Фантастика 2026-85 - Stonegriffin

Я поспешил расстегнуть пояс, вскочил с кресла и направился в пассажирское отделение, держа «гантель» одним из концов впереди себя.

Страх возрастал с каждым шагом. Дверь пассажирского отделения все еще была закрыта. Значит, обе цели внутри. Я распахнул дверь и шагнул внутрь. Далмат уже встал с кресла, а Чавала только расстегивал пояс.

– Хреновый пилот из девчонки, – проворчал он. – В следующий раз поведет Фазиль. А баб все-таки надо использовать по назначению, а не за штурвал пускать…

Направив на второго громилу артефакт, я опять провел большим пальцем в том же месте. Далмат успел нахмуриться, перед тем как исчезнуть.

Я перевел «гантель» на Чавалу. Он вскинул руки вверх, словно сдаваясь в плен.

– Сергей, не надо! Не спеши! Звездолет твой, я дарю его тебе. И вся выручка твоя, все артефакты. Просто высади меня на ближайшем спутнике, я уйду, и ты больше никогда меня не увидишь!

«Поблагодари за подарок», – посоветовал Гемелл.

– Мистер Чавала, спасибо за звездолет! – сказал я, снова вспомнил кафе космопорта и провел по рукояти большим пальцем.

Кресло Чавалы опустело.

Какое-то время я молча стоял, осмысляя произошедшее. А потом вздрогнул, услышав за спиной голос Недич:

– Что вы с ними сделали?

Страх уступил место раздражению. Как это она так тихо подкралась? Обернувшись к ней, я обдумывал ответ.

«Скажи правду», – посоветовала тварь, поселившаяся в моей голове, и это вызвало новый приступ раздражения. Хватит мной командовать! Я терпел это из-за Чавалы, но больше не намерен! Уж что говорить своей подчиненной я сам решу!

«Вам предстоит долго жить и работать на этом корабле. Если солжешь сейчас, то потом придется врать еще больше, чтобы скрыть первую ложь, и так пока не запутаешься окончательно. Оно того стоит?»

– Это ксенотехнология. – Я поднял «гантель», чтобы Лира могла рассмотреть. – Она телепортирует живые и неживые объекты на большие расстояния. Только что я отправил наших гостей обратно в космопорт.

На лице девушки отразилось благоговение, когда она осматривала артефакт. Даже меня беспокоило, действительно ли бандиты благополучно перенесены в космопорт, не выкинуло ли их раньше, где-нибудь в верхних слоях атмосферы? А Недич как будто забыла о них, жадно впившись взглядом в «гантель».

– Это не похоже на работу неккарцев. – Ее голос дрожал от волнения.

– Потому что сделано не ими.

– А кем?

– Объясните-ка сначала, госпожа Недич, с чем связан такой жесткий взлет?

Я отвел руку с «гантелью» за спину. Так мне удалось добиться, наконец, чтобы девчонка посмотрела мне в глаза.

– Жесткий взлет связан с тем, что я еще не водила звездолеты такого типа, – спокойно ответила она.

– Что?! Вы же говорили, что у вас есть опыт управления «гонцом»!

– Я соврала. Чтобы получить работу.

У меня аж дыхание перехватило от возмущения.

– Вы бы все равно не нашли пилота с таким опытом, – добавила она. – На Лодваре всего один «гонец» – губернаторский. И его пилот не ищет вакансий. Если это создали не неккарцы, то значит… Вы нашли новую цивилизацию?

– Ответы вы узнаете после того, как научитесь нормально водить звездолет. А сейчас возвращайтесь к своим обязанностям!

Я пытался говорить строго и даже грозно, однако опыта устрашения у меня было не так уж много, если вообще был.

– Слушаюсь, сэр, – ответила Недич и, развернувшись, вышла.

Я успел заметить улыбку на ее лице, пока она поворачивалась. Как же меня это тогда разозлило! Вот ведь наглая девка!

Вернувшись в рубку, я передал Герби координаты звезды, возле которой находился ближайший узел связи Хозяев.

– Координаты введены, – сообщил андроид. – Фомальгаут.

– И ты не попробуешь меня отговорить? – Я вымученно усмехнулся.

На самом деле было очень страшно.

– Это стало бы бесполезным расходованием энергии.

– И то верно. Что ж, госпожа Недич, переходите на сверхсветовую. Полный вперед!

А затем я попросил Герби показать мне маячок Чавалы в машинном отделении, и мы вместе демонтировали его.

Перелет

Итак, «Отчаянный» направился в свое многомесячное путешествие за пределы разведанной человечеством части Вселенной. Три с лишним месяца мне предстояло провести на площади порядка двухсот квадратных метров в компании робота и асексуальной девушки.

Поначалу я сердился на Лиру Недич из-за ее обмана. Но мне все же пришлось дать ей доступ к изучению одного из трупов неккарцев. Во-первых, я это обещал, а во-вторых, она определенно вынесла бы мне мозг, если бы я не занял ее чем-то достойным.

Ксенобиолог Недич была довольно тяжелой в общении при обычных обстоятельствах. Раздражительность, недовольство и высокомерный тон сопровождали большинство ее высказываний за стенами лаборатории.

Но как же она преображалась в лаборатории! Это словно был совершенно другой человек. Искренняя, умная, самоироничная и всегда позитивная – вот какой она становилась, возвращаясь к исследованиям. Ее просто распирало от восторга при виде обезглавленного трупа, который каждый раз открывал ей все новые тайны биологии вымершей расы.

Разумеется, я присутствовал при большинстве ее осмотров. Общая одержимость неккаристикой нас поневоле сближала. Наши научные споры, порой очень жаркие, были подлинным интеллектуальным наслаждением для обоих. Например, о том, почему неккарцы четырехглазые. Она установила при исследовании, что их глаза были неподвижными. По мнению Недич, верхняя пара служила для обнаружения движения, а нижняя, поменьше, – для обнаружения света. Как у богомолов. Я возражал, что неккарцы не насекомые, однако она парировала тем, что конвергенция у неродственных групп живых существ весьма распространена.

Обретя спутника на пути познания, я с радостью обнаружил, что вместе идти по этому пути получается гораздо быстрее.

Если бы она выглядела иначе – постарше и пострашнее, – это помогло бы сохранять чисто профессиональные отношения. Но ксенобиолог Недич оставалась невероятно красивой девушкой, причем умудрялась выглядеть такой, даже несмотря на бесформенный белый халат и отсутствие косметики.

И я как мужчина не мог не замечать ее женской привлекательности. Очень давно мне не доводилось общаться со столь красивой девушкой. Это привносило беспокойство. Если бы она не была асексуалкой, наши отношения наверняка перетекли бы во что-то большее, по крайней мере, я бы приложил к этому все усилия.

А теперь все усилия приходилось прилагать, чтобы остаться в рамках профессиональных отношений.

Как-то раз, глядя на ее сосредоточенное лицо, когда Недич ковырялась анализатором в рваной ране мертвого неккарца, я постарался представить, какой она будет в старости. Женская красота недолговечна. Помню, как был шокирован в детстве, увидев старые фотографии бабушки. Я разглядывал их и не находил ничего общего у той самоуверенной красавицы с моей бабушкой.

Это ожидает и Лиру. Глядя на нее, я представлял, как морщины избороздят эту нежную кожу, заплетенные в косу