С чистого листа 2029 - Alchy

Жека вернулся в зал, глянул на экран монитора — ось встала, теперь надо ручками драйвера кропотливо устанавливать и программы. Бросил взгляд на часы — полдвенадцатого почти, лучше на завтра оставить, а то часов до трех придется колупаться… Вырубил этот системник, переткнул шнур от монитора на свой комп, поискал, чего бы на ночь посмотреть и поняв, что и сам устал — включил музыку спокойную, подборку для релакса. Настя умылась, пришла к нему на диван, рядом прилегла и затихла.

— Устала? — с заботой в голосе поинтересовался Жека. — Как рабочий день прошел, кто звонил?

— Ой, Ленка же звонила! К Грише семью беженцев из четырех человек сегодня заселили, представляешь? Две комнаты заняли, они с Ленкой в большой живут, а им две остальные. Гриша психует, пришлось вещи к себе переносить, ну эти, железки ваши…

Жека представил, завозился, дотянулся до мышки и выключил комп. Погладил Настю по голове:

— Давай-ка спать, будильник на полдевятого поставлю.

— Ого, а что мы завтра планируем, — Настя оживилась, куда вся усталость делась, — пойдем куда-то?

— С утра в МФЦ к десяти, тебя прописывать, надеюсь, что работают. Потом посмотрим, по магазинам точно пройдемся. Дел много…

Жека прислушался к ровному дыханию Насти под боком, вспомнил: «Не рассказал же, что она теперь с ментом жить будет… Ладно, завтра обрадую». Стал сам проваливаться в сон и тут вдруг почувствовал, что у Насти плечи затряслись, и всхлипывать начала еле слышно. «Да бля, чо опять-то не так…» — Расстроился Жека, повернулся, придвинулся к ней и начал успокаивать, как умел — поглаживая и приговаривая:

— Ну тих, тих, чо случилось-то, Насть? Успокойся, моя хорошая, всё решим, кто тебя обидел? — Подумал, может сам чего не так сделал: — Насть, ну чего ты, из-за МФЦ что ли? Так ведь просто прописать пока, не в ЗАГС же сходу поволок, Насть?

— Нормально всё, — повернулась к нему, уткнулась лицом в грудь, — надо иногда девочкам поплакать. Причем тут МФЦ, дурачок, наоборот приятно…

Плечи её заходили ходуном, всхлипывания сменились рыданием, а на Жекину грудь часто закапали горячие слёзы. Продолжил поглаживать по голове и плечам, не переставая шептать что-то успокаивающее — пусть выплачется. Тактика сработала, несколько минут и Настя стала затихать, пока окончательно не успокоилась, затихнув:

— Рассказывай, — Жека сжал её за плечи, — кто, как и почему. Я же полицейский теперь, Настя, нас в МВД перевели. Так что давай, выкладывай как на духу…

— Да всё уже, перенервничала просто, столько всего навалилось… — Настя приподняла голову, стерла ладонью уже почти высохшие слезы с груди Жеки: — Эти ещё, которых к нам в общагу привезли. В цех привели, сказали учить, а как? Половина по-русски ни бельмеса, рукожопые ещё пока, а нам от выработки платят, а не за наставничество… — Настя всхлипнула опять, пожаловалась: — Ленка увольняться хочет, хвасталась что Гриша устроит…

— Разберемся, — успокоил Жека, помня разговор с Гришей о трудоустройстве, — тоже устроим, не переживай, решаемо всё.

— Да нет, — Настя потерлась щекой, устраиваясь поудобней, — это я так, чего мне жаловаться, по шестьдесят тысяч заколачиваю в месяц, трудно, конечно, зато маме по пять-десять оправляю. И продукты раньше каждый месяц из деревни возила, всё наладится скоро, спи…

Утро встретило Жеку, когда он выскочил покурить на улицу, крупными хлопьями снега, которые ветер швырял из стороны в сторону. На земле и асфальте снег ещё таял, только крыши машин соседей, многие из которых давно уже стояли на приколе — обрастали первыми сугробами, поверх желтых листьев. Жека передернул плечами, в несколько коротких затяжек докурил сигарету, и поспешил домой. Настя уже умылась и хлопотала на кухне, спросила:

— Жень, я у тебя овсянки залежи обнаружила, давай сварю? Двадцать минут и готово!

— Хорошо, по яйцу ещё тогда свари и «Магги» не жалей, я сейчас быстро разминку сделаю и кофе нам сварганю. Выходной сегодня, гуляем!

За завтраком Жека отломил пару ломтиков шоколада от предложенной Настей половины — остальное ей обратно передвинул. Прихлебывая горячий и ароматный кофе, поделился с Настей своими соображениями — оплатить коммуналку за квартиру с её карты, если с пропиской всё получится. Сходил за наличкой, принес двадцать тысяч (мысленно отметил, что сто семьдесят кешем осталось), отдал:

— Вот, по пути в банкомате закинешь на счёт, у меня уже в этом месяце впритык с наличкой, ещё надо за комп кредит заплатить.

— Жень, — Настя задумалась на минуту, — не надо на карту, ты чего? Давай я лучше с аванса со своего счёта закрою платежки, а наличку лучше оставим… Через Гришу можно продукты и вещи взять, у нас на работе девчонки постоянно чем-нибудь приторговывают. Да в той же деревне моей мяса купить, как морозы вдарят и автобусы начнут ходить… — Настя протянула купюры обратно: — Спрячь…

Жека сконфузился — столько проблем сам себе напридумывал, надо было сразу спросить у Ильяса с Наташей или того же Гришу. С теплотой посмотрел на домывавшую посуду Настю, размышляя: «Сегодня в МФЦ, а там и в ЗАГС можно, главное не тянуть, чтоб как с Маринкой не получилось. И с Настей обсудить, как лучше будет…»

В коридоре, перед выходом — первый раз поцапались. Жека, критически оглядывая Настину курточку и кроссовки, высказал с прямотой:

— Насть, а у тебя зимние вещи есть нормальные, не этот полуперденчик демисезонный?

— Ну, знаешь, — вспыхнула та, — это и есть зимнее! И почти новое, в «Спортмастере» полтора года назад в кредит брала! Мы же в городе живем, а с шерстяным носком, — она притопнула ногой в кроссовке, — ничуть не холодно!

Жека с сомнением пощупал тонкую куртку, но усугублять не стал, видя как Настя глазами сверкает. Вместо этого сходил в комнату и достал свой любимый худи из верблюжьей шерсти. Бывший любимый, пару лет назад он его по запарке не на том режиме в стиралке запустил, с тех пор он на него не налазил, держал его как подарок Наташиному Матвею. В будущем, как тому лет тринадцать- пятнадцать стукнет.

— Примерь, — протянул Насте, — мне кажется подойдет.

— Колется, — приняла худи, скинула куртку