Его Сиятельство Вовчик. Часть 3 - Тимур Машуков

— Мы? Ты остался с нами?

— Ну да. Я ж тоже с девушкой был. Только как зовут ее, хоть убей не помню, — наморщил он лоб. — А потом ты разнес викалу.

— А викала — это?..

— Торговый центр. Небольшой, но солидный. Точней, его гостиничную часть, где останавливаются уважаемые купцы.

— А почему разнес и как я там оказался? — я начал обильно потеть и явно не от жары.

— О, мой сильный друг! Тут-то как раз и начинается самое интересное!..

Глава 17

Глава 17

За черт его знает, сколько часов до этого.

— К джинну! — крикнул я водителю, каким-то образом вспомнив нетленку.

— К какому именно? — проявил осведомленность он.

— К самому лучшему. И побыстрей, я хочу, чтобы он исполнил парочку моих желаний.

Перегородка поднялась, глаза чуть сошлись, фокус зрения немного восстановился.

Так, с одной стороны прижимается Као и шарит рукой у меня под рубашкой. Это она на что намекает? На разврат? Хорошая девочка.

Так, а с другой стороны у нас кто? Черт, в полумраке машины не видно. Прижал к себе, почувствовал на губах ее губы — приятные, мягкие — мне нравится. Ох, вторая рука, но уже таинственной незнакомки, у меня под рубашкой! Я… Да я, мать вашу, в раю! Но не один — что за томные вздохи и почему не мои⁈

Так, судя по всему, напротив сидит Септ — машина большая, ни фига не видно. К тому же на нем скачет спиной к нам какая-то дама. Они что? Прям тут этим занялись⁈ Нет, ну это вообще беспредел! Он, значит, получает удовольствие, а я⁈

Начинаю наглаживать дам с обеих сторон, целуясь то с одной, то с другой. Рука ныряет под платье — чую буквально раскаленное бедро и гладкость кожи. Поцелуи становятся все настойчивей… Оп, рука одной из девушек скользнула вниз, крепко сжав моего бойца. Кажется, сейчас мы дойдем до сладкого, кислого и соленого. Чую, как она начинает смещаться вниз…

— Приехали, господин, — слышу голос водителя. — Викала «У джинна».

— Что за викала? — мозг, затуманенный алкоголем и похотью, не хочет соображать.

— Ближайший круглосуточный торговый центр. Лучшие товары, прекрасный ресторан, замечательные гостиничные домики…

— Стоп, машины, все на выход! — скомандовал я. — Надо подарки купить, поесть и отдохнуть в этих самых домиках. Возражения не принимаются.

Открываю дверь и выталкиваю сначала незнакомку, а потом тащу за собой Као. Следом выскакивает Септ, на ходу поправляя шорты, с какой-то девицей — симпатичная, но ничего особенного.

Так, свет тут яркий, и я наконец могу разглядеть свою новую подругу. Высокая, черные, как крыло ворона, волосы, милое, хотя я бы даже сказал красивое лицо, фигурка — огонь. Приталенное платье, отлично подчеркивает ее формы — как она в таком по веткам скакала, ума не приложу.

— Позвольте представиться, — щелкнул я каблуками, — княжич Романов, Владимир Федорович.

— Герцогиня Изабелла Фландри. Дочь герцога Савойского, — сделала она книксен, при этом чуть качнувшись.

Протянула ручку для поцелуя, которую я, конечно же, поцеловал. Хотя, не удивлюсь, если именно эта рука шарила у меня в штанах только что. Ну да еще не утро.

— А это моя невеста, Каома, дочь фараона, Септ — сын нормаха Сахура и… — наморщил я лоб, потому как понятия не имел, как зовут третью девушку.

Та что-то пробормотала, но я не расслышал. Кажется, она была вообще не в себе и тупо держалась за Септа, чтобы не упасть.

— В общем, всем приятно, а теперь надо выпить за знакомство!!!

— Кажется, мне хватит, — Као вцепилась в мою руку.

— Чего? Мы только начали. Погнали, пока все не разобрали!

Подхватив своих дам, чтобы не сбежали, я потащил их внутрь широкой арки, за которой уже чуял запах хорошо прожаренного мяса.

Ресторан назывался «Лотос» и находился на первом этаже торгового дома «У Джинна» — стеклянно-бетонной коробки, которая нагло втиснулась между мечетью двенадцатого века и руинами какого-то древнего храма.

Внутри было прохладно. И темно. Свет давали только светящиеся шары, плавающие под потолком, да редкие настенные светильники в виде факелов, но с магическим пламенем — оно не грело, только мерцало синеватым отливом.

Пахло сразу всем: жареным мясом, кунжутом, кофе, сладким кальянным дымом и ещё чем-то неуловимым — то ли благовониями, то ли магией, которая здесь витала в воздухе так же плотно, как запах специй.

Столы были тяжёлые, деревянные, грубо сколоченные, но с инкрустацией перламутром. На каждом — медный поднос с лепёшками и пиалками с оливковым маслом и какой-то тёмной пастой.

В углах стояли резные ширмы с иероглифами, за которыми угадывались отдельные кабинеты. Пол был выложен каменными плитами, местами стёртыми до блеска тысячами ног.

Вдоль стен тянулись ниши с артефактами — не на продажу, а для антуража. Древние амфоры, обломки статуй, светящиеся жезлы в подставках. Один из таких жезлов мигал красным, и никто не обращал на это внимания.

Народу было немного. В углу сидели трое египтян в европейских костюмах, пили вино и тихо переговаривались. У стойки двое туристов-европейцев пытались объясниться с барменом на пальцах. Бармен — здоровенный нубиец с татуировками на лице — слушал их с каменным лицом, периодически кивая.

Музыка играла тихая, непонятная — то ли местная, то ли просто восточный фон. Сквозь неё пробивался звон посуды, приглушённые голоса и шипение чего-то жарящегося где-то на кухне.

Мы ввалились туда всем гуртом и сразу же привлекли внимание. Ага, типа было до нас прилично и тихо, а тут мы, такие громкие и неудержимые.

— Сюда! — Септ махнул рукой в сторону свободного стола в углу, у самой ширмы. — Здесь лучший кебаб во всём Каире. И вино своё, из винограда с Нила. Магическое, между прочим.

— Какое ещё магическое? — спросила Изабелла, плюхаясь на лавку.

— Обычное, — усмехнулся Септ. — Просто лоза растёт на месте древнего храма Исиды. Говорят, если выпить лишнего, начинаешь понимать язык птиц.

— А если я и так понимаю? — хохотнул я, усаживаясь. — Вот, помню, недавно меня один воробей так обматерил, что аж обидно стало.

— Тогда будешь еще и разговаривать с ними, — заржал Септ и щёлкнул пальцами, подзывая официанта.

Тот появился бесшумно — молодой парень в длинной галабее, с подносом в руках. Принял заказ, кивнул и исчез так же быстро, как появился.

Я откинулся на спинку и огляделся. Странное место. Вроде ресторан как ресторан, но каждый камень здесь, каждая безделушка на стене дышали древностью. И одновременно — современностью. Потому что в углу, прямо над стойкой висел плоский экран, по которому шёл футбол. И никто не