Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

на них, сердешных, понял одно. Смело можно сказать, что раньше ночи они не оклемаются, а значит, и время тратить на это глупостью будет. Пусть спят, еще неизвестно, чего этот сельский «Менделеев» в пойло намешал.

В сарай вернулся с «блином» ручного пулемета в одной руке и куском хлеба с салом в другой, в душе коря себя за то, что близко боится подойти к орущему ребенку. Просто прострация какая-то! Многое может. Многое! Но пасует перед, казалось, обычной житейской ерундой.

«Зря „кадушку“ завалил. Думал, Данилов справится с ситуёвиной, а оно вон как вышло», — умело набивая патронами диск, думал Михаил.

Предстоявшая разборка с неизвестным ему паном Возным и его подручными особого беспокойства не вызывала. По изучению в академии материалов развединформации первых недель войны понятна была основная обстановка на этой территории края. Боевые части немцев ушли вперед, прихватив в запале и свой второй эшелон. Третий эшелон, тыловые части, как и тыловики, отстали, а в создавшемся вакууме шуруют местные националисты и бандиты всех мастей. Скорей всего, пресловутый Возный из этой когорты. Дорога на хутор одна. Бояться им некого. Вряд ли отряд местного «сопротивления» по численности больше десятка рыл будет. Что сложного, подъехать, забрать «алкоголиков» и уехать? Тут бы и работники куркуля справились.

Выйдя во двор, осмотрелся. Если ворота распахнуть, глаза не мозолить, самотеком запустить их внутрь хутора, то можно попробовать поработать с чердака дома?

Привел «дегтярь» в состояние боевого применения. Проходя мимо псины, прикованной цепью, выводившей руладу негромкого подвывания, повел стволом.

— На место пшел!

Загнал животное в конуру, закрыл сидушкой табурета отверстие, подпер. Напутственно изъяснился с четвероногим сторожем:

— Посиди пока так, потом на самопас отпущу, успеешь еще свободы нахлебаться.

По лестнице забрался на горище, обонянием сразу почувствовав запах копченостей с легкой, почти неуловимой примесью ружейного масла. Если окорока развешены были на балках, то маслом перло из разного вида зеленых ящиков.

Потом. Все потом проверит.

Ничего не получится. Крыша так устроена. Если вид на дорогу открыт и функционален, то на внутреннюю, дворовую площадку его не было вовсе. Собрался было спускаться, принюхавшись к одуряюще приятному запаху копченого окорока, да тут взгляд снова зацепился за рядком уложенные ящики. Отбросил крышку на длинном узком пенале. Застыл в трансе… Вот жук! Похоже, хозяин еще при Польше чем-то вроде контрабанды промышлял. Мафия, блин! В ящике лежал почищенный, готовый к применению пулемет MG.34, легендарное оружие. Более поздними образцами похожего изделия Каретникову приходилось пользоваться раньше, но так, чтоб «седлать» найденный мастодонт, такого не бывало.

«Етическая сила! Но красавец! Ага… Пока его десяток километров на себе не попрешь. Потом понимаешь, что за все надо платить».

Какими только эпитетами ни награждали эту машинку для убийств солдаты воюющих с Германией стран. Русские — «производителем вдов», американские и английские солдаты на Западном фронте — «циркуляркой войны». Прозвали так за характерный звук при стрельбе очередями, похожий на звук циркулярной пилы, разрезающей бревно. Немецкие солдаты MG.34 поэтично называли «Страдивари войны».

Выпрямляясь, небольно приложился головой о черепицу. Почему «нет»? Когда может быть «да»! Ньютон доморощенный! Отошел. Наметил примерное место. Прикладом «дегтяря» без особых проблем проделал дыру. Высунувшись наружу, визуализировал «мертвую зону». Порядок. Перенес MG, поставил его на сошки. Теперь можно было встречать гостей.

