Договор с мерзавцем - Елена Горская

— выкрикнула я. — Это моя жизнь! И я сама решу, с кем мне встречаться. Ортен — замечательный мужчина. Он подходит мне. Он — нормальный! Я должна думать о своём будущем.

Даррен оказался рядом со мной за две секунды. Во взгляде сквозила неприкрытая ярость.

— Ты встречаешься со мной, Шарлин. Фиктивно. Инстинктивно. Любвеобильно. Другого я не приемлю. Ещё раз увижу твоего слюнтяя на моём пороге — занесёшь эти цветы на его могилу.

— Что?! — я не верила своим ушам.

То есть, пока он шастает по своим любовницам, я должна сидеть "в клетке" и развлекать его? Кем он, чёрт возьми, себя возомнил?

Даррен стянул с себя пиджак и швырнул его в сторону вешалки.

— Вы будете ужинать, мистер Ройс? — словно тень, с лестницы спустилась бледная Инесс.

— Нет! — рявкнул раздражённо Даррен. — Благодарю, Инесс, — добавил он чуть спокойнее, но было поздно.

Перепуганная служанка уже поспешила прочь.

— Конечно, нет! — не удержалась я. — Его уже Мирай и покормила, и помыла, и приласкала!

Даррен устремил на меня свой тяжёлый взгляд.

— Не твое дело.

— Ах, ты, мерзавец! — я взорвалась.

Все эмоции, которые я копила, выплеснулись наружу.

Моим единственным оружием против Даррена стал букет.

Я отчаянно хлестала им по его плечам, по спине, по лицу, выплескивая все отчаяние, злость и обиду. Он стоял, как скала. Как будто не чувствовал моих ударов или принимал их, как наказание.

— Я тебе не игрушка! Я не она! — мой голос сорвался, и я заплакала. От бессилия. От осознания того, что всё рушится, а я ничего не могу изменить.

Внезапно Даррен вырвал из моих рук оголтелый букет, сгреб меня в охапку и… впился поцелуем в мои губы.

В этот момент я возненавидела его ещё больше... Я чувствовала в этом поцелуе злость. Он не целовал. Он меня наказывал.

И я должна была оттолкнуть его. Закричать. Снова обозвать. Снова ударить.

Но не смогла.

У меня больше не было сил с ним сражаться. Голова кружилась, а ноги предательски подкашивались.

— Не ревнуй, — вдруг выдохнул Даррен мне в губы. — Просто верь мне.

Он снова накрыл мои губы поцелуем, и... я поверила.

Недавний поцелуй с Ортеном Беллом стёрся из памяти — как пресный, сухой, ненастоящий. И я злилась на Даррена за это.

Ведь, сам того не зная, он разбил все мои планы и иллюзии о будущем. Уничтожил мою картонную мечту.

Даррен с легкостью подхватил меня на руки, словно я ничего не весила, и я по инерции обхватила ногами его торс.

Он тихо зарычал. Сдержанно, но с такой первобытной ноткой, что меня прошибла дрожь. Я едва не тронулась мозгами, понимая, насколько сильно он меня желает…

Я не помню, как мы оказались в спальне Даррена.

Всё, что врезалось в память — треск одежды, звук падающих на пол оторванных пуговиц, его горячие поцелуи, жар дыхания на моей коже и наши стоны…

Я даже не заметила в какой момент исчезла его ярость. Исчезло желание наказать. А вместо этого появился голод. Сильный. Почти неконтролируемый. Как будто он не мог мною насытиться.

Это было какое-то безумное наваждение…

Иначе я просто не могу это назвать. .

Прохладный шелк темных простыней не смог остудить жар наших тел.

Я касалась руками его обнаженного сильного тела, как в бреду. Скользила пальцами по широкой спине, груди, обрисовывая узоры татуировок.

Он не был нежен.

Он был честен и горяч.

Дикий. Голодный. Настоящий…

Одно движение мужских бедер — резкое, желанное — и мое тело выгнулось дугой, словно само стремилось к нему.

Он дал мне всего несколько мгновений, чтобы привыкнуть к себе… А затем ритм стал быстрее. Жёстче. Мы совсем потеряли контроль, и именно в этом было удовольствие.

Я тонула… Захлёбывалась в ощущениях, которых было слишком много.

Чересчур много...

Даррен был везде. Прижимал. Целовал. Скользил пальцами по груди, по талии, по животу…

— Скажи, что я не имею права, — прошептал он. — Скажи…

И я отвечала… Но не словами, а телом и губами…

Кульминация накрыла нас одновременно. Сила этой волны прошлась по позвоночнику, вырвав из меня оглушающий вскрик, безумную дрожь и слёзы.

Мне показалось, что мое сердце в этот момент на миг остановилось. А затем начало стучать в усиленном ритме.

Даррен тяжело дышал, уткнувшись носом в мою шею. Не отпуская. Не покидая. Крепче прижимая меня к себе.

— Не играй со мной, Шарлин, — простонал он хрипло.

Задавать вопросы не было сил. Выяснять отношения — тоже.

Даррен Ройс…

Чертов колдун.

Глава 33.

Глава 33.

Меня разбудил негромкий стук в дверь.

Я лениво провела ладонью по постели рядом с собой и резко открыла глаза, ощутив под пальцами холодную простынь. Даррена рядом не было.

На миг я растерялась, решив, что прошедшая ночь — лишь сон и плод моих фантазий. Но… нет. Я действительно провела ночь в спальне Даррена.

Мой взгляд задержался на тёмно-бордовом ковре, где до сих пор валялась наша разорванная одежда.

— М-м-м… — простонала я тихо и уткнулась лицом в подушку.

Думать о правильности своих поступков мне сейчас не хотелось. Тем более поздно сожалеть о том, что уже случилось.

В дверь снова постучали. Натянув одеяло повыше, я уверенно протянула:

— Войдите.

Дверная ручка затряслась, дёрнулась несколько раз, и дверь с тихим скрипом всё же приоткрылась.

В комнату вбежал Флинн.

Выглядел он, мягко говоря, недовольным.

— Выспалась? — осуждающе поинтересовался он, разглядывая тёмную мужскую обитель.

— Можно и так сказать.

— Тогда вставай и скажи этим извергам, чтобы открыли кладовку!

Мой сонный мозг отказывался соображать.

— Какую кладовку?

И тут началась истерика.

Флинн эмоционально заголосил о том, что Инесс спрятала от него все запасы моркови и прочей вкусной еды, заперла кладовку на ключ, а ему, бедному пушистому воителю, подсунула какой-то безвкусный салат на завтрак.

— Флинн, не кричи, — я поморщилась.

— Она морит меня голодом! Хочет, чтобы я умер! — возмутился кролик и топнул лапкой. — Сделай что-нибудь! Я ведь твой фамильяр!

Я усмехнулась. Да уж… Голод творит чудеса. А ведь ещё недавно кое-кто готов был умереть, лишь бы не быть моим фамильяром.

— А где Даррен?

— Ему нет никакого дела, что надо мной издевается его служанка, — возмутился Флинн. — Я пытался пожаловаться, но он вышвырнул меня из