Тренер Гильдии Фамильяров 4 - Сергей Харченко

Корсакова между тем побледнела, переглянулась с замершими рядом мужчинами. Те едва заметно покачали головами.

— Регламент утверждён, — процедила она в микрофон, хотя её голос уже не звучал так уверенно, как прежде. — Старт через пять минут. Любая команда, не вышедшая на позицию, будет дисквалифицирована. Без права подачи апелляции.

Она хотела уже отправиться в ложу. Но…

Её слова лишь подлили масла в огонь.

— А что насчёт разрядов на «Столбах»⁈ — заорал капитан гильдии «Пробивные», проталкиваясь сквозь ряды возмущённых гладиаторов поближе к площадке. — Где ответ на нашу жалобу⁈

— И слепящие дроны! Это тоже, по-вашему, «косметическое изменение»? — подхватил кто-то из толпы.

— Тогда к чёрту такие испытания! Он же издеваются над нами! — зарычал лидер гильдии «Топоры», здоровяк, поблёскивающий лысиной.

Свита Корсаковой остановилась на полпути. Ситуация стремительно выходила из-под контроля.

Одно дело — недовольство пары аутсайдеров, и совсем другое — массовый бойкот, грозящий срывом этапа.

Я прекрасно понимал, что будет дальше. Срыв трансляции на всю страну означал колоссальные убытки рекламодателей и гнев руководства небольших корпораций, которые вкладываются в команды. Объединившись, как сейчас это сделали команды, они закопают всех, кто организовывал Бетонку или имел к ней хоть малейшее отношение.

Госпожа Корсакова, побледневшая ещё сильнее, нервно переговорила с мужчинами в костюмах. Они отошли и минут пять общались. Затем владелица Бетонки вновь вышла на площадку и, стараясь сохранить остатки достоинства, снова поднесла микрофон к губам.

— Внимание! — её голос заметно дрожал, утратив первоначальную ледяную уверенность. — Оргкомитет напоминает, что это квалификационный этап, и нашей главной целью является уравнять шансы всех тандемов. Проверить вашу адаптивность. Это было основным девизом обновлённого турнира. Однако…

Она сделала паузу, шумно сглотнув.

— Учитывая массовое недовольство, комиссия готова пойти на беспрецедентный компромисс. Каждой команде, которая пострадала от нововведений, будет выплачена денежная компенсация. Исходя из нанесённого ущерба. Разумеется, надо будет привести доказательства того, что вы пострадали…от этих трещин…

Корсакова сделала паузу. Затем продолжила. Так же напряжённо, стараясь сохранять ровный голос.

— Трещины в скале, как основная механика испытания, остаются. Выступы невозможны из-за технических сложностей…

— Надо было сразу это сказать! — выкрикнул ещё кто-то из собравшейся у старта толпы участников.

Корсакова злобно посмотрела в ту сторону, затем кашлянула, и передала микрофон мужчине рядом, одному из главных организаторов Бетонки.

— Проводились тесты. И результаты мы узнали недавно. Отказались от них, чтобы обезопасить маршруты, — отмазался он. — Но это ещё не всё. Чтобы облегчить прохождение, прямо сейчас наши техники добавят на стену динамические углубления. Так называемые карманы.

Толпа гладиаторов недоверчиво загудела. А главный организатор продолжал.

— Но учтите! — поспешно добавил он, повышая голос. — Не все карманы будут безопасными! Это всё-таки испытание, а не увеселительная прогулка! У вас есть полчаса до старта. За это время подготовят скалу. Вы услышите предупредительный сигнал.

В этот момент над стадионом взвыла техническая сирена. Несколько протяжных гудков. И понеслось.

На стену, словно муравьи из растревоженного муравейника, высыпали десятки техников в страховочных обвязках. Загудели лебёдки подъёмников, транспортируя дробящие агрегаты и некие коробы.

Даже в бинокль было не разобрать, что они делают, так как каждый технарь раскинул вокруг себя большие тенты. Они закрывали обзор особо любопытным.

Толпа гильдейцев успокоилась. На лицах многих появилось облегчение. Кто-то даже радостно высказывался, искренне считая, что мы продавили организаторов и добились справедливости.

Но я иллюзий не питал. Слишком быстро Корсакова согласилась на уступки, и слишком подозрительно выглядели эти новые, наскоро сделанные карманы.

Какая-то часть меня, тот самый тактик с сорокалетним опытом, понимала одну простую вещь. Эта уступка лишь ещё более изощрённая ловушка.

Пока техники колдовали, меняя рельеф стены, шум стадиона понемногу сошёл на нет, сменившись напряжённым гулом ожидания эстафеты. Большинство гильдий, поверив в иллюзию лёгкой победы, с облегчением наблюдали за появлением спасительных ниш в скале.

Искорка наблюдала умным взглядом за меняющейся «Вершиной» и лишь возмущённо пофыркивала. Живчику было не до этого. Он нашёл в траве букашку и гонял её по кругу, пока позволял поводок.

— Сущий балаган, — брезгливо скрипнул надкрыльями барон из моего кармана, глядя на скалу. — Никакого почтения к благородным офицерам. Это ж где видано, чтобы гоняли гусар по такому ландшафту, как тлю по ветке⁈

— Ты слишком категоричен, мой усатый друг, — произнёс я. — И потише болтай, нас могут услышать. Помнишь про лаборатории?

— А то не помнить. Я ж тихонько, командир, — протянул барон. — Возмущению просто нет предела. Попадись мне архитектор этого убожества, я б ему живо саблей геометрию поправил!

Я лишь хмыкнул в ответ. Бравада насекомого была вполне обоснована. Он тем самым показывал, что разделяет моё отношение к этому балагану.

Ещё оставалось немного времени, примерно минут пять. Их я использую с пользой. Главное, донести до команды главное, чтобы не расслаблялись.

— Львы, в круг! — скомандовал я, собирая бойцов так плотно, чтобы нас не могли подслушать.

Когда головы Дэнни, Кости, Леры и Анны оказались рядом, я обвёл каждого гладиатора напряжённым взглядом.

— Слушайте меня, очень внимательно, — произнёс я. — Забудьте про новые углубления. Вообще не смотрите на них. Мы лезем только по трещинам, как я и сказал с самого начала. Ищем рваный край, работаем аккуратно. Не торопимся, но и не тормозим. И не забудьте про мусор сверху. Щиты у вас, так что будьте начеку.

Лера, до этого с надеждой разглядывавшая свежие карманы на маршруте, возмущённо вскинулась.

— Да бред это всё, тренер! Мы окажемся медленней всех! — воскликнула Соколова. — Зачем цепляться за микроскопические щели, если есть дырки в стене? Это же подарок судьбы! Бублик в эти трещины даже кончик когтя не просунет нормально!

— Подарок судьбы от создателей Бетонки, — я усмехнулся. — Соколова, ты взрослая девушка. Хватит верить в сказки. Вспомни, что было сказано.

Дэнни нахмурился, переводя взгляд со стены на меня.

— Сказали, что не все ниши безопасны, — напомнил он.

— Вот, Ветров запомнил, — указал я на Дэнни, который довольно улыбнулся. — В этих карманах ловушки, электроды или зажимы. Вы сможете понять пусто ли так, только когда сунете руку в дыру. И вот внимание, вопрос. Неужели вы готовы рискнуть выходом в финал из-за этих сомнительных подачек от организаторов? Вы либо замедлитесь, присматриваясь к нишам, либо покалечите себя, а может и своего питомца.

Костя судорожно сглотнул, прижимая Желешку к груди.