Источник для звёздного захватчика - Маша Малиновская

Даже хуже, чем после первого знакомства с адаптирующей сывороткой. Казалось, что на груди у меня была бетонная плита и мне её никак нельзя сдвинуть. Руки налились свинцом, и их невозможно было оторвать от постели.

— Тише, Лили, не шевелись, — рядом я услышала голос Тайена, а потом на плечо мне легла тёплая ладонь. — Магнитный поток был слишком сильный, но скоро ты придёшь в норму. Отдыхай.

Но я всё же раскрыла глаза. В комнате царил полумрак, хотя на улице был белый день. Сквозь бумажные шторы яркое солнце не могло пробиться, но время суток всё же было различимо. Я ощутила дикую жажду, будто из меня на этот раз выкачали вместо крови всю жидкость. Горло саднило и не давало произнести даже звук.

— Пить… — всё же удалось мне прохрипеть, едва разомкнув слипшиеся губы.

— Сейчас.

То, как командор наливал воду из графина, мне показалось вечностью. Не будь я так слаба, набросилась бы и пила до изнеможения. Неужели это магнитное поле так иссушило меня?

Тайен подошёл ближе и наклонился, просунул руку мне под лопатки и приподнял над постелью, а потом поднёс стакан к губам. Я сделала глоток, и мне показалось, что ничего более вкусного и прекрасного я не пробовала. Хотелось схватить стакан и жадно пить, тем более что силы возвращались с каждым глотком. Но вдруг командор отнял стакан, несмотря на мои протесты и попытки взять его в ладони.

— Хватит пока, Лили, — сказал озадаченно. — Магнитное поле, конечно, влияет на гидробаланс, но у тебя появилась патологическая тяга к воде. Даже Ивва заметила это. Наверное, это побочный эффект реверсивного переливания.

Ах да, точно. Реверсивное переливание. То, из-за чего Ирис Яжер так озаботился и оживился вчера.

— Лилиан, мой брат повёл себя вчера недопустимо. Он нарушил устав и будет наказан. И мне жаль, что тебе пришлось ощутить на себе его характер.

— Тайен, что такого в этом переливании? — голос после воды заметно окреп и уже не так царапал горло. — Почему у всех это вызывает такой шок? И доктор Ховард, и фицу Ирис, даже Дэя! Они были очень удивлены… даже скорее поражены. Что такого ты сделал со мной? Даже твой крокталёт признал меня…

Тайен отставил стакан и посмотрел на меня. Отвечать он не спешил.

— Ещё пока рано говорить о результатах, — уклончиво ответил командор, проигнорировав мой обвиняющий тон. — Но я усилю охрану. Нужно быть более осторожными. А теперь спи. Я нуждаюсь в переливании, но ты слишком слаба для процедуры. Тебе нужен отдых, потому что долго откладывать я не могу в этот раз.

* * *

Прошла неделя, но силы в моё тело возвращались медленно. Откладывать процедуру командор больше не мог, а это не способствовало моему скорейшему выздоровлению. Но мало-помалу я всё же приходила в себя.

И я действительно стала замечать за собой, что очень неравнодушна к воде. И дело было даже не в питье. Я подолгу стояла в душе, едва ли буквально не ощущая, как капли впитываются в кожу, как стекают маленькими ручейками. Как волосы становятся тяжёлыми и прилипают к спине. Мне всё чаще хотелось коснуться воды, почувствовать её свежесть и прохладу. Открыть окно, когда идёт дождь и дышать-дышать-дышать им.

Я лежала на кровати и представляла себя плывущей среди тёмных волн, хотя я понятия не имела, как это, когда вода держит тело. В гетто не было крупных водоёмов, и жители не имели возможности научиться плавать. Но я всегда с большим интересом рассматривала картинки в детских книгах, на которых были изображены моря и океаны.

Командор вернулся вчера из города не в настроении, был задумчив, даже зол. Он отужинал в одиночестве, а затем ушёл в библиотеку. Я же не решилась с ним даже заговорить. Он, по-видимому, этого и не желал.

Я поела в компании Иввы и Антона, потом пожелала спокойной ночи и поднялась к себе. Распахнула окно, впуская ледяной ветер в комнату, и глубоко вдохнула. Внутри почему-то всё горело, требуя жидкости. Сильнее, чем обычно. Тем более странно, потому что я только что выпила кружку травяного чая.

Налив стакан воды из графина, я выпила залпом и отдышалась, словно перед этим совершила марафонский забег.

Да что же это было такое? Почему вода стала едва ли моим не единственным смыслом жизни?

Командор так ничего и не объяснил толком ни о реверсивном переливании, ни о его предполагаемых побочных эффектах в виде моей необъяснимой тяги к воде. И если бы мне просто хотелось часто пить — это одно. Можно было предположить какую-нибудь болезнь, сахарный диабет, например. Но я хотела не только её пить. Моя кожа жаждала касаться воды и чтобы вода касалась её.

И вдруг я разозлилась, а злость, как известно, придаёт смелости. Вот пойду сейчас и спрошу у него. Прямо вот так в лоб.

Я, конечно, понимала, что Тайен может мне просто не ответить, даже прогнать, но так я хоть что-то предприму. Хотя бы попытаюсь. Потому что, пусть моя жизнь и принадлежит ему, я имею право знать, что со мной происходит.

Преисполненная решимости, я набросила на плечи тёплую накидку, прямо на широкое и длинное ночное платье, чуть стянутое под грудью, и вышла в коридор.

Дом встретил меня тишиной и приглушённым светом ночных ламп в коридорах. Было уже поздно, и все спали, но мне почему-то казалось, что командор ещё не лёг. Скорее всего, он всё ещё был в библиотеке.

Я решительно направилась туда и вдруг оторопело затормозила, едва выйдя в коридор крыла, где располагалась библиотека и покои командора, потому что чуть не налетела на него самого.

Тайен стоял в полутьме коридора и смотрел на меня. Трудно было понять выражение его лица. Ни злости, ни привычной снисходительности, но застывшее в глазах выражение меня испугало.

Командор был бос и обнажён по пояс. Рёбра больше не были стянуты бинтами, но на них виднелись уже выцветающие следы аварии.

— Что ты здесь делаешь, Лайлэйн? — глухо спросил он. — В такой-то час.

И вдруг я струсила. Не смогла сказать всё, что хотела, на что себя настраивала. Этот глубокий приглушённый голос сбивал с толку и парализовал волю.

— Я…

Снова захотелось пить, и я сглотнула.

— Твои ноги босы. Ты можешь простудиться.

Я опустила взгляд вниз и наткнулась на свои обнажённые пальцы, виднеющиеся из-под длинного белого подола.

— Ты тоже, Тайен. Ещё и бинты снял.

— Там, куда я иду, они будут мешать.

— И куда ты идёшь? — снова подняла глаза на него, И… сама не