Стеллар - Роман Прокофьев

лучше — шесть. Синергия Источника и Фенотипа позволяет хранить Куб. Нас было всего трое и не осталось никого. Сумрак сгинул на Черной Луне, Ведун поверил Одержимым, предал нас, снял Омегу, и я его убила. А теперь и я сама утратила силу. Я больше не Хранитель, Куб не подчиняется мне.

— Что это значит?

— Куб всегда скрыт в Тенях. Но они теряют силу и скоро исчезнут. На Кубе стоят Печати — Омега, Бета, Альфа, приковывающие сильные души. Они рвутся наружу, они изнутри грызут цепи Печати. Я больше не могу сдерживать их.

— Подожди! — я начал понемногу понимать, о чем она говорить, — То есть, ты не только охраняла место, где находится Куб, но могла и входить в него? Говорить с теми, кто заключен внутри?

— С ними нельзя общаться! Их нужно сдерживать! Чем ты слушаешь? Нас, Хранителей, специально готовят, чтобы следить за Кубом, за теми, кто в нем, чтобы они не вырвались, не подточили изнутри Печати! Это сильные, измененные души, сотни лет копящие хитрость и злобу! Сейчас они просто сожрут меня. Нет Генома Ловца Душ. Нет Матрицы Эффектора. Нет Повелевающей Тенью. Я никчемная слабосилка. И все это благодаря тебе!

Я, кажется, наконец-то понял, почему она так зла. Хранители Куба были специализированной кастой Инков, имплантировавших особые геномоды для полноценного управления экстрамерной темницей. Видимо, они выполняли роль неких надзирателей, обновляющих Печати, сдерживающих призрачных сущностей и охраняющих тайное место, где скрывали Куб. Видимо, спрятать и удерживать несколько тысяч мятежных Инков было очень хлопотным занятием, раз Прометей озаботился такими мерами предосторожности. А теперь Куб остался практически беззащитен и Мора ничего не могла с этим поделать без потерянных Геномов. Чтобы сохранить их, Заклинательница не меняла носитель очень много лет, доведя тело до терминальной стадии. А теперь она страдала и мучилась, потому что смысл существования оказался утрачен — скорее всего, жизнь в ней поддерживало только осознание долга, который никто кроме нее не способен выполнить.

Я ощутил жалость и невольное уважение к этой маленькой старой женщине. Мало кто даже из Инков пошел бы на такие жертвы.

— Прости, Мора, — сказал я, — Я не знал.

— Словами ничего не изменишь! — фыркнула Заклинательница, — Так зачем ты звал меня?

— Помнишь Кошку, с которым мы говорили на скале?

— Старого прохвоста? — подозрительно прищурилась Мора, — Трусливого торговца личинами? Я никогда не забываю врагов.

— Не так давно ты сказала мне, что знаешь, кого он ищет, — медленно произнес я, — Мне нужно знать, чью душу Кот хочет освободить из Куба?

Глава 18

— Что ты задумал? — подозрительно прищурилась Мора, — Хочешь поторговаться с Кошками? Снять Печати?! Знай — к Кубу ты пройдешь только через мой труп!

— Если ты потеряла силу, с Кубом все равно придется что-то решать, — я спокойно транслировал «Повелителем Стаи» свою уверенность, — Или это сделаем мы, или Печати снимут наши враги.

— А ведь ты действительно возродился, — прошипела Мора, не сводя с меня злого прищуренного взгляда. Ее холодная аура полностью замкнулась в моем давящем пси-поле и внезапно пришло понимание, что сейчас я намного сильнее. — Обретаешь прежнее могущество. Но тот Прометей был иным. Что с тобой не так, Инкарнатор Грэй?

— Просто скажи, кого ищет Кот?

— Свою подружку, конечно! Ткачиху! — Заклинательница как будто выплюнула это имя.

— Кто она? Что из себя представляет?

— Та еще тварь. Я один раз видела ее вживую, — Мора нервно облизнула тонкие губы, — Сущий ангелочек с виду, но могла свести с ума целый город. Ткачиха умела вызывать и овеществлять чужие сны. Делать кошмары реальностью. Могла мгновенно усыпить жертву, а затем убить, заставить покончить с собой, или натравить на своего друга.

— Суперпсионик?

— Нечто вроде того. Эта сладкая парочка стояла у истоков клана Кошек. Никто не знает, откуда они взялись, но в первое столетие после Импакта натворили немало всякого дерьма. Вместе с этим хитрожопым дьяволом они были чрезвычайно сильны, недаром ты даже их души разделил разными Печатями.

— Кот сбежал из-под Омеги, а она сидит под Альфой, — задумчиво сказал я.

— Да, под Альфой. Как и прочие А-сущности, опасные даже вне тела.

— Вне тела? Что это значит?

— Под Альфой заключены очень сильные и злобные твари, — медленно проговорила Мора, — Старые, даже я не знаю многих имен. Они могут пожирать чужие души, захватывать живые носители, убивать мыслью и сводить с ума, будучи азурической сущностью. Они опасны даже для сильных Заклинателей!

— Ты говоришь, как будто они не Инки.

— Общего у нас с ними — только происхождение! Есть Святые. Есть изгои. А есть такие Инки, кто никогда не регистрировался в системе Стеллара и навсегда отключил когитор. Или нашел способ его уничтожить. Некоторые настолько изменили свои анимы, имплантируя геномоды азурических тварей, что метаморфозы стали необратимы. Первый Легион охотился на таких. Не знаю, зачем Прометею понадобилось сажать их в Куб — по мне, так им самое место за Гранью!

Она не знала, зато я предполагал. Мой предшественник пытался вручную сохранить души Инков для новой попытки — потому что проект «Стеллар» оказался мертворожденным. Вернее, изначально сломанным. Вместо полноценного охвата и контроля системой Стеллара всей Земли, со стабильным возвратом онтоприонов в Ядро и ковкой новых Инкарнаторов вышло лоскутное одеяло «серых зон». Прометей пытался упорядочить этот процесс, создавая сеть Монолитов с терминалами-ретрансляторами, но не преуспел. В итоге, на сегодняшний день, спустя неполных четыреста лет после запуска «Инкарнации» Инков осталось всего несколько сотен. И то неизвестное количество душ, что содержалось в Кубе, сейчас было стратегическим резервом человечества. Я даже догадывался, как Прометей собирался поступить с ними, загадкой оставалось лишь — почему он не сделал этого раньше. Опасался анимафикации измененных душ? Или во времена Первого Легиона количество лояльных Инкарнаторов было вполне достаточным для выполнения его целей?

— Сколько еще продержится Куб, Мора?

— Не знаю. Не очень долго. Без нужных геномодов я не могу поддерживать защиту. Теневой лабиринт скоро развеется, и Куб перестанет быть скрытым, — прошептала она, — Тогда его почуют многие, слетятся, как Твари на запах крови. Нас ждет битва.

После разговора с Заклинательницей Теней я задумался. Невозможно выпустить из-под Альфы одну-единственную душу, снятая Печать освободит всех узников. Если слова Моры правдивы, это крайне рискованная, почти самоубийственная затея. Но опасная игра и высокие ставки — две грани одного клинка.

Мора ушла. Бежали минуты, у нас оставалось все меньше времени, а мой план по-прежнему недосчитывался парочки пунктов. Кастор скинул вокс-сообщением краткую выжимку информации об орбитале и предварительный план действий.

Данных по Звезде оказалось удивительно немного