Нулевой архетип - Ольга Куран

– Заходи, – окликнул ее схематик. – Скоро начнется.

Кейн все-таки замешкалась, решая, как быть, и внутрь ее втянуло нитями. Едва она подумала, что стоило разрезать их сразу, как рядом с тем местом, где она застыла, врезался осколок схемы. Во все стороны брызнули осколки камня, и Кейн непроизвольно отшатнулась.

– А говорили, что у тебя есть мозги, – не оборачиваясь, бросил схематик и направился к дальнему проему в стене.

– Думаете, соврали? – нейтрально поинтересовалась Кейн, осматриваясь.

Помещение было темным, почти полностью заваленным обвалившимися плитами верхних этажей и очень пыльным; в центре своеобразным штопором застыл остов полуразвалившейся лестницы. В воздухе далеко вверху плавали несколько истончившихся почти до полной прозрачности схем – безобидных и настолько старых, что невозможно было различить их архетипы.

– Ты только что чуть не стала пятном на земле. Тупее тебя только твоя подружка, раз устроила это спирит-представление. – Схематик равнодушно кивнул в сторону выброса. – Надеюсь, ей поджарит зад и она больше не сможет играться с архетипами.

– Можете не надеяться, я вас разочарую – Эрика выживет, даже если сгорим мы все.

Теперь, увидев, какими объемами спирита та могла управлять, Кейн в это верила.

– Без меня, – фыркнул схематик. – Жарьтесь в одиночестве.

Он не стал уходить далеко вглубь здания и остановился у почти вертикально торчащей плиты в центре, прислонившись к ней спиной.

Кейн подошла ближе. Она ничего не знала о зданиях Древних Городов – ни о том, насколько те надежны, ни о том, могли ли они блокировать спирит. Оставалось только надеяться, что да.

– Ненавижу мастресс, – сказал схематик словно самому себе и усмехнулся. – Каждая первая – тупая сука, и у всех гонору как у королев.

– И каждой первой нет дела до вашего мнения, – спокойно отозвалась Кейн, хотя его фамильярность и глупые попытки задеть раздражали.

– Будешь много умничать, замуж не выйдешь.

– Ужасная перспектива.

Учитывая, что Кейн пряталась от выброса в Древнем Городе и человек, который хотел сделать из нее точку расщепления, вполне мог пережить выброс вместе с Эрикой, угроза остаться старой девой не казалась такой уж плохой.

Снаружи громыхнуло, сверху посыпалась пыль, и Кейн непроизвольно шарахнулась в сторону схематика.

– Страшно? – фыркнул он. – Это правильно. Выброс твоей подружки как раз докатился до выброса, сквозь который мы погружались, и случился новый бум. Давно такого не видел.

– Вы много раз бывали в Городах? – спросила Кейн, понимая, что он может не ответить.

– А много – это сколько?

– Больше двух.

Схематик хмыкнул, с любопытством разглядывая ее, словно какое-то редкое насекомое.

– Офигенное «много». Да, бывал. Я неплохо ориентируюсь на Земле.

– Значит, вы что-то вроде проводника под Грандвейв? Сомнительно, что Реннар отпустил меня без присмотра. Он отправил бы вас вместе со мной.

– Да ты бы и не выжила без присмотра. Стала бы пятном на асфальте. Кстати, можешь сказать спасибо.

– Спасибо, – не испытывая особой благодарности, ответила Кейн и демонстративно потянулась Миражом к нитям у себя на талии.

Расщепить их оказалось несложно. Судя по тому, как легко управлял ими схематик, у него было много опыта, но черпать спирит он мог только из медиатора, с которым срастался. Кейн использовала архетип напрямую. Если в ее распоряжении был океан, схематику достался городской фонтан.

– Молодец, – издевательски похвалил он, – отличный ход. Ты теперь полностью свободна и можешь идти куда захочешь.

Он не попытался привязать ее к себе снова, потому что смысла в этом не было. Учитывая, что творилось снаружи, выходить из здания было бы глупостью. Спирит кипел, в нем уже невозможно было различить отдельные архетипы и схемы, песнь давно превратилась в сплошную какофонию, которая гремела где-то наверху. Чем-то это напоминало грозу. Кейн попыталась прикинуть, сколько могла бушевать аномалия подобного масштаба. В худшем случае речь шла о днях.

К тому же здание – скорее, его остов, потому что большая часть верхних этажей обвалилась, – не защищало от последствий выброса полностью. Несколько спирит-осколков все-таки срикошетили от земли и, залетев внутрь, повисли в центре помещения.

Кейн зачерпнула Нулевого архетипа и рассеяла их. Сами по себе спирит-фрагменты были безвредны, но они могли реагировать на те, что залетели бы следом.

– Умная маленькая мастресса, – издевательски похвалил схематик.

– Вы ненавидите меня, потому что я во всем лучше? – поинтересовалась Кейн. – Или это способ привлечь мое внимание?

– Может, я просто баб недолюбливаю.

– Тогда вам стоит переключиться на мужчин.

– Полегче, птичка, – угрюмо осадил он. – Мы здесь одни. Я могу разукрасить тебе лицо и сказать, что так и было.

Кейн перестала улыбаться и развернула еще одну схему рядом с собой, на сей раз не защитную.

– Вы не захотите устроить «спирит-представление» еще и здесь. Поверьте, оно вам не понравится.

Схематика это не впечатлило.

– А я все ждал, когда же ты докатишься до угроз.

– Ожидание вознаграждается, – без улыбки сказала Кейн.

– Как я и говорил, ты очень тупая сука. Думаешь, сможешь без меня выжить в Городе?

– Думаю, я попробую, если потребуется.

– Сдохнешь за первым же поворотом.

– Для вас это будет большая потеря, чем для меня. Я всего лишь умру, но вы продолжите жить. – Возможно, в другой ситуации Кейн не стала бы так говорить. Скорее всего, ей было бы жаль схематика, от которого по большому счету ничего не зависело. Но конкретно этот – проводник, вероятно приведший в схему Реннара не одну мастрессу, – не вызывал у нее никакой жалости. – Да, вы продолжите жить. Без надежды найти мастрессу вовремя и спастись в точке расщепления. Будете чувствовать, как все глубже прорастает схема. Будете терять себя, кусок за куском. Это не больно, я знаю, словно ампутируют части под наркозом.

Он схватил ее за горло быстрее, чем Кейн успела среагировать, быстрее, чем ей казалось возможным, и она едва удержалась, чтобы не проткнуть его шипами атакующей схемы. Он был совсем близко, и светлые серые глаза смотрели с неприкрытой злостью.

– Ты не знаешь ни черта, – жестко и тихо сказал он, предупреждающе сжимая пальцы на горле. – И плевал я и на спасение, и на всех вас, мастресс, разом. Я лучше сдохну, чем буду от тебя зависеть. Поэтому придержи язык, птичка.

Он разжал руки и отпихнул Кейн от