Смейся! - Денис Ратманов

что дед все-таки поехал к Сурену и Давиду… А еще вспомнилось, что директором заведения числился какой-то Ашот. Может, это был тот тонкогубый мужчина? Армяне ж тоже разные. Говорят, что и рыжие среди них встречаются.

Неважно. Важно, чтобы дед ее не опозорил перед работодателем. Кому нужна девчонка, которую дедушка пасет?

Наташа поставила себя на место деда. Что бы сделала она? Конечно защитила бы родного человека. Аж застонать захотелось от бессилия. Все надежда на здравомыслие деда.

На место пришли за полчаса до начала: Наташа в антиэротичных штанах-бананах, черной футболке и двумя платьями, которые планировалось надеть во время выступления, Валерун с баяном, Антон с гитарой и вездесущей Аленой. Вот зачем она приперлась? На флейте сыграть? Так вряд ли тут прозвучат такие песни.

Пока Наташа переодевалась в подсобке, Валерун настраивал оборудование, а Алена ходила туда-сюда, не находя себе места. В конце концов просто уселась за свободный столик на первом ярусе и подперла голову рукой.

Наташа вышла к микрофону красивая, с завитыми волосами, надела на лицо улыбку и стала представлять, какая она счастливая, чтобы всем стало хорошо. Да и представлять не надо! И так все прекрасно, она, можно сказать, на сцене, с микрофоном, в солидном месте, а не дома на раскладушке с перспективой учебы в медучилище.

К ним подошел Сурен, посмотрел на часы, он волновался, будто сам петь будет. За его столиком сидели Давид, хищный тонкогубый мужчина, что был на прослушивании, и два пожилых армянина, без женщин. Это хорошо, некому будет ревновать.

— Как назвали коллектив? — спросил Сурен.

От неожиданности Наташа впала в ступор.

— Э-э… назвать? Коллектив?

— Ну конечно! Как вы будете себя представлять? «Сейчас перед вами выступят Антон и Наталья?»

Мы с Антоном переглянулись. Парень пожал плечами, Валерун развел руками, и Наташа выдохнула:

— Анна.

— Почему? — спросили все хором.

— Ан — Антон, На — Наталья, — ответила она. — Валерий сам сказал, что с нами временно, потому его буквы нет в названии.

Валерун заржал, как бегемот:

— Го-го-го-го. Вы мне обеспечьте ежедневно «десятку» и назовитесь хоть Ванной. Учись, молодежь!

Он взял микрофон и проговорил хриплым приятным баритоном:

— Дамы и господа! Леди и джентльмены! Товарищи! Сегодня для вас выступает группа «Анна». — С разных концов ресторана донеслись жидкие аплодисменты, судя по звуку, хлопали двое, к ним позже присоединилась Алена.

— Приятного отдыха, дорогие! Чтобы вам было тепло и душевно, прозвучит песня «Вечная любовь».

Наташа чувствовала себя неловко, ей приходилось исполнять роль подтанцовки, а Антон и вовсе сидел, как дурак.

Песня прозвучала. Настала очередь Наташи. По списку у них была «Америка-разлучница». Говорить она ничего не стала, скосила глаза на Валеруна, отложившего баян и заигравшего на синтезаторе, и пропустила момент, когда нужно начинать. Валерун ободряюще улыбнулся и повторил проигрыш. Наташа мгновенно успокоилась и запела, вкладывая в голос боль разлуки, надежду, которая все не хотела умирать.

Только когда закончила, Наташа посмотрела на посетителей, ожидая оваций… Но вспомнилось стихотворение, которое она учила для экзаменов: «И кто-то жрал, и кто-то ржал над анекдотом». Никто ее не слушал, люди ели, пили, смеялись и произносили тосты. Обидно!

Антон запел «Тихие пруды». От его голоса по телу побежали мурашки. Ну как можно! Он так хорошо поет! Наташа принялась себя успокаивать, что она не эстрадная певица и работает тут фоном — такова специфика. Закрылась на всякий случай, потому что полезли грустные мысли. Занята только треть столиков, посетителей мало, никому не интересно. Валерун не получит свои десять тысяч… Это много, на самом деле. Коллектив-то из трех человек и всем надо заработать! Уйдет Валерун, и некому будет играть на синтезаторе, и тогда все пропало.

Ну и ладно, все равно ничего интересного. Что фоном работать, что бегать торговать, там хоть деньги есть.

Так, чередуясь, они пропели бесплатно час, и Валерун пророкотал в микрофон:

— А теперь для лучшей женщины на земле, для любимой Аленушки в ее юбилей от любящего мужа Эдуарда!

Он запел песню, от которой у Наташи задергался глаз, потому что она звучала из каждого утюга — «Мо-ло-да-я»!

На самом деле никакой именинницы Аленушки не было, Валеруг специально так сделал, чтобы выпившим мужчинам захотелось порадовать своих дам, и они начали сорить деньгами. Накануне Валерун рассказывал, что лучше всего, когда случается поединок кошельков: кто-то топит за рок, кто-то хочет шансона, и соперники заказывают песни наперегонки. Побеждает тот, у кого больше денег.

Лабать приходится до утра, и нередко такие противостояния заканчиваются мордобоем. Вообще мордобой — частое явление в кабаке. Если кабак дорогой, как этот, и хорошо работает охрана, побоища случаются реже, зато бывают перестрелки. Всякого повидал Валерун. Если Антон и дальше захочет работать в ресторане, ему надо присматриваться, перенимать приемы, запоминать, в каком порядке лучше играть какие песни, чтобы народ быстрее разогревался.

План Валеруна сработал. Подошел бычок в спортивках, с квадратной головой и сказал, положив пять тысяч:

— Хочу песню для своей девушки. Ну, короче, для самой красивой. Для Оли. Есть про Олю?

Наташа подошла поближе, самой интересно стало, она не помнила песен про Оль, но ведь наверняка они были.

Антон растерялся, он тоже ничего не знал. Зато Валерун блеснул профессионализмом:

— Есть песня «Я болен Олей», поет группа «СерьГа», песня новая, так сказать, экслюзив.

— Это кто? — выпучил глаза бычок, покосился на поющего Антона. — Че за Серьга? Не, я не знаю, не надо. Вдруг херня.

О, клиент-мозгоед, у музыкантов они тоже бывают. Валерун вышел из ситуации гениально и просто:

— А какие песню про Олю вы знаете? Потому что, сами понимаете, я спою неизвестную песню, вам не понравится.

Бычок завис на полминуты, скрипя мозгами.

— Давай «Таганку», — махнул рукой он и удалился, гордый собой.

И прозвучала самая романтичная песня про любовь «Таганка», которую Оля, конечно же, оценит. У Наташи эта песня ассоциировалась со школой, особенно слова «погибли юность и талант в твоих стенах».

Потом заказали «На маленьком плоту». И понеслось!

«Зимний сад»? А вот вам «Зимний сад»!

«Что такое казино»? А вот что!

«Джулию» для Юленьки? Пожалуйста. В перерывах Наташа пела, то, что успела выучить: «Фраера», «Увезите меня в Гималаи».

Ну что вы такие нудные? Наташа накрутила себя, передала жажду движения слушателям, взяла микрофон:

— Эта песня посвящается прекрасной половине человечества! Давайте потанцуем!

Она специально переоделась в синее озорное платье, которое не сковывает движений. Заиграла «Девочка-ночь», и