Фантастика 2026-143 - Nicols Nicolson

- Да, - прохрипел я себе в ответ с большим трудом, мне что-то мешало.

- А я говорила, что Влад в скором времени придет в себя, - радостно сказала Мария, хлопая в ладоши.

- Маша, не шуми, - попросил девушку я, вернее я в белом халате.

- Ну, ты же видишь, Влад начинает приходить в себя.

- Завтра будем смотреть, - сказал я в белом халате, и сделал мне укол.

Сознание ко мне вернулось резко, словно кто-то ударил по больной руке. Я открыл глаза и повел ими в стороны. Темно. Похоже за окном ночь, но в помещении включена приятная подсветка, светящаяся голубым светом. Знакомое помещение, я уже здесь был, только забыл когда.

Ворочать головой мешали трубки, торчащие изо рта, и тупая боль по всему телу, особенно в руках и ногах. Зачем в меня затолкали этот пластик? Без него я смогу нормально обходиться, привыкли в нормального человека совать всякую гадость.

Чуть повернул голову влево – там располагается стойка с аппаратурой, мигая лампочками и равномерно пикая. К стойке от меня тянулись провода, видно по ним осуществляется контроль состояния организма.

Теперь поглядим направо. Здесь у нас кровать стоит - и она не пустует. На ней спит девушка, очень похожая на Айшварию Рай из моего видения. Вот так номер! Присмотрелся внимательней. Девушка очень симпатичная. Спокойное и красивое лицо, с натуральными бровями, темные волосы средней длины, это все, что мне удалось рассмотреть, остальное тело скрыто под простыней. Правда, я почему-то уверен, что под тканью спрятано все очень и очень эффектное и волнующее взгляд каждого нормального мужчины.

«О! – подумал я, - если начинаю мысленно представлять скрытые под покрывалом и одеждой привлекательные формы женского тела – дела мои идут на поправку!»

После осмотра помещения мне захотелось пить, а как попьешь, если во рту трубки торчат и стакана с водой рядом с кроватью нет. Позвать девушку я не могу, да и не хочется ее будить, пусть спит, а я буду ею любоваться.

Долго любоваться не получилось, я наглым образом уснул.

- Открывай глаза, Влад, хватит тебе валяться без сознания, - приказал мне мужчина в белом халате, показавшийся мне подозрительно знакомым. – Я убрал уже все лишнее, можешь нормально говорить.

- Дайте попить, пожалуйста, - попросил я хриплым голосом, открыв глаза.

- Пей, - мужчина протянул мне небольшую емкость из тонкого стекла.

Я выпил всю воду двумя глотками.

- Доктор, вы же доктор? – поинтересовался я у мужчины, почувствовав, что мой голос начинает улучшаться.

- Да, доктор, - ответил мужчина.

- Где я нахожусь? Как я здесь оказался?

- Влад, потерпи пару минут, сейчас придут девушки, и потом ты получишь все ответы.

- Какие девушки?

- Потерпи.

Спустя пару минут, в комнате появилась Машка Перминова в белом халате и девушка, которую я видел ночью спящей на кровати рядом.

- Наш герой уже пришел в себя? – весело поинтересовалась Мария. – Как себя чувствуешь?

- Относительно нормально, только галлюцинации вначале замучили. Вы, кстати все в этих галлюцинациях были. Я сам на себя в них смотрел и до сих пор не могу разобраться, что к чему. Удивляюсь, как в комнате появилась вот эта девушка, - повернул я голову в сторону незнакомки, - она похожа на модель и актрису - Айшварию Рай. Я думал, что сошел с ума.

- Нет, ты находишься в здравом уме, только немного ослаб из-за ранений. На данный момент уже все позади, твоей жизни ничего не угрожает. Поэтому позволь тебе представить настоящего кудесника, доктора с поистине «золотыми руками», Головко Константина Владимировича. Это он тебя оперировал, вытащил из внешних частей обеих ног и рук шестнадцать мелких осколков, крупный осколок из левого плеча, заштопал раны на правой ноге и на левой руке, а также помог твоему организму победить частичное заражение крови. Очень странное ранение – как будто тебя изрешетили осколками по контуру почти всего тела – цела только голова и все жизненно важные органы. Ты потерял очень много крови, а ее остатки были поражены сепсисом. Повезло, что была только его начальная стадия. Иначе тебя спасти не смог бы никто. Просто счастье, что тебя нашла твоя госпожа Удача в облике девушки.

- Больше всего мне хочется познакомить тебя с твоим ангелом-хранителем, очаровательной, смелой и отважной девушкой - Айгуль Хассани. Она тебя нашла после боя, оказала первую медицинскую помощь и, главное, добилась твоей транспортировки в Вену. Ты совсем ничего не помнишь?

- Почему не помню? Все помню. Бой был. Бандитов навалилось очень много. Я расстрелял все патроны, израсходовал все гранаты. Перед взрывом гранаты, полет которой запечатлелся в моей памяти как замедленная съемка, у меня остался только один нож из двух. Затем, в мгновение ока, перед самым взрывом, передо мной выросла фигура последнего из оставшихся в живых - моего боевого товарища, Хасана. Светлая ему память…Он принял все причитающиеся мне осколки. Теперь я понимаю, как все произошло. Он был более худощавым, чем я, и немного пониже, мой друг Хасан. Вот и не смог отвести от меня часть осколков - шрамы эти будут мне вечным напоминанием о его подвиге… Потом все, как обрезало.

Айгуль, стесняясь, задала вопрос:

- Ты один раз у нас на базе пришел в сознание и, взглянув на меня, сказал «Фортуна». Это твое имя?

- Позывной. Но теперь я понимаю, что даже тогда, в беспамятстве, я не ошибся. Считай, что это я обращался к тебе. А имя мое - Владислав. Если коротко, для друзей – Влад. Зови меня так, хорошо? А как ты, Айгуль, такая нежная и хрупкая тянула такого бегемота, как я?

- Я так своей подружке и сказала, что это ты меня назвал своей Фортуной, а она, глупая, не поверила. Мне помогали наши бойцы. Перевязывала и мыла тебя сама, никому не разрешила к тебе прикасаться. Душой и сердцем поняла сразу, что ты – знак от Аллаха, судьба.

- Цени, Влад, заботу девушки. Она руководство Иракского Курдистана нагнула, чтобы тебя на санитарном самолете сюда привезти, - улыбаясь, сказала Мария. – Ты ей жизнью обязан.

- Спасибо, милая Айгуль, ты действительно моя Фортуна. А я всегда считал, что она для меня выглядит, как золотая монета с изображением богини судьбы, которую я всегда носил на шейной цепочке. Я повернул в сторону девушки голову, - моя жизнь теперь принадлежит