Ленинград-61 (Книга первая) - Игорь Яр

class="p1">Неизменный во все времена шум приближающегося трамвая. Интересно, снова «двадцать третий»? Даже если один вагон - не проблема: там три двери, как-нибудь разберёмся, постараюсь встать от них подальше. Правда, подошедший троллейбус мешает, обхожу желающих уехать «местных» и оказываюсь у трамвайных путей.

Но среди ожидающих нет ни девчонки, ни парня! Где же они? Кручу головой по сторонам… Да вон знакомый берет в троллейбусном окне! За спиной грохочет трамвай, плюю на осторожность, бегу обратно, рогатый вагон неспешно уносил незнакомку и её преследователя… Троллейбус мучительно медленно разворачивается… И что делать, не цепляться же сзади за поручни?

Почему на троллейбусе? Настолько растерян, что чуть не произношу это вслух, а, может, и говорю, судя по тому, что как на меня смотрит прохожий гражданин в шляпе. Куда уехали, что делать, бежать за ними? Даже номер троллейбуса не запомнил. Как же «лопухнулся» на пустом месте, не должно такого случиться! Ну что, «экспериментатор-исследователь», как тебе новый этап?

Красно-белый вагон давно скрылся за поворотом на Боткинскую улицу, а я стоял, раздавленный и опустошённый. И почему вообразил этот чёртов трамвай, куда теперь? Остаться на месте, ждать, что вернутся прямо сейчас? С чего так решил: как с тем «двадцать третьим» маршрутом? Надо успокоиться и думать, как быть дальше…

Понемногу начинаю воспринимать окружающее, словно с головы слетел мешок. Опять ощущаю весеннее тепло, новые городские запахи и шум, даже чириканье воробьёв и курлыканье голубей, негромкие разговоры окружающих, стук дверей, шум машин. Как будто до этого находился без сознания. Может и так, от пережитого шока и не такое может случиться. Не стоять же так на остановке, пропуская очередной транспорт? Показалось, что проходивший милиционер в тёмно-синей шинели посмотрел подозрительно.

Так, куда же уехали, по какому маршруту? Успокоиться, успокоиться, это всё-таки город, а не пустыня Сахара! Думай, не паникуй, городской транспорт ходит по расписанию! Если вагон ушёл отсюда, развернувшись на площади, сюда и вернётся. Надо дойти до троллейбусной остановки напротив гастронома и поискать табличку с номерами.

Вот и она, жестяная крашеная полоска на стене, сколько тут - аж пять штук, ещё и интервалы движения не указаны. Придётся постоять здесь и понаблюдать: куда какой поворачивает и как часто ходят. Жаль, часов нет, а вокзальные на башне только со стороны фасада.

Оказалось, троллейбусы ходят достаточно часто, вот и пригодился блокнот с карандашом. Этот откуда и куда? Нет, не «мой», проехал дальше, завернул за зданием вокзала и налево, на улицу Комсомола. Это «тринадцатый»; следующий, «восьмёрка», свернул в Финский переулок - надо же, там ещё трамвай ходит, у «нас» давным-давно «пешеходка».

Неспешная «трёшка», высадив пассажиров, проезжает дальше, как и «тринадцатый, Так, теперь «четвёрка», по примеру «восьмого» - снова в Финский. А «девятка» развернулась и обратно на Боткинскую - сомнений нет, это «мой»! Обрадовался, словно снова увидел «Лизу». Но не забыл сделать запись: интервал минут восемь-десять, троллейбус не слишком спешный вид транспорта. На остальные можно не обращать внимания, если не дождусь девчонку сегодня - придётся, как и в прошлом, или, вернее, в будущем, ждать у вокзала, либо ездить по маршруту… По крайней мере, если она садится на метро здесь - логичнее искать в троллейбусе.

Свободного времени до следующего троллейбуса минут десять: на что его потратить? Не торчать же на виду, надо найти «наблюдательный пункт». Да и о прочем позаботиться, будущее, прошлое, настоящее - какая разница? Человеку всегда хочется есть, пить, укрыться от холода или от жары. Мне тоже стоит об этом подумать. В конце концов, неизвестно, когда ещё вернусь обратно, да и вернусь ли?

Первый раз подумал об этом без отчаяния. Разве сам подсознательно не хотел сбежать от окружавшего меня мира, да и что там держит, ну, кроме Светланы? Хотя хватит об этом, надо думать о самом насущном, лирику оставить на потом. Назвался груздем - полезай в кузов, пусть и в троллейбусный! Вот только надо в сторону отойти, хотя бы в переулок напротив: нечего перед постовым изображать шпиона! Там и народ ходит, и почта, и канцтовары, и аптека, и ателье...

А рядом лотки уличной торговли, купить, что ли, с горя «эскимо» на палочке? Сколько - одиннадцать копеек - нащупал мелочь в кармане, взял мороженое, но далеко не отошёл: слежу за подъезжающим транспортом. Почему-то думаю, что девушка вернётся - а на что ещё остаётся надеяться? «Ничего не знаю, я жду трамвая»!

Развернул фольгу, осторожно откусил - вроде и знакомый вкус, но не такой яркий. Тем не менее, сгрыз мороженое, прислушиваясь, что там внутри происходит. Вдруг не должен есть здешнюю пищу, но поздно - ничего не осталось. Выкинул фольгу и палочку в серебристую урну у стены. Засунул руки в карманы, нахохлился, как тот воробей. Конечно, основное внимание на остановку, но поневоле приглядываюсь к окружающей действительности.

Уличное движение не такое сильное, как в моё время, но транспорта хватает. Бросаются в глаза номера - непривычно чёрные, с белыми буквами, попадаются и жёлтые. Да и сами машины впечатляют: обтекаемые легковушки – «Победы» и «Волги», грузовики