Ленинград-61 (Книга первая) - Игорь Яр

сон. Или продолжать ехать с девчонкой навстречу неизбежному, не представляя, насколько далеко зайду в поиске. Испуг переходит в апатию, словно околдован, всё равно, что станет дальше - поеду с ней до любой остановки. Да что там до остановки, в любую сторону, хоть на край света. Проблемы с женой, с работой, даже кажущееся сумасшествие – всё улетает со стуком колёс.

Вот уже и «Площадь Восстания», осталось всего две станции «нашего» маршрута. Если всё правильно понимаю, у Финляндского вокзала придётся выходить и снова тайком следовать за девушкой. Назад сдавать точно не намерен: или узнаю, как всё обстоит на самом деле, или окончательно потеряю себя.

Двери с шипением захлопнулись, поезд тронулся к «Чернышевской», завывая при ускорении и грохоча на стыках. На перегоне приготовившиеся к выходу пассажиры на некоторое время закрыли обзор. От злости на неожиданную помеху не сразу понял: приближается то, чего так ждал и боялся. Лампы на потолке моргнули и погасли, завибрировал камушек на шнурке - вот оно, начинается!

Вроде бы продолжаю упираться в пластиковую спинку сидения, но гладкий пол уплывает из-под ног, труба поручня словно осыпается в руке. Несмотря на скорость, буквально зависаю в темноте, вряд ли смогу выдавить хоть полслова при самом сильном желании… Только такого желания и близко не возникало, хотелось просто кричать от охватывающего ужаса! Если бы не прекратился лёгкий ветерок вентиляции и сам не застыл на месте, можно подумать - проваливаюсь в бездонную шахту. Машинально пытаюсь хоть за что-то ухватиться, но, дотянувшись через силу до сидения, не смог нащупать ничего, кроме собственных ног!

Вдобавок ко всему, ощущаю приближение волны, похожее довелось испытать на море, когда сдуру полез на волнолом фотографировать шторм. Во мраке волна не видна, но она словно проецируется прямо в сетчатку глаз. Зажмурился, волна нарастает, вот она рядом, касается ступней прямо через ботинки. Непроизвольно дрожу, нет, это не дрожь - вибрация, нет сил ни бояться, ни, тем более, кричать. Хочется сжаться, как человеческий зародыш, не могу сопротивляться, сгибаюсь, скрестив руки, внезапно замечаю, как тьма постепенно отступает, пропуская тусклое свечение...

Камушек уже чуть не звенит, вызывая горячую встречную волну, чувствую её всем телом. Встретившись, волны поднялись слабо-мерцающей стеной, уходящей в бесконечность. Только в центре размытое зеленоватое пятнышко, едва выделяющееся во мраке. За обволакивающим теплом камня ощущаю ледяной холод.

Скорости не чувствую, как и времени, но понимаю: несёт в прямо к стене, разобьюсь в лепёшку! Хорошо, не успел пообедать… Не бывал в невесомости, но, похоже, она самая и есть. Живот подвело, комок подкатил к горлу, не хватало ещё тошноты в этом мёртвом пространстве! В голове круговерть и от темноты, и от падения. Вроде бы понимаю: раз девочка проходит, то и сам должен проскочить, но со всех сторон прилетают страхи, ведь я намного крупнее «Лизы», притом нас разделяет целый вагон! Не унесёт ли меня от неё во времени, как случилось в том трамваем?

Мысли приходили и уходили, время, казалось, замерло. Да нет, не казалось, так оно и есть, не с чем сравнить и осознать, как долго тянулась чёрная пустота. Камень всё так же излучал тепло, но не обжигал. Этого тепла совсем не боялся, почему-то понимая - камень оберегает меня от гибельного холода космической тьмы.

Зеленоватое пятно уже не кажется маленьким, оно растёт, всё сильнее рассеивая темноту вокруг. Может, не оно увеличивается, а сам уменьшаюсь, постепенно сжимаясь до крохотной точки? Осмелился похлопать себя руками - вроде бы остался таким же. А пятно всё растёт… Похоже, оно неоднородное, точно - не монолит!

Оно всё ближе, вот-вот врежемся, мимолётный ужас ожидания, зажмуриваю глаза и… влетаю в малахитовое свечение. Вместо ожидаемой боли и тьмы натыкаюсь на тягучую завесу, холодную, как желе. Так и не решаюсь открыть глаза, непонятное состояние длится и длится, пока меня не выкидывает… на «песчаный берег»! Про песок вспомнил не просто так: снизу неслабо приложило чем-то плотным и податливым одновременно. Даже сквозь зажмуренные веки вижу, что снова пришла тьма…

Звон в ушах, спадающее головокружение под нарастающий шум. Кажется, ни на секунду не отключался, но сейчас словно прихожу в сознание после обморока. Окружающие звуки неясно проступают в изумлённом мозге: не сразу дошло, что это стук вагонных колёс. Снова почувствовал спинку сидения и холодный металл поручней. Вдруг, словно вынырнул из воды: вагонный шум ворвался в уши, от неожиданности вздрогнул.

Неужели всё, полностью «там»? Сердце стучит, не получается даже двинуться с места, от напряжения пересохло во рту. Воздух в вагоне кажется свежее и прохладнее, хотя подземный электрический запах никуда не делся. Приоткрыл глаза, кажется, мягкое освещения от грушевидных плафонов кажется тусклее, после светодиодных ламп не режет глаз. Почти как в трамвае, унёсшем меня на неделю вперёд. Окружавший меня тепловой кокон незаметно исчез, камешек тоже успокоился.

Как сквозь вату в ушах доносится голос диктора, оказывается, «Чернышевскую» уже проскочили. Судя по объявлению, подъезжаем к конечной станции. Почему-то не удивляет архаичное убранство внезапно опустевшего салона, не до него сейчас. Другое важнее, тревожно бросаю взгляд за окно, в соседний вагон, вдруг «Лиза» исчезла? Но от сердца сразу отлегло: вон она, на своём