Бог из машины - Ха Ян

Длинные брови нахмурились: каким-то образом, несмотря на заключение о быстром выздоровлении, на теле проступали многочисленные раны. Среди них множество было зафиксировано браслетом, как рецидив травм, полученных в прошлом. Он пригляделся: те не кровоточили, не зудели и не были воспалены. Явление озадачило его. Усиленная DAO-регенерация обычно не оставляла следов, но сейчас сильно выступали даже те раны, что ранее были совершенно незаметны. На фоне этого он был рад увидеть, что его едва заметная выпуклость в верхней части пресса не являлась раной, а потому стала даже менее заметной на общем фоне. Предчувствие подсказывало, что это еще может сыграть свою роль.

Продрогший, но взбодрившийся Монах вышел из душевой и натянул на себя подготовленную одежду. Она представляла собой почти те же самые черные кожаные штаны и термокофту точно его размера. Взглянув на время, он обнаружил, что игры со светом и водные процедуры заняли у него практически весь свободный час. Протер тряпкой берцы, надел, зашнуровал, накинул на себя продырявленное, но все же еще живое кожаное пальто, вышел из комнаты и постучался в дверь напарника.

Тонкий белесый дымок потек вдоль окна. После молчаливого обеда Эксцентричный Монах не смог удержаться от того, чтобы воспользоваться по назначению уцелевшей трубкой. По ту сторону от прочного, как титан, стекловолокна где-то далеко рождались и умирали звезды. Глубокая затяжка, и грандиозный вид каждого такого рождения заполнил воображение.

Знакомый легкий стук шагов раздался позади и вывел из транса.

– Только пришел в себя и сразу за свою гадость?

Монах решил не отвечать на вопрос, но вместо этого поинтересовался:

– Как твои раны?

– Жить буду. Говорят, мне повезло. Но вот что странно – у меня как будто проступили раны, которые я точно получил настолько давно, что на этих местах должны были остаться только шрамы. А они прямо кровоточили и покрылись ссадинами. Мне сказали, что это нормально и это пройдет, но что-то как-то не очень убедительно… Блин, что произошло вообще? Ничего не могу вспомнить, сколько ни пытался. Наверное, действительно врезались в нас, пока мы ужирались. Завязывать надо с этим.

– Значит, и у тебя это проявилось… это настораживает.

– Ты о чем?

– Раны, я тоже заметил их у себя.

– Хм, ну, может, тогда действительно это просто последствия аварии.

– Или чего-то еще.

– Ладно, пора взять перерыв от расследований, а то это уже превращается в паранойю. Думаю, нам надо, что называется, отдохнуть.

Эксцентричный Монах, делая очередную затяжку, недоуменно выгнул бровь, не веря своим ушам. Сам экс-надзиратель Делец Чэнь Рэн не хочет ничего расследовать…

– Все устраивает вас, господа? Обед понравился? – прервала молчание Мара Юэ. Чэнь Рэн тут же выпрямился и улыбнулся.

– Да, спасибо!

– Путь предстоит долгий, – она взглянула на браслет, – 120 часов по земным, 31 по улуньянским и…

– Мы земляне, – сухо прервал Эксцентричный Монах.

– Аа, – понимающе протянула женщина. – Понимаю. Ну тогда пять дней. Поэтому завтра я проведу вам экскурсию по нашему прекрасному кораблю. Кстати, господин Чэнь, наша команда бортовых инженеров осмотрела ваше судно и сообщила, что они смогут привести его в рабочее состояние в течение трех-четырех суток.

– Камень с души, госпожа Мара!

– Рада помочь, Рэн. Ну все, господа. Желаю вам легкого путешествия и приятного отдыха. Чувствуйте себя как дома.

«Кажется, я начинаю понимать, в чем тут дело».

Ep. 18. Ну, я знал

Что общего между хорошей книгой и черной дырой? Они засасывают.

Дождавшись стандартизированной в космосе ночи, Монах вышел на разведку.

Прислонившись к стене, он вслушался в тишину. Снаружи не доносилось ни единого звука. Путь был свободен.

Он нажал на кнопку и вышел в коридор. Интенсивность освещения соответствовала времени искусственных суток.

Дизайн интерьера определенно отсылал к бионике морской губки. Тоннели, напоминающие полости, и проходы-поры, могли легко спровоцировать приступ клаустрофобии, но, к счастью, он ей никогда не страдал и сейчас не собирался.

Монах нажал на браслет, и объемное пространство смоделировалось и отобразилось в воздухе плоской проекцией. ArtSketch, эта программа должна была однажды пригодиться, не зря же он ее когда-то купил.

Путь направо от комнаты вел к столовой, палатам и, скорее всего, к капитанскому мостику, так что его путь лежал в противоположную сторону.

Медленно и осторожно он двигался по коридору, все время прислушиваясь. Но все говорило о том, что, скорее всего, он один остался бодрствовать.

Некоторое время он просто блуждал по разным коридорам и ответвлениям, формируя карту корабля на проекции, прежде чем дошел до места расширения коридора и значительно более крупных дверей. Судя по составленной карте, он находился в задней части трюма корабля. Рядом с дверью располагалось уже характерное квадратное углубление. Недолго думая, он нажал на углубление, и двери разъехались, озадачив его. Что бы там ни было за дверью, оставлять ее разблокированной явно было непростительной халатностью.

Перед ним раскинулся ангар, широкий и протяженный, уставленный самой разной техникой, мобильными шкафчиками и инструментом. Концентрированный аромат металла сразу же ударил в нос. Он так давно не ощущал этот приятный запах, что некоторое время просто стоял на месте, наслаждаясь глубоким ритмичным дыханием. Наконец он двинулся, и его шаги отозвались эхом от высоких потолков.

С двух сторон стояли в ряд несколько кораблей. Эксцентричный Монах не смог сдержать удивления. Масштабы этого некоммерческого спасательного корабля поистине поражали… восхищали и заставляли задуматься, что в действительности здесь находится.

Отойдя от первого впечатления, он решил не задерживаться сейчас здесь слишком долго. Если ангар до сих пор не заблокировали, значит, посещают его не слишком часто, а значит, у него еще будет возможность посетить это место и осмотреть детальнее. Закрыв на браслете проекцию, он посмотрел на время, зафиксировал в голове третий час ночи, удивляясь, как долго он блуждал по кораблю, и направился к своей каюте.

Подходя, он услышал гул. Он направился к открытым соседним дверям и увидел окруженного толпой медиков Дельца, лежащего на кровати.

Мара Юэ сидела рядом, придерживая Чэнь Рэна.

«Что за хрень?»

Мгновенно заметив его присутствие, Мара Юэ вскинула голову:

– О, господин Монах. Подскажите, у вашего друга есть аллергия на линандин?

– Э.

Он задумался.

– На что-то есть. Не уверен.

– Понятно, – женщина качнула головой. – Сейчас за ним нужен присмотр. Мы скорректируем лечение. Кстати, мы звали вас, но вы не отзывались.

– Да, я… ходил курить.

– Вы могли это делать в комнате. Вентиляция предусмотрена в каждой каюте.

– А, – Монах хмыкнул. – Не знал. Сильно головой приложился, раз не подумал об этом.

– Не