Фантастика 2026-54 - Рейн Карвик

- Подруженька, скажи, а мы можем обессилить это их «понятное дело»? чтобы неповадно было? - Тем же голоском прочирикала я, безмятежно улыбаясь.

Данилыч странно посмотрел на меня и разжал руки, выпуская из легких воздух.

- Еще как можем! - Радостно подхватила Юна.

Мужики с ужасом таращили глаза. Даже тот, что мог говорить, забыл об этом и также молча смотрел на нас полным обреченности взглядом.

Мы встали, собираясь уходить. Мимоходом Юна бросила мужикам.

- Можете говорить, негромко. Иначе голос опять пропадет.

- Да что ты... - попытался прорычать верзила, но горло его снова перехватило, и он замолк.

- Я предупреждала - развела руками девушка. - Будьте умницами. - Обняла Данилыча в тесном танце и пропала. Я поспешила следом.

Вскоре мы стояли возле кровати Данилыча, разглядывая прикрытую покрывалом девушку. Донельзя изможденное лицо с правильными чертами, слегка запавшие закрытые глаза с длинными черными ресницами, острые выступающие скулы на исхудавшем лице с истончившейся бледной кожей, красиво очерченные бледные губы, обветренные и местами припухшие от укусов, всклоченные светлые волосы неопределенного цвета. Очень красивая. Пожалуй, постарше, чем показалось вначале. Но очнется, разберемся.

- Надо будить. - Почему-то срывающимся голосом прохрипел Данилыч. Вот это его приложило! Мы ведь не знаем, как на него переход действует. Юна многозначительно улыбнулась, но промолчала.

- А может я бульончика принесу? И попить чего-нибудь? Кто знает, когда она ела в последний раз. - Не дожидаясь ответа, я развернулась и побежала на кухню, скидывая по пути пуховичок, шапку, шарф. Минут через десять поднос с дымящейся чашкой бульона и небольшим чайником с травяным чаем занял место на столе. Юна села на краю кровати и взяла девушку за руку. Данилыч присел на край стула и наклонился к постели, не сводя глаз с лица девушки.

Я вопросительно дернула головой, глядя на подругу, и получила в ответ неопределенное пожатие плеч. Ну и ладно, потом разберемся.

- Буди, что ли.

* * *

Глава 26. ч.4

- Буди, что ли.

Ресницы девушки дрогнули и медленно поползли вверх, слегка приоткрываясь и снова опускаясь, пока, наконец, не открыли нам удивительные фиолетовые глаза, безразлично уставившиеся в потолок. Мы с Данилычем дружно выдохнули. Первый раз в жизни я увидела такие глаза. Просто фейские. Иначе не скажешь. Взгляд девушки поплыл в нашу сторону, резко остановился, переметнулся с лица на лицо. Темные брови нахмурились, губы сжались, выпустив из трещинки капельку крови. Данилыч дернулся было стереть ее, но девушка резко отшатнулась, глядя на него беспомощно и жестко одновременно. Рука наставника медленно опустилась. Он с сожалением подумал, что испугал девочку, но уже не исправить.

- Тебя ведь Олесей зовут? - Негромко спросила я, отвлекая ее от Данилыча. - Не бойся, мы тебя не обидим. Смотри, я тебе бульон и чай принесла. Иван Данилович, простите, что заняли вашу комнату - демонстративно уважительно обратилась я - но не могли бы вы оставить нас ненадолго с Олесей?

- Да-да, конечно - вставая ответил он и вышел из комнаты. Я только сейчас обратила внимание, что он так и не разделся, сидя в теплой зимней одежде.

- Ну, Олеся, давай знакомиться. Я - Маша. А это - я обернулась в сторону Юны и застыла на полуслове. Ее не было. Ну правильно, это я туплю. Не хватало еще, чтобы Олеся всем рассказала про мою подружку. Я вновь обернулась к девушке - А это наш наставник, Иван Данилович. Мы здесь группой на практике. С учителями.

Из глаз Олеси покатились слезы. Она судорожно вздохнула и смахнула их со щек. Облегченно выдохнула, улыбнулась. Я подала ей салфетку, показывая на губы. Она промокнула очередную каплю и засмеялась.

- Пожалуй, лучше не смеяться, но не получается.

И голос тоже фейский! Почти как у Юны, нежный, завораживающий. Так не бывает, чтобы все, и одному человеку! Я метнулась к столу, скрывая свое замешательство. Или зависть? Вот еще, ревности и зависти мне только не хватало на старости лет! Схватила чашку с бульоном и подала Олесе. Она с благодарностью во взгляде приняла ее и начала медленно пить. Наслаждаясь и блаженно прокатывая драгоценную жидкость по языку. Глядя на нее, я просто физически чувствовала каждую каплю, ее вкус и то, как глоток бульона прокатывается по пищеводу и падает в желудок.

Что за напасть! Я потрясла головой, скидывая наваждение. Оголодала так, что ли? Олеся выпила все до последней капли и с благодарностью посмотрела на меня. Я поставила чашку на стол. Мы помолчали, разговор не клеился.

- Расскажешь о себе? - Не дождавшись от девушки пояснений, спросила я, наблюдая за ней. Удивительно, как это хрупкое создание еще живо. Судя по рассказу любителей развлечений, нашли ее без сознания, практически замерзшую. И без всяческой помощи она пришла в себя. Не видно ни обморожений, ни простуды. Она согласно кивнула.

- Расскажу. Учителю вашему, наверное? Только можно сначала вымоюсь? И... - она беспомощно посмотрела на свое одеяние и замолчала.

Я отвела ее в душ, потрясла Тима на предмет одежды и отправилась на кухню. В доме было тихо, все, кроме Тимура и наставников уже поужинали и улеглись спать. Девушка помылась быстро, мы еще только собрались в гостиной. Она застыла на верхних ступеньках лестницы, не решаясь пройти дальше. Не ожидала увидеть здесь такую компанию. Надо же, одежда высокого юноши была ей не слишком и велика. Подвернутые штанины и рукава и слегка спущенные плечи рубашки нисколько не портили наряд. Напротив, она выглядела в нем удивительно свободной и гибкой.

- Спускайся, мы тебя ждем. - Замахала я рукой. Олеся медленно спустилась, полыхнула своими нереальными глазищами и села к столу рядом со мной. Внимательно посмотрела на каждого представленного ей члена нашей группы и ограничилась лишь кивком, задержав взгляд на Владиславе. Он, в свою очередь, пристально смотрел на девушку, поджидая пока Олеся выпьет очередную чашку бульона с небольшим ломтиком хлеба. А затем предложил.

- Вы продолжайте ужинать, а мы с Олесей пойдем посекретничаем. Ты не против? - Он с улыбкой посмотрел девушке в глаза и, дождавшись утвердительного кивка, встал из-за стола и пошел наверх, уводя с собой нашу гостью.

Владислав Эдуардович вернулся лишь часа через два. Задумчивый и расстроенный. Он с сомнением посмотрел на меня, на Тимура, и даже на Темира Анваровича. И с извинениями сообщил, что девушка