Как ни отговаривал себя, все же пришлось снова заходить в комнату, в которой оставил ребенка. От орущей маленькой фурии, так и находившейся в вещмешке, шел специфический духан, распространявшийся, казалось, по всему пространству.

«Фу! Ну и амбре! Засралась, наверное, по самую шею. Как же тебя кормить-то?»

Свернул лоскут полотна, погрузил в кружку с молоком, дождался, пока он пропитается, второй его конец сунул ребенку в рот. Чуть наклоняя кружку, почувствовал, когда голодная девчонка стала насасывать постоянно намокавшую материю.

— Ну, питайся…

Две телеги, запряженные лошадьми, ни шатко ни валко, никуда не торопясь, появились на проселочной дороге ближе к вечеру. Всего-то и дел, что пятеро мужичков в них ехало, из которых четверо винтовками вооружены. Ночевать на хуторе, что ли, собрались? Будет вам ночевка… вечная. Каретников даже разочаровался, он-то думал… Чего огород городить, пулеметом размахивать? Так управится.

В одном из ящиков, еще в первую ходку на горище, обнаружил десяток ТТ, ну и сменил, недолго думая, один наган на два более привычных под руку ствола. Сейчас стоял, поджидая подъезжавших нациков прямо у ворот, укрывшись за одной из деревянных створок. Тело расслаблено, затворы взведены, указательные пальцы наложены на спусковые крючки обоих стволов. Вдох, вы-ыдох! Вдох…

Звук колесных пар донес до слуха близость транспортного средства.

— Тпр-ру! Кляти…

Шагнув, появился перед взорами приезжих, не слишком ожидавших встретить свободно прогуливающегося по хутору москаля в форменной одежде. Культурно обозначился:

— Привет, селяне!

Горбоносая рожа на передке телеги в ответ подала голос:

— А газда дэ?

У гражданских владельцев гладкоствольного оружия в будущем появится пара упражнений, рассчитанных на скорость и меткость, а еще выработку необходимой стрелку реакции. Это стрельба по тарелочкам и «бегущий кабан». Когда начал отстрел двуногого зверья, получилось как в тире.

— А-а а! — подняли ор кто еще не умер.

Пистолеты в руках вторили людскому страху и нежеланию умирать:

Тыжжь! Тыжжь! Тыжжь!

Все. Кажется, хорош! Прошелся контролем по лежащим на земле телам. Настежь распахнул ворота, завел лошадей с телегами на подворье, туда же постаскивал тела новопреставленных. По причине долгой холостяцкой жизни, привычный к некоторому порядку, уложил их рядком. Ф-фух! Ничего сложного. Огладив зачесавшуюся вдруг щеку, хмыкнул. Точно. Где-то видел у хозяина в доме…

Бритье не по обыкновению заняло времени больше, чем всегда. Справившись, уселся за все еще накрытый стол. Теперь уже из своего нагрудного кармана достал «бумаги», взятые у Апраксина. Так, что тут у него?..

* * *

— Хозяин! — послышалось от ворот. — Эй, есть кто жи…

Голос сник, как-то сразу заткнулся. Каретников осклабился. Это новые гости, нацелившиеся на хутор, покойников разглядели. Можно поспорить, очередные окруженцы подрулили. Откликнулся:

— Есть живые. Подходи сюда!

Не сразу, но перед очами сидевшего за столом Михаила, сжимавшего рукояти пистолетов под столешницей, возникли трое военных. Еще на подступах отчетливо рассмотрел этих организмов в потрепанной, грязной армейской хэбэшке древнего образца, но вполне здорового вида. Наметанный глаз не пропустил манеру перемещаться по исходному пространству, со страховкой секторов. Кроме этого, еще пара особенностей тревожно оставила в душе зарубки. Первая казалась не такой и важной, но ведь была. Все трое успели где-то загореть до состояния черноты, будто специально под южным солнцем пару недель на пляже подставлялись. Кожа чуть ли не шоколадом лоснится!