть позднее блюда и говорили обо всём на свете, как в прежние времена. Кровь проклятого цверга смыла позор и затаённую злобу Локи, и он снова стал весел и беспечен, только тогда в действительности освободившись от своих оков и обретя свободу. Голову Брокка по его приказу отнесли в сад, где она дождалась первых солнечных лучей и окаменела, так и оставшись жутковатым украшением владений бога обмана в назидание всем, кто впредь решит осмелиться спорить и тягаться с ним. Закончилось торжество зазнавшегося карлика. Вскоре его имя было предано забвению.

Глава 13

Горячие руки Асты дарили наслаждение. Извиваясь под их жаркими сильными прикосновениями, я готова была почти застонать от блаженства. Сладковатый запах масел, дрожащие переливы свечей, умиротворяющий треск поленьев в камине и бесконечно преданная податливая служанка — ничего больше не требовалось для счастья. Я улыбнулась. Жизнь налаживалась. В пламенном чертоге господствовала тишина, его повелитель пребывал в прекрасном лёгком настроении, злоключения кончились, и я могла, спустя долгое время, отдохнуть и позволить себе сладостные минуты удовольствия. Чувственные пальцы сжали мои плечи, прошлись по спине, вызывая мурашки на коже. Как же это было приятно и до чего же… Соблазнительно.

Предчувствуя искушение с самого дальнего расстояния, Локи не мог упустить случая. Он вошёл в мои покои без стука, без предупреждения, властно распахнув затворённые двери. Глаза красивого господина сверкнули алчным огнём. Я знала, что была красива в тот вечер. Я была красива, потому что ощущала уверенность и ни мгновения не сомневалась в своей привлекательности. Кроме того, рукава просторного алого платья были спущены с плеч и откровенно обнажали манящее начало ложбинки груди, пополневшей с тех пор, как во мне зародилась новая жизнь. Локи провёл языком по губам, судорожно сглотнул, не скрывая своего состояния. Живые тёмные глаза скользнули по густой волне блестящих светлых волос, переложенных на одно плечо. Я знала, он очень любил их и особенно любил, когда я обнажала шею. Я вздохнула с притворной томностью, заставив округлившуюся грудь всколыхнуться.

Чуткие руки Асты скользнули по моему плечу, прошлись кончиками пальцев по спине, щекоча кожу, и служанка отстранилась, потупилась перед господином, точно нас застали за чем-то непозволительным. Я улыбнулась, из-за плеча наблюдая за миловидной девушкой, задумавшись, провела ладонями по своей груди — я осознала это, только расслышав сдавленный, но слишком красноречивый выдох Локи. Опомнившись, я опустила руки на талию, от которой, правда, осталось одно воспоминание, сильнее выпрямила спину и перевела взгляд томных глаз на супруга.

— Оставь нас… — голос его дрожал от дикого вожделения, которое я угадывала по зрачкам, делавшим глаза почти чёрными, приоткрытым губам, тяжёлому шумному дыханию, часто вздымающейся жаркой груди и, конечно… По всему остальному. В общем, одежды ему стали тесными. Казалось, ещё миг, и послышится треск лопнувшей ткани. Моё воображение, истосковавшееся по близости с притягательным любовником, рисовало волнующую сцену во всех подробностях. Я сглотнула, ощутив нарастающую пульсацию между бёдер. Как же я его хотела…

Служанка вышла, ещё раз коротко поклонившись и растирая по ладоням остатки ароматного масла. Двери затворились, и мы остались одни. По мне вновь прошёлся такой взгляд, что тело бросило в жар. Когда он смотрел на меня так выразительно и бесстыдно, земля уходила из-под ног, а я теряла власть над собой. Локи молчал и лукаво улыбался. Не подошёл, а скорее проплыл ко мне — такими плавными и грациозными выглядели его движения, таким он выглядел расслабленным и спокойным. Я знала: всё это показное. Внутри него бушуют огненные ураганы, сметающие всё на своём пути. Бог обмана остановился за моей спиной, опустил ладони в масло и коснулся моих плеч, сжал их так, что я глухо простонала — от наслаждения и в то же время от боли. Пальцы мужчины дрогнули, он сделал глубокий вдох, склонился к моему уху.

— Ты выбрала неумелую служанку, чтобы снять усталость, — мягким, чуть хриплым голосом произнёс он, щекоча кожу горячим дыханием. Сильные властные пальцы снова сомкнулись на моих плечах и шее, разминая напряжённую плоть. Чем больше