Стеллар - Роман Прокофьев

старательно обходила стороной. Считалось, что Инкарнаторы все еще есть в Городе, где они образуют правящую верхушку, обеспечивая функционирование Тимуса, Легиона и других военных и административных структур Города. Поговаривали, что некоторые примкнули к Бродягам или Святошам, или до сих пор скитаются в диких землях, скрывая свою личность. Ходили слухи, что какая — то часть до сих пор удерживает древние цитадели времен Осады на Черной Луне, сражаясь с тварями из ее глубин.

Люди вне Городов разделились на несколько видов. Мир стал недружелюбным местом, и человек больше не занимал в нем верх пищевой цепочки. Многие обитали в укрепленных независимых поселениях вроде форта Энджело, сеть которых была заложена еще во времена активной деятельности Инкарнаторов. Другие одичали и изменились под воздействием азур — энергии, став шивами, новой расой, с которой людей объединяло только общее происхождение. Пустоши бороздили Конвои Бродяг, напоминающие орды кочевников.

Их огромные караваны, похожие на бродячие таборы из тысяч единиц древней техники, передвигались по заброшенному миру, питаясь останками прежней цивилизации, и часто нападали на поселения выживших. Тара также упомянула Святош, странные общины азур — сектантов, живущих в А-зонах и, судя по всему, поклоняющихся азурическим созданиям Грани. Наверняка существовало и немало иных больших и малых фракций, населяющих этот странный новый мир под Черной Луной.

Оставалось только найти в нем свое место.

Глава 23

На следующее утро Тара завела такой разговор:

— Слушай, Грэй. Сидеть на попе ровно нельзя! Я тут типа подумала, есть два выхода. Первый: я пока оставлю тебя здесь, отлежаться, а сама сгоняю в Энджело за помощью. Два дня пути туда, день там, два обратно, в общем, заберем тебя примерно через пять дней. Как тебе?

Я слегка улыбнулся. Естественно, девушка сама не рада, что повесила на себя балласт в виде раненого, которого нужно долго выхаживать, и ищет способы решить проблему. Она помогла, истратила на меня кучу ценных медикаментов, которые наверняка тут недешевы, но теперь пытается немного упростить себе жизнь. Ситуация двоякая, поэтому я спросил про второй вариант.

— Нуу… ты, конечно, можешь поехать со мной. Это вообще крайний случай, швы могут разойтись. Ховер как бы не приспособлен для перевозки раненых, сам понимаешь. Трясет и все такое, да и езжу я… не очень аккуратно.

— А почему ты вообще спешишь? — спросил я.

— Наших надо предупредить насчет крысаков. Да и Конвой близко… Эх, сглупила я, — Тара смущенно опустила глаза. — Была ведь отличная возможность грохнуть вождя раттов, там, на позиции… Один выстрел — и все!

Мико: Она ошибается. Одержимых «Дивом» или «Ахриманом» можно уничтожить только азур — поражающим фактором.

— Хотя, болтают, таких тварей просто так не прибьешь, — продолжила девушка. — Или увернутся, или пулю остановят, или оживут. Нужно что — нибудь покрепче, это только Инкарнаторы в старые времена щелкали их как семечки. Ладно, пускай наши думают, у них голова большая. Ну, что ты решил, Грэй? Остаешься?

— Еду с тобой, — твердо сказал я, пытаясь осторожно встать. Тара была права, в обычных случаях заживление таких ран даже под чудодейственным регенератором занимает минимум неделю, и пациенту нужен полный покой. Но тело Грэя было изменено, организм имел улучшенный гормональный баланс и более эффективно расходовал запас энергии. Для восстановления мне уже требовалось гораздо меньше времени, чем обычному человеку. Я был практически уверен, что смогу продержаться, даже учитывая тряску ховербайка, и выдержу неизбежную боль.

Сборы были недолгими, и вскоре вокруг снова замелькали зеленые сопки, коричневые сосны и серые развалины. Щадя меня, Тара не гнала как сумасшедшая и выбирала участки, где не нужно было резко «перепрыгивать» через препятствия, поднимая ховербайк в воздух. Но все равно приятного в этой поездке оказалось мало, несмотря на дежурную дозу анестетика и тугие повязки, максимально ограничившие мою подвижность. Стиснув зубы, я старался отвлечься, сосредоточиться на разглядывании окрестностей, мелькающих вокруг, неба, облаков, движении птичьих стай. Именно это и помогло мне заметить необычную черную точку, никак не исчезавшую с горизонта. Сначала я принял ее за птицу, летевшую параллельным курсом, обычный человек вряд ли вообще разглядел бы ее, но «Бинокулярное Зрение» давало свои преимущества. Я пригляделся, и…

Это была не птица.

Искусственное механическое устройство, похожее на небольшой круглый диск, снабженный сверху двумя сверкающими дисками винтов и гроздью аппаратуры на брюхе. Черные трубки, раструбы окуляров и что — то, напоминающее оружие и прицельные механизмы.

Мико: Тип летательного аппарата отсутствует в реестре техники Утопии. Предположительно: самостоятельно сконструированный аэробот — разведчик. Опознавательных знаков нет, принадлежность неизвестна. Учитывая обстановку, рекомендую немедленно уничтожить!

Тара, услышав мое предупреждение, тут же остановила ховер. Некоторое время она недоуменно смотрела в указанном направлении, но что — то разглядеть девушке удалось только через оптический усилитель прицела. Тара чертыхнулась своим фирменным «ти!» на выдохе и принялась устанавливать винтовку на сошки, уперев в корпус воздушного байка. Дистанция, на мой взгляд, была предельной. Или нет?

Полностью вытертый скелетный приклад удобно прильнул к плечу. Лицо девушки стало сосредоточенным, дыхание ровным, палец замер на спусковом крючке. Она словно становилась одним целым со своей черной, местами исцарапанной гаусс — винтовкой, которую мой интерфейс опознал как реплику бета — снаряжения модели «Черная Вдова». Оружие и девушка слитно, ощутимо дрогнули. Раз, другой, третий.

Первый раз Тара промазала, но затем я увидел сноп искр, высеченный попаданием из брюха аэродрона. Летающий бот шарахнулся в сторону, будто испуганный, и начал резко снижаться, но поздно, ствол «Черной Вдовы» уверенно скользил за ним.

Мико: Судя по маневрам, управляется дистанционно или снабжен псевдоинтеллектом.

Третье попадание вывело из строя винт, а четвертое и пятое доконали летающего шпиона. Дрон рухнул вниз как подбитая птица и исчез в зеленом лесном пологе.

— Грэй, как ты вообще его разглядел?! — спросила девушка, быстро складывая оружие и убирая винтовку обратно в криптор. Вчера она обмолвилась, что «Черная Вдова» досталась ей от отца, а тому от деда, который взял ее трофеем в какой — то стычке.

— У меня очень острое зрение, — ответил я, не обращая внимания на недоверчивый взгляд девушки. — А что это такое?

— Глаз Бродяг! — сказала она уверенно. — Их механики мастера таких штуковин. Видно, Конвой близко. Хреново, нас засекли, теперь пойдут по следу!

Бродяги, о которых Тара говорила со страхом и ненавистью, для жителей стационарных поселений были настоящим стихийным бедствием, саранчой, разоряющей все по пути следования своих Конвоев. Понятия нравственности или жалости были для них пустым звуком, кибер — кочевники уважали только силу.