Красный Корпус V - Илья Романов

те, кто мог ещё стоять на ногах, вытаскивали раненых и оказывали им первую помощь. Стоны, громкие приказы, кто-то молил Богов, другие звали своих матерей. Смерть пришла в это место, но люди выстояли и отбились.

Что же до Вестника — уйти он не успел. Арсенал с Перуном прикончили тварь, разорвали её на куски там, где ранее находился один из складов. Правда здания больше не было, лишь глубокий катер и окровавленное пятно. Всё, что осталось от Высшего слуги Хаоса.

Или же не Хаоса, а Владык? Именно Идризера, а не самого Хаоса. Перед глазами до сих пор стояла картина пустоты космоса и разговор с сущностью, которую не познать даже Богу. Всей мудрости и знаний не хватит, чтобы даже приблизительно понять, что Хаос являет собой на самом деле. Извращённый, чужеродный разум, с одной понятной лишь ему логикой. Пока что выходило, что души для него — лишь актёры спектаклей, а всё мироздание его сцена. И он сидит в первом ряду, наблюдая за тысячами постановок одновременно. Его не волнуют потери среди людей или Богов, что боролись за них. Его мало беспокоит гибель сотен миров, главное — какой получится итог.

Жестоко и чудовищно, но, опять же, лишь для меня.

Изменило ли это моё отношение к Хаосу? Абсолютно нет. Плевать мне, что Идризер, по факту, лишь пользуется иным аспектом Силы, корни которой берут своё начало от Хаоса, но извращённого и другого. Возможно, саму изначальную концепцию мне не победить, не остановить, это стоит признать.

Хаос, как бы дико это не звучало, нужен мирозданию. Я это понял, осознал и принял. Но Владыки — это опухоль, скверна, которую необходимо выжечь каленым железом. И раз сам Хаос не стоит за ними, а лишь наблюдает, как за очередными актёрами, то я буду убивать их столько, сколько смогу. И начну с Идризера, главного виновника всего происходящего в данный момент.

Неожиданно лёгкий ветерок, что хоть как-то помогал с вонью гари и смрадом трупов, усилился. Лизнул моё лицо, закрался в волосы и растрепал одежду. А на периферии сознания, вторя моему пониманию, прозвучала удовлетворенная улыбка. Именно так, прозвучала, иначе я не мог объяснить то, что ощутил в данный момент.

— Ну да, я ведь тоже один из актеров этого спектакля, — покачал я головой. — Но признавать это неприятно.

Только и сделать тоже что-то с этим вряд ли получится. Бороться против самой изначальной концепции? Даже Лахима в этом плане не преуспел, а он был лучшим из нас в своё время. Так что, пусть Хаос смотрит. Свой выбор я уже сделал и буду идти к этой цели. А итог… он лишь один — победа или гибель.

— Костя! — заметил меня Перун, сидящий на первых ступенях к храму. Здесь была бойня ещё хуже, чем в самой крепости. Трупов людей и тварей было столько, что не счесть. И сейчас их уносили мрачные, осунувшиеся бойцы, которые потеряли в этот день своих друзей и напарников. — Ты как?

Криста сидела рядом с ним и обрабатывала Саше левую руку. Точнее её обрубок выше локтя. Всё же Вестник его достал. Мира была здесь же, помогала остальным раненым, которым, судя по всему, просто не хватило места в самом храме. Аврора с Марией уже должны быть где-то там, а остальные ребята занимались поиском выживших.

— Жив, — только и сказал я, присаживаясь рядом с ним. — Рома?

— В храме, — махнул обрубком Перун. — Валяется в отключке, слабак!

— Не двигайся! — шикнула на него Криста, фиксируя повязку. — Не береди рану!

— Ой, да что мне уже будет, — скривился Саша. Лицо его было бледным из-за потери крови, но глаза ясные и полны решимости держаться в сознании. — Подумаешь, руку тварь оторвала! Пф-ф, бывало и хуже!

— Да? И что же? — иронично изогнула бровь девушка.

— Ну, как-то я ног лишился, сразу двух, — почесал целой рукой затылок Перун, вытащил оттуда кусочек плоти и бросил на землю. — Мы тогда с Яшмой в вылазке были, в разведке. Нарвались на стаю Хлороцерсов, — посмотрел он на меня помутневшим взглядом и зачем-то решил пояснить. — Это такие твари, на здоровых варанов похожи, но состоят из растений. Живые цветы, мать его…

— Знаю, — кивнул я.

— Так вот, — Саша кое-как вытащил из нагрудного кармана смятую пачку сигарет(и когда это он начал курить?) и, засунув одну белую палочку в рот, щелчком пальцев подкурил. Сизый дымок устремился в небо, Криста скривилась от ядрёного запаха каких-то трав. — Тварей мы прикончили, но Яшме руки отгрызли, а мне ноги отрубили. Когти у Хлороцерсов острые, как бритва, а клыки, что пилы. В два ряда. Помню, в бреду от боли ползу по влажной от крови земли, а она у Хлороцерсов такая, зелёная, светящаяся и переливающаяся, по глазам бьёт хуже светошумовой гранаты. В общем, кошмар эпилептика наяву. Яшма рядом валяется, стонет, а я ему говорю: «Яшма… я ног не чувствую…». А он мне отвечает: «Это потому что тебе их отгрызли, братан…». А сам барахтается, пытается вытащить из подсумка эликсир зубами, — Перун стал сонно моргать, сигарета тлела между пальцев. — Я подполз с нему, оставляя за собой кровавый след, помог. Потом он мне помог. Взаимовыручка, чтоб его…

— А дальше? — странным голосом спросила девушка, когда Саша затих. Она явно не слышала эту историю.

— Дальше? — ещё раз моргнул он. — Дальше два инвалида, то есть, два альтернативно одарённых индивида, которые по глупости нарвались на стаю Хлороцерсов, вместо того, чтобы её обойти, пытались выбраться из той жопы, в какой оказались. У Яшмы не было рук, ему ещё и по глазам кровь тварей попала, там реакция пошла, как от аллергии. Нихера не видно. У меня не было только ног. Вот я и залез ему на спину. Он потащил меня, как мешок с картошкой, а я показывал путь. Задание мы провалили, едва выжили, а затем Яшма ушёл из Корпуса. Сейчас у него цветочный магазинчик, с женой держит его в Москве. Всё-таки, пусть Хлороцерсы и отгрызли ему руки, хотя их потом вернули, но природу и растения он любил, м-да…

Перун договорил последние слова уже сквозь накатывающий сон, а Криста вздохнула помогла ему принять более удобную позу.

— Я присмотрю за ним, — посмотрела она мне в глаза.

— Хорошо, — всё, маленькая