Дворецкий поместья «Черный дуб» - Варвара Корсарова

Арман отвел Ирис на кухню, сам приготовил ей чашку чая и сэндвич и велел все это съесть. После этого придирчиво осмотрел ее наряд, забраковал туфли и шаль и выдал ей сапоги и старую куртку. Только после этого они вышли из дома и направились к лесу.

Прогулка вышла приятной. Воздух еще не прогрелся, но день обещал быть жарким. Как оказалось, дорога от поместья до оврага по тропинке напрямую занимает всего ничего, минут десять.

Они вышли к оврагу, пройдя именно через то место, где вчера Ирис видела зеленого монстра. Она невольно схватила Рекстона за локоть.

– У вас есть с собой оружие? – в страхе спросила она шепотом.

– Зачем оно мне? – в полный голос удивился Рекстон, потом догадался: – Боитесь встретиться со вчерашним злоумышленником? Полно, где это видано, чтобы злодеи вставали в такую рань? Их время – вечер и ночь. По утрам они отсыпаются после злодеяний.

– Вы ведете себя легкомысленно.

Рекстон ободряюще похлопал Ирис по напряженному запястью.

– Даже если наш злодей – ранняя пташка, я смогу справиться с ним без оружия.

Ирис сразу поверила ему. Арман сможет. У всех дворецких сильные руки и отличная боксерская реакция.

– Ждите меня здесь, – велел Рекстон и начал спускаться в овраг.

Ирис смотрела, как он ловко перепрыгивает через коряги, и размышляла о том, что здесь, за пределами дома, их роли поменялись. Теперь дворецкий командовал, был насмешлив и властен, а она только слушала и подчинялась.

Рекстон возился внизу недолго. Он заглянул под кусты, что-то снял с ветки и внимательно это изучил. Затем озадаченно присвистнул, потер затылок и полез обратно.

– Ну? – нетерпеливо спросила Ирис.

– Ничего. Нашел наполовину раскопанную яму, где пытались спрятать пресс-папье, но его тут уже, конечно, нет – злоумышленник прихватил его с собой и унес, чтобы спрятать получше. Нашел нити от вашего платья на ветках. Никаких других улик.

Ирис вздохнула.

– Ну вот, мы ничего не узнали.

– Отсутствие результата порой радует больше самого результата, – загадочно ответил Рекстон и подал Ирис руку, чтобы она смогла перебраться через корягу.

Он повел ее к дому, но другой дорогой.

– Куда мы идем?

– Прогуляться. Время еще есть. Хочу показать вам кое-что.

Лес кончился, начался подъем на холм, и Ирис узнала место – видела его из окна своей спальни. Они добрались до вершины. У их ног распростерлась долина, в которой стоит поместье «Черный дуб». Дом лежал как на ладони – позолоченный утренним солнцем, старинный, благородный. Неподалеку от ограды резвилась парочка диких пони, издалека доносилось блеяние овец, чирикали птицы. Туман уже поднялся и висел в воздухе легкой дымкой, которая придавала картине волшебный оттенок.

Рекстон снял куртку, расстелил ее на земле и помог Ирис сесть. Потом сел сам, сорвал травинку, сунул в рот и блаженно растянулся на спине. Ирис украдкой разглядывала его профиль. Она не узнавала вечно озадаченного, сдержанного и мрачноватого дворецкого. Утреннее солнце блестело в его черных волосах, на лоб упала прядь, суровые черты смягчились. Арман словно скинул лет десять и тонн сто забот.

– Люблю это место, – негромко сказал он. – Я прихожу сюда, когда хочу побыть один. Для слуг одиночество – роскошь.

Он замолчал и мягко улыбнулся. Ирис не сводила с него глаз. Она и не подозревала, что Рекстон склонен к сентиментальности.

– Выходит, вы богач, – заметила она, – раз можете позволить себе такую красоту.

Она обвела рукой долину и рассмеялась. Как эта картина была непохожа на суетливое дымное утро в столице! Здесь солнце светило ясно, здесь дышалось полной грудью и пахло не бензином и гнилыми водорослями, а свежескошенной травой и цветами.

– Теперь вся эта красота – ваша, Ирис. Все эти земли, этот дом… Вы о таком мечтали, когда ехали сюда?

– Да, я мечтала именно о таком, – подтвердила Ирис, а потом вытянулась рядом с Рекстоном, оперлась на локоть и повернулась к нему. – А вы о чем мечтаете, Арман?

Он тоже повернулся на бок и поднялся на локте, перекатил травинку из одного угла губ в другой, прищурился, помолчал. Скажет ли он правду, будет ли откровенен? Или отделается безличным, принятым в таких случаях ответом? Или опять ответит отповедью о долге, как и раньше?

– Я мечтаю иметь что-то свое, – серьезно сказал он.

– Что значит «свое»?

– У меня никогда не было ничего своего, Ирис, – дома, семьи. Я живу в «Черном дубе» почти всю свою жизнь и очень привязан к членам семьи цу Герике и Эрколе. Но все же я не один из них, и «Черный дуб» принадлежит не мне. Все, что у меня есть, – несколько костюмов, книги, коллекция средств для ухода за обувью хозяев и оленья берцовая кость.

Он широко, но немного грустно улыбнулся.

– Вы всегда можете уйти.

– Сейчас не могу, Ирис. И не хочу. Но от мечты не отказываюсь. У меня есть сбережения. Когда-нибудь, когда больше не буду нужен хозяевам, я смогу купить собственный дом. Возможно, открою отель или ресторан. Или начну учить молодых слуг.

– Может пройти немало времени, прежде чем ваша мечта осуществится.

– Что ж, так тому и быть. Меня устраивает моя жизнь, и я считаю, что живу ее правильно, и горжусь своей работой.

– А вы бы не хотели повидать мир? Вы бывали где-нибудь еще, кроме столицы?

– Бывал, – внезапно сухо ответил Рекстон. – Я повидал немало мест, хороших и плохих. В основном плохих. Именно поэтому ценю то, что сейчас имею. – Ирис собиралась расспрашивать и дальше, но Арман стремительно перехватил инициативу. – А вы, Ирис? О чем вы теперь мечтаете, когда заполучили поместье?

Ирис не обиделась на него за прямоту вопроса, потому что в нем не было ни осуждения, ни обвинения, лишь констатация факта и подлинный интерес.

– О том же, о чем и вы, Арман, – иметь что-то свое, постоянное. У меня тоже никогда не было собственного дома, не было большой семьи с братьями и сестрами. Да и близких друзей, по сути, не было. У бродяг редко бывают близкие друзья. Все в нашей жизни – временное. Но зато у меня есть прекрасный отчим, Финеас. Мне повезло. Он скоро приедет сюда. Вы познакомитесь и непременно понравитесь друг другу.

– Вам так хочется, чтобы мы понравились друг другу?

– Да. Потому что вы и Финеас – люди, кого я уважаю.

– Вы не очень-то уважали меня, когда приехали сюда несколько дней назад, – усмехнулся Рекстон.

– Потому что вы назвали меня мошенницей и обыскали мой чемодан.

– Да, виноват. – Арман вдруг накрыл своей рукой ее руку. – Ирис, я обещал вашим куклам извиниться перед