Удачи, NPC! - Легендарный гений

были где-то в другом месте. Мшистая Лощина, Лич 30-го уровня, Ложка Барона Теней, странное поведение Сакуры, Туманные Топи… Всё это складывалось в пазл, от которого у меня шерсть вставала дыбом.

На практически начальной локе не должно быть Личей 30-го уровня. К тому же на нашей локе, где нежити не положено появляться. Короче говоря, я выбрался из самого настоящего дерьма каким-то чудом. Болтать о том данже более не буду — едва ли парочка слухов выдаст меня с потрохами. Да и игроков, слушавших наш разговор, не очень много. Проведу разъяснительную беседу за чашечкой эля и намекну, что трепаться не стоит, да и все.

Прятать Спайка нет смысла — рано или поздно, правда о нем всплывет, ибо слишком уж выделяюсь я из толпы вместе с ним. Да, чисто теоретически можно спрятать его у Бурого в землянке, но с этим еще надо договориться, а тот явно выставит неприятную цену. Короче, не особо выгодно это мне.

В любом случае, сегодня я не пойду в новый рейд — нужно восстановить ментальные и физические силы, ибо я еще не отошел от того песца, что пережил. Вечер можно потратить на наблюдения за состоянием Сакуры и на поиск еды для Спайка. Вряд ли ему подойдет похлебка Люси, хотя мне очень хочется в это верить…

Один из игроков в углу вдруг замолчал и уставился на Спайка так, будто увидел легендарный артефакт. Его напарник что-то шепнул, и оба начали коситься на меня. "Спайк, кажется, мы с тобой теперь звёзды," — пробормотал я, сжимая Ложку в кармане. Этот день обещал быть неспокойным.

Глава 16

Город горел. Не в переносном смысле — небоскребы пылали, как свечки на торте, а воздух вонял гарью и чем-то. Я стоял на крыше разваленного супермаркета, сжимая в руке… ложку. Да, ту самую Ложку Барона Теней, которая даже сейчас умудрялась нагреваться, будто издеваясь. Вокруг шатались зомби — сотни, если не тысячи, — их гниющие лапы тянулись к крыше, а хриплые стоны сливались в жуткую какофонию.

— Иван Сергеевич, ты опять вляпался, — пробормотал я, оглядываясь. Ни таверны, ни Песочницы, ни Системы. Только разрушенный город, серое небо и ощущение, что я где-то это уже видел. Может, в фильме? Или в игре? Черт возьми, я вообще не помню, как песец подкрался ко мне! Какие еще зомби? Я сделал несколько вдохов, после чего повернул голову.

Спайк, как ни странно, был со мной. Паук сидел на моем плече, пискнул и, кажется, попытался укусить воздух. Его лапки нервно дергались, а глаза-бусинки сверкали, будто он готовился к бою.

— Спокойно, братан, — шепнул я, погладив его. — Это всего лишь сон. Наверное. — вот и самому не верится, но все же это факт. Ну, если и мог кто-то устроить нашествие зомби на моей локе, то это какой-то высокоуровневый игрок с профессией некроманта — уверен, что такая есть. Однако с современными зданиями…. Нет, это точно сон!

Но сон был до жути реалистичным. Я чувствовал холод металла Ложки, слышал, как трещит огонь вдалеке, и даже улавливал запах гниющей плоти. Зомби внизу начали карабкаться по стенам, их когти скребли бетон, а я понял, что крыша — не такое уж безопасное место.

— МИККИРИ! — раздался вопль, от которого я чуть не свалился. Сакура. Конечно, кто еще? Она выскочила из люка на крышу, размахивая катаной, как самурай на стероидах. Ее анимешные волосы — в этот раз реально, ведь они были розового цвета — развевались, несмотря на отсутствие ветра, а глаза горели красным. На шее болтался Костяной браслет, который, похоже, светился даже ярче, чем во время её приступов.

— Сакура, ты что тут забыла? — рявкнул я, отступая к краю крыши. Зомби уже лезли через парапет, и мне совсем не хотелось проверять, насколько больно они кусают во сне.

— Я? Спасаю твою жалкую тушу! — фыркнула она, рубанув катаной ближайшего зомби. Голова монстра улетела, как мяч, но Сакура не остановилась. — Это ты виноват! Твоя дурацкая Ложка притянула эту заразу!

— Моя Ложка? — возмутился я, размахивая артефактом, как указкой. — Это твой браслет светится, как новогодняя ёлка! Может, это ты зомби на нас навела?

Нет, я многое могу понять, но почему в этом сне есть эта чокнутая? Я, конечно, понимаю, что в последнее время я много с ней общаюсь, но все же… Какого черта она забыла в моем сне? Вот после этого по спине пробежали мурашки… Либо эта анимешница реально запала мне в сердце — умоляю всех Богов, лишь бы не это, либо я каким-то образом переместился в другой мир — этот вариант мне не нравится, но в нем хотя бы мое одинокое сердечко не займет чокнутая…

Сакура закатила глаза, но тут же замерла, потому что Спайк, решивший, что он главный герой, спрыгнул с моего плеча и ринулся в бой. Паук размером с кота вцепился в морду зомби, будто бы был настоящим Лицехватом, и начал плести паутину прямо на его лице. Зомби замахал руками, споткнулся и рухнул, утянув за собой еще двоих.

— Спайк, ты гений! — крикнул я, но тут же пожалел, потому что паук, вдохновленный похвалой, начал плести паутину… на Сакуре.

— ЧТО ЭТО?! — взвизгнула вампирша, пытаясь стряхнуть липкие нити. — ТВОЙ ПАУК СОВСЕМ ОХРЕНЕЛ? Я ЖЕ БОГИНЯ НЕЖИТИ, А НЕ МУХА!

— Он просто хочет помочь! — оправдывался я, пряча ухмылку. Сакура, запутавшаяся в паутине, выглядела, как анимешный персонаж, попавший в комедийный эпизод. Ее катана застряла в нитях, а браслет начал пульсировать, будто смеялся над хозяйкой.

Но смех смехом, а зомби лезли всё ближе. Я заметил, что Ложка в моей руке начала дрожать, и на её ручке проступили какие-то символы. «Система, зараза, ты где?» — мысленно позвал я, но вместо привычного «Хи-хи» в голове раздался низкий голос:

— Используй Ложку, Миккири. Она — ключ.

— Ключ к чему? К моей могиле? — буркнул я, но всё же поднял Ложку, как магический жезл. Ничего не произошло. Зомби были в двух шагах, Сакура орала уже что-то на трехэтажном родном языке, Спайк плёл паутину, как одержимый, а я чувствовал себя идиотом с кухонным прибором в руке.

— Давай, Сакура, работай! — крикнул я, надеясь, что её браслет сделает хоть что-то. Вампирша, наконец, вырвалась из паутины, но вместо того, чтобы рубить зомби, она… начала петь. Да, петь. Какую-то анимешную песню про «вечную ночь» и «силу тьмы». Браслет засиял, и зомби замерли, будто загипнотизированные.

— Ты серьёзно? — я уставился на неё. — Это что, твой ультимейт