Ведьмак 23-го века. Открытая вражда - Владимир Михайлович Мясоедов

Вот один из них решил поддержать огнем товарища, стреляя примерно в ту же сторону.Правда, там располагались несколько бочонков темного стекла с жидкими реактивами, которые пулями были разбиты вдребезги, но больше озабоченному уничтожением неприятеля вояке оказалось абсолютно пофиг на сопутствующий ущерб. Вернее, он о нем просто не думал, ежесекундно уничтожая казенное имущество на сумму, превышающую его месячное жалование в разы и на порядки.

Вот другой, сжимающий в одной руке массивный револьвер, а в другой искрящуюся шаровую молнию, поскользнулся на упавшей ему прямо под ботинок свежайшей кучке обезьяньего дерьма и полетел вверх тормашками, теряя контроль над своими чарами. Те улетели прямо в плотную группу из трех его товарищей, которых небольшим магическим взрывом разбросало в разные стороны. Относительно невредимых, правда, но заметно так подпаленных.

Вот пострадавший от дружественно огня бойцов после своего падения обратно на твердую землю, вернее на заменяющий её гладкий и твердый пол вместо того, чтобы подняться на ноги ловким перекатом ввинтился в щель под стеллажом и слегка, ну по его меркам, зацепил широкими плечами этот самый стеллаж, в результате чего с верхней полки его посыпались разложенные там в строгом порядке образцы магически активных минералов. Прямо на другого солдата, который получив по шлему пару раз, а также оказавшись обсыпан плотным дождем из увесистых волшебных самородков и булыжников, громко заорал: ' В укрытие! Геоманты бьют по площадям!'. Взметнувшийся к потолку могучий водный щит, вероятно вполне способный и артиллерийский обстрел выдержать, повалил еще десяток стеллажей, что попадали и обрушили на пол свое содержимое, смешавшееся с пылью, грязью, осколками разбитой посуды, обломками ящиков и просто между собой…И начавшее настолько непредсказуемую алхимическую реакцию, что предсказать её итоги или же замутить настолько же невероятный эксперимент не взялся бы и самый безумный в мире алхимик, располагающий самым большим в мире котлом.

— Ой, мама… — Только и смог сказать любитель лимонада, наблюдая как помещение стремительно начинает заполняться туманами разных цветов, а также пеной, которая места горела, местами распространялся вокруг себя волны холода, а местами так вообще пыталась сформировать из себя нечто подозрительное похожее на пасть с крепящимися к ней ложноножками.

— Нет…Такой бардак не сможет убрать даже она, — покачал головой его напарник, взирая на то, как огрызающиеся огнем солдаты начинают отступление с позиции, захваченной рукотворной магической аномалией. Вернее, аномалиями. Несколькими. И оставалось лишь надеяться на то, что они будут краткоживущими. — Тем более всего лишь до послезавтра, когда к нам русские бояре на экскурсию придут…Проклятье! Да почему это придурки вообще ни одного выстрела не сделали по обезьяне⁈ Она им всем сразу глаза отвела⁈

— Кажется, я её узнал, — последовал ответ. — Это фамильяр нашего нового коменданта. И солдаты явно готовы выстрелить себе в задницу, но не в питомца своего непосредственного начальника, с которым та связана на уровне души. Кстати, а не потому ли она смогла пробраться на склад сквозь все барьеры и сигналки?

— Тогда другого выхода нет… Вызывай гвардию Деспота! — Твердо и решительно заявил мастер, решивший, что он не будет крайнем в том кошмаре, который сейчас творится на территории соседнего здания. — Пусть придворные разбираются с тем, что это -преступная халатность со стороны нашего нового коменданта или все-таки целенаправленный саботаж!

Глава 10

Глава 10

О том, как герой созерцает свои успехи, принимает поздравления и не может удержаться от открытой вражды.

Небольшой кораблик довольно легко петлял между вспухающими в воздухе облаками разрывов. Вернее, из стороны в сторону он конечно метался, сбивая зенитчикам прицел, но взлетевшие в воздух снаряды распускались цветами из дыма и осколков вовсе не поэтому. Просто защитные барьеры судна делали свою работу и делали её достаточно хорошо, чтобы экипаж летательного аппарата мог сосредоточиться на выполнении своих рабочих обязанностей, а именно артиллерийской бомбардировке той позиции, откуда и вели по нему огонь.

Окоп, в котором смотрела в небеса небольшая пушечка с удивительно массивным лафетом, позволяющим нацеливать ствол орудия хоть вертикально в зенит, был превращен в полевое укрепление по всем правилам военного искусства. Глубина его была достаточной, чтобы летящие на уровне земли пули и осколки лишь проносились над головами тех, кто находится внутри и удосужился пригнуться, земляной бруствер служил дополнительной страховкой и улавливателем для пронзающего воздух металла, два почти смыкающихся друг с другом вогнутых массивных стальных щита, напоминающих половинки скорлупы какого-то ореха, не только защищали рассечет от вражеских атак, но и проецировали яркий насыщенный энергией защитный барьер, прикрывающий суетящихся солдат, старающихся сделать как можно больше выстрелов, и как можно точней.

Кораблик нырнул к земле подобно охотящемуся соколу, опасно накренившись носом вниз и почти срываясь в пике, но тем не менее этот опасный маневр являлся вполне себе контролируемым, доказательством чего стал выстрел его носовой пушки. Массивное орудие, кажущееся слишком большим для подобного летательного аппарата занимало собой чуть ли не половину верхней палубы и было намертво в неё интегрировано. Чтобы изменить прицел требовалось развернуть судно в нужную сторону, и это безусловно могло считаться огромным минусом конструкции…Минусом, который сполна компенсировался непропорционально большой огневой мощью, какая могла бы сокрушить практически всё, что угодно. Конечно же, если её правильно нацелить.

Черная металлическая труба, в дуло которой сумел бы протиснуться не слишком крупный человек, рявкнуло огнем, дымом и снарядом, заставив кораблик вздрогнуть от отдачи так, словно его пнул невидимый воздушный великан. Однако же полученный импульс не только не навредил судну, но и помог ему перевести почти вертикальное падение в нормальный горизонтальный полет, что было очень кстати, ведь до катастрофы оставались уже считанные секунды. Однако пилот все-таки справился, сумев предотвратить трагедию и удержав свою машину в небе. Ну а выпущенный с высоты снаряд врезался в артиллерийскую позицию…Правда, не в ту, откуда велся огонь, а в соседнюю. Выглядящую её полной копией за исключением одного единственного нюанса. Там не было ни одного человека или нелюдя. И потому когда окоп резко углубился и расширился, поскольку несколько тонн земли разбросало в разные стороны вместе с искореженными осколками металла, который раньше представлял из себя списанное орудие и прикрывающий его мобильный защитный барьер, который тоже уже последние месяцы доживал в связи с износом травящих энергию накопителей, но при заправке его магией под завязку все ещё оставался какое-то время вполне себе рабочим.

— Впечатляет, месье Коробейников, очень