Многоликий странник - Кирилл Шатилов

столующихся – чтобы они не оказывались спиной друг к другу и могли вести общую беседу. Так часто делали в тунах, однако Валбур не предполагал, что по соседству от замка кто-то еще помнит и чтит эту традицию.

Оказалось, что они не первые. Некоторые вояки, которых он видел перед умыванием, уже сидели на своих местах и тихо переговаривались. На столах стояли глубокие тарелки, пустые кружки, горячие горшки с чем-то приятно пахнущим, на блюдах лежали ржаные калачи, однако, к еде никто не притрагивался. Тоже хороший знак, подумал Валбур. Ждали остальных.

Они сели.

Из-за внутренней двери появилась Тиса и толстопузый паренек с вихрастым чубом. Пока он держал обеими руками тяжелый чан, Тиса черпаком разливала по кружкам какой-то кроваво-красный напиток, который на поверку оказался вкусным, а главное – холодным морсом из клюквы.

– С яблоками, – уточнила Тиса, кивая Валбуру как старому знакомому и услужливо подливая в быстро опустевшую кружку.

Горница быстро заполнялась подходившими с улицы мужчинами. Валбур с удовольствием отметил, что, в отличие от него самого, они обращают на Тису не больше внимания, чем на мальчика, явно довольного, что его ноша с каждым шагом легчает. Интересно, она всех их ту перемыла в бане, как его накануне?

Последним вошел угрюмый Рэй и сел на самый угол противоположного стола. Что-то спросил у Тисы. Что-то сказал мальчику и потрепал его за подбородок. Мальчик остался весьма доволен.

Есть хотелось, однако никто ни к чему по-прежнему не притрагивался.

– Кого теперь ждем? – тихо спросил Валбур.

– Уже никого, – ответил Гаррон и кивнул на появившегося из-за той же внутренней двери Ротрама.

Ротрам был в короткой малиновой рубахе, обшитой дорогой тесьмой, в широких штанах, выкрашенных в цвет травы, на ногах – кожаные сапоги с острыми носками, на голове – неуместная в доме круглая шапочка, какие обычно сверы поддевают под шлемы.

Его появление было встречено одобрительным гулом и постукиванием кружек.

– Надеюсь, вы уже хорошо размялись, – сказал Ротрам, выходя на середину комнаты между столами и осматриваясь. – И выспались, – добавил он, встретившись взглядом с улыбающимся Валбуром. – Прежде чем мы отдадим трапезой дань нашим героям, я бы хотел, если вы еще не знакомы, представить вам всем нашего нового собрата, которого я имел удовольствие заманить к нам вчера поздно ночью, причем прямиком из застенок одного очень неприятного дома, куда он умудрился попасть за то, что избил… скольких, Валбур, ты вчера помял фра’ниманов?

Ничего подобного Валбур не ожидал, замялся, неуклюже встал, снова сел, вытер рукавом рот и развел руками:

– Троих, кажись.

Ему вторил дружный смех присутствующих. Не насмешливый, но одобрительный.

– А незадолго перед этим я лицезрел, как наш новый собрат расправился еще с тремя серьезными громилами, решившими на глазах у честнòго народа обчистить целую таверну неподалеку от рыночной площади.

Валбур чувствовал, что краснеет, однако ему было приятно, что Тиса не ушла, а стоит поодаль с черпаком и слушает хозяина.

Ротрам указал на него. Валбур снова приподнялся и хотел было побыстрее сесть, однако Дэки ткнул его кулаком под зад, давая понять, что так просто ему теперь не отделаться.

– Благодарствую, вита Ротрам, – проговорил он первое, что пришло ему на ум. – Надеюсь, ваши слова достаточно всех тут напугали, чтобы мне в первый же день не наваляли с три короба.

Напряженные и не совсем приветливые лица присутствующих озарились самодовольными улыбками, а кто-то даже выкрикнул «молодца» и «добро пожаловать».

– Ну а теперь, – продолжал Ротрам уже будничным тоном, – хочу вам напомнить, что с сегодняшнего дня до следующей «крови героев» осталась ровно одна неделя. То есть, девять дней. Завтра, в крайнем случае, послезавтра я буду почти наверняка знать, кто заявится туда и будет нашим противником. Предполагается нашествие фолдитов.

Это его замечание было встречено неодобрительным гулом.

– Кстати, забыл упомянуть, – поднял руку Ротрам, – что наш друг Валбур, который, если уж быть до конца честным, долго отнекивался, отказываясь по одному ему известным причинам принять мое предложение, тоже из фолдитов. Так что теперь мы тут собрались со всех высей, а потому попрошу общего уважения и понимания.

Он обвел собравшихся внимательным взглядом не моргающих глаз. Все глубокомысленно промолчали.

– От нас я намереваюсь выставить четверых бойцов. Кто ими будет на сей раз, решать Рэю. Так что зависит всё от вас самих: крепите силу, упражняйтесь, честно состязайтесь друг с другом, и пусть удача улыбнется достойным.

– Ага, конечно, – прошептал Дэки. – Достойные – это не всегда честные и сильнейшие.

Гаррон цыкнул на него и потянулся к крышке ближайшего горшка, под которой оказались вареные овощи. Валбур увидел, что Ротрам занимает свое место во главе второго стола, рядом с Рэем. Все оживились, подхватили горшки и стали ими обмениваться, застучали вилки, с блюд почти сразу исчезли калачи, Тиса с мальчуганом снова двинулись по кругу, одним словом, завтрак начался.

Сообразив, что одними овощами сыт не будешь, Валбур заглянул в тарелку Дэки и обнаружил, что тот выгружает в нее содержимое такого же горшка, только в нем вместо овощей булькали в еще не остывшем соусе куски мяса. Гаррон Валбура опередил и завладел горшком следом за Дэки. В итоге новичку, как водится, достались остатки. Но и их хватило для того, чтобы задуматься: а как теперь упражняться на сытый желудок?

Дэки ответил на этот вопрос уклончиво:

– Увидишь.

Гаррон был с набитым ртом и просто промолчал.

Валбур стал с интересом прислушиваться и приглядываться к остальным участникам трапезы. Несколько раз он обменялся многозначительными взглядами с Ротрамом, который приветливо ему кивал, однако не сделал ни малейшей попытки привлечь к разговору. Зато сам то и дело заводил беседы с Рэем и сидевшими по соседству бойцами, один из которых отличался светлыми кудрявыми волосами и почти детским выражением лица, лишь едва заметно тронутого рыжеватой бородой. Второй, напротив, имел бороду широкую, как лопата, отчего был вынужден постоянно стряхивать с нее крошки, причем делал это машинально, даже если ничего на нее не ронял и не проливал. На вид он был ровесником Валбура и даже казался ему откуда-то знакомым. Рядом с ним, еще дальше от Ротрама, сидел задумчивый и неспешно отправляющий в рот содержимое тарелки юноша с приятным лицом, почти изящный, если бы не большущие руки и похожие на бутыли могучие предплечья, говорившие о недюжинной силе. Он иногда поднимал спокойный взгляд и смотрел на сидевших за противоположным столом, словно пересчитывал их. Потом снова вспоминал про еду, кивал, если к нему обращался бородатый, и принимался с серьезным видом пережевывать очередной кусок мяса. Когда Тиса предложила ему