Рождённая летать - Аксюта Янсен

— Пойдём, пойдём, это нужно объяснять предметно.

В дороге Шерил всё же удалось заранее выдавить некоторые подробности из Мастера:

— Мне не удалось решить проблему полностью, даже на расчетном уровне. Всё равно, не получается обойти твои особенности. И то, что у меня вышло, требует практической проверки.

— Что конкретно это означает? — в ней вдруг всколыхнулись все те подозрения, которыми её усиленно пичкали ученики.

— Примеришь, посмотришь, как работают.

— А как должны?

— А должны как надо, — услышала она невразумительный ответ, когда Мастер приложил ладонь к пластине отпирающего механизма замка.

Ещё одна лаборатория, ещё глубже в теле горы. Приборы, часть из которых Шерил уже научилась распознавать, непрозрачные контейнеры, без надписей, зато с буквенно-цифровой маркировкой и стеклянные сосуды. В них, в последних, плавали в консервирующем растворе крылатые младенчики с теми или иными уродствами. Кунсткамера, натуральная.

— Могу поспорить, здесь у вас не часто бывают гости, — Шерил отвела взгляд от очередного сосуда. Смотреть на него было крайне неприятно.

— Почти никогда, — согласился Мастер Езекиил.

— А так ли уж обязательно выставлять их напоказ? Можно ведь и тканью непрозрачной прикрыть. Глядишь, и начали бы забегать на огонёк посетители.

— А они мне здесь нужны? Со всеми, с кем надо я могу пообщаться и в верхних покоях, а здесь слишком много всего такого, чему неумелые руки, случайно влезшие, куда не следует, могут здорово повредить. Потом покажу. Сейчас у нас другая задача.

На длинном столе лежали те самые крылья, что выбрали они вместе с мастером Морином в первый раз и которые утащил Мастер Езекиил на опыты. Ловкими, уже доведенными до автоматизма движениями она подогнала сбрую под себя, подтянула пряжки, защёлкнула центральный замок и ощутила, как наполняется жизнью дополнительная пара конечностей. От того, чтобы радостно захлопать крыльями Шерил удержало только опасение расколошматить что-нибудь ценное.

— Здорово! А ещё здоровее то, что теперь мне не придётся ничего чирикать ни вслух ни про себя.

— Кстати, а ты знаешь, что тебя за привычку постоянно что-то тихонько напевать прозвали «певчей птичкой»?

— Шестой, — отозвалась Шерил недовольно. Как раз в то время как она исчезла из своего мира, там набирал популярность коллектив именно с таким названием. Дурацкие простенькие песенки, исполняемые щебечущими девичьими голосами.

— Что шестой?

— Вы шестой человек, который мне об этом сообщает. И вы бы знали, как мне это остопаскудело! — она аккуратно развернула и вновь сложила крылья за спиной. — Мастер, вы — гений!

— Рано радуешься. Пора опускаться с небес на землю.

— Да, — она завернула полуразвёрнутое крыло вперёд и двумя руками прощупала упругие серо-белые пёстрые перья, — вы же мне ещё не сказали, что с ними не так.

— Я подстроил эту конкретную пару под параметры твоего организма и жить на тебе они должны в любом случае, но вот чтобы долго активно летать … или опять придётся петь или они будут потреблять ресурсы твоего собственного организма. Биологические, я имею ввиду.

— А парящий полёт мне будет доступен без дополнительных трудностей?

— Должен. Но помни, это экспериментальная модель и с ней возможны неожиданности. Не рискуй без необходимости.

Шерил вдруг представилось как однажды, на большой высоте, у неё отказывают крылья и она камнем, не в силах ничего предпринять, падает вниз. И чтобы отвлечься от неприятного, перескочила на другую тему:

— Мастер, скажите, а вот Ойку, одному из моих учеников, ну помните, вы однажды к нам заходили, это такой молоденький мрачноватый парнишка, вы бы смогли помочь? У него отторжение артефактных крыльев происходит на энергетическом уровне или как-то так.

— Не знаю, надо смотреть. Ко мне не обращались.

— А почему?

— Репутация, — ответил Мастер и в уголках глаз его собрались гусиные лапки морщинок.

— А! Мне говорили. Страшный-престрашный Мастер Езекиил. И что их всех так пугает?

— Вот это, — он поманил её за собой, к ещё одной двери, низкой, не слишком удобной и расположенной в углу. И запертой ещё надёжнее, чем та лаборатория, в которой они сейчас находились. Вспыхнул яркий свет, повеяло стерильным, до сухости воздухом и Шерил увидела множество невероятно сложных агрегатов, состоящих из прозрачных емкостей, в которых булькали и испарялись чуть подкрашенные в разные цвета жидкости, по тоненьким трубочкам просачивались загадочные составы, бились, пульсировали и сокращались кусочки непонятной субстанции. И всё это жило. Несмотря на чужеродность магии айев, которую Шерил подчас даже ощутить не удавалось, здесь она почувствовала невероятной концентрации энергию жизни, исходящую от того самого, непонятного.

— Это что? — она заворожено окинула взглядом картину, словно бы сошедшую с иллюстрации книги о сумасшедшем средневековом алхимике. Приборы, приборы, шкафы закрытые и, кажется, даже запертые, и никаких мест для сиденья, даже стола нет.

— Это ирассэ. Псевдоплоть, из которой создавались наши крылья. Те, которые сейчас растут у нас за плечами, вполне живые и природные, ты не сравнивай. А это — чудо, самое натуральное и невозможное. Наше богатство, наше достижение, — в глазах его, как это уже не раз бывало, загорелись фанатичные огоньки. — Именно её поддержанием в живом виде я и занимаюсь.

— А-о. Это что-то вроде стратегического резерва?

— И материала для дальнейших изысканий. Как думаешь, из чего создаются настоящие живые глаза, вроде тех, от которых отказалась в своё время Уллия?

Шерил осторожно приблизилась к вздрагивающей и чуть заметно пульсирующей субстанции. Ни на что живое это не было похоже ни разу. Тонкая, около полусантиметра толщиной то ли лента, то ли лист, ненормального, серо-металлического оттенка. На ртуть очень похожа.

— Хотите сказать, это можно ввести под кожу и из него вырастут настоящие крылья? — она недоверчиво сморщила нос.

— Не так примитивно. Сначала нужно изъять несколько донорских кусочков плоти у объекта, которому они будут подсаживаться. Затем создать трёхмерную модель, ввести все необходимые параметры, соединить псевдоплоть с плотью биологической, поместить всё это в питательный раствор и ещё несколько месяцев ждать до созревания. Потом можно будет подсаживать крылья реципиенту.

— Результат гарантирован?

— В этой жизни только одно может быть гарантировано: то, что рано или поздно умрёт, всё что родилось, — философски-мрачно заметил Мастер.

— Оптимистично, — хмыкнула Шерил. — И всё-таки, есть вещи, которые не удаются только в исключительных случаях, есть, которые получаются через раз, а есть то, что не выходит почти никогда. К какой категории относится то, что вы только что так красочно описали?

— Скорее к первой, чем ко второй. Но неудачи, и даже фатальные, всё же бывают. И их риск тем более увеличивается, что подобных операций мы не проводили уже очень давно.

— А зачем тогда нужно было создавать артефактные крылья, если есть отработанная методика получения настоящих? — она