Дивергенция - Сергей Сергеевич Казанцев

ожила. Она невнятно бормотала песенки, стала активной, игривой. Родители не могли понять, откуда столь кардинальное изменение, ведь больной ребёнок по-прежнему не прикасалась к еде, что заботливые родители оставляли в подвале. Но, как и все любящие родители радовались, что их дочери становится лучше, отбрасывая в сторону нелогичность происходящего.

В селе поползли слухи, что дети, а именно младенцы стали болеть, чахнуть на глазах у родителей. Никто не мог понять, что происходит, поэтому жители села, скинувшись деньгами, пригласили врача из города. Врач, осмотрев младенцев, сделал заключение, что все осмотренные им младенцы страдали анемией, гематологическим синдромом, который сопровождается уменьшением содержания гемоглобина и эритроцитов в крови. Такое возможно либо от недоедания, либо от заболевания. Но так как дети питаются, со слов мам, хорошо, а признаки заболевания, которые приводят к такому диагнозу, отсутствуют, то он разводит руками и помочь ничем не может. Посоветовал кормить детей лучше, выписал лекарства и отчалил в свой город, оставив жителей одних с их горем.

Буквально через неделю после того, как доктор осмотрел младенцев, один из них отошёл в мир иной. Затем череда смертей стала посещать дома, где имелись грудные дети. Поползли слухи, а затем суеверный страх. Люди были напуганы настолько, что новость дошла до большого начальства в губернии.

В село были направлены доктора, криминальные следователи, взвод солдат с ружьями. Началось серьёзное расследование по факту смерти более десяти младенцев.

Врачи быстро определили, что ухудшение здоровья младенцев связанно с тем, что кто-то намеренно, в течение долгого времени, понемногу, чтобы дитя сразу не умерло, делает забор крови. Способ изъятия крови так же был установлен у всех младенцев: он был идентичен – это прокол за ухом, где проходит ярёмная вена. Естественно, под подозрение попали все родители младенцев села, кто ещё может иметь настолько тесный доступ к маленькому и беспомощному ребёнку. Тем более в те времена сектантство процветало, и этих сект на просторах России, да и не только развелось видимо-невидимо. Вот и подумали криминальные следователи из города, что они натолкнулись на очередную такую секту, где имеется ритуал младенческой крови.

Долгое время дознание, исследование и расследование ни к чему не приводило. Единственное к чему пришло следствие – это то, что никакой секты в селе отродясь не было, дело это не рук родителей. А к тому времени дети продолжали умирать, люди всё больше злились, страх и паника витали в воздухе. Следствие было вынуждено поставить солдат круглосуточно охранять оставшихся ещё живыми младенцев.

Вот с этого момента следствие стало получать странные доклады от солдат. Все служивые, практически без изменений, рассказывали одинаковые истории. Что ночью, примерно с часу до трёх по времени, они видели, как в окно спальни, где лежал младенец, заглядывала девочка с полностью лысой головой. Многие утверждали, что и бровей у неё не было. Возраст девочки примерно девять десять лет, очень худощавого телосложения, одета в какие-то лохмотья. Но заметив солдата внутри комнаты, девочка мгновенно скрывалась. Догнать её в ночной темноте не представлялось возможным, тем более её одежда, представляющая из себя лоскуты ткани, очень хорошо маскировала её в кустах и траве, куда она обычно убегала. Солдатам строго-настрого приказали не говорить жителям села о том, что они видели по ночам.

Теперь у следствия появился реальный подозреваемый, пускай не пойманный и не опознанный, но это был хороший след. К сожалению, кто-то, скорей всего из подвыпивших служивых, проговорился о ночной гостье к младенцам. И деревня взорвалась, люди вышли на улицу с вилами, косами, палками, возвещая округу: «Стрыга! Стрыга!» и направились на край села. Следователи, подняв всех солдат, последовали вслед разъярённой толпе.

В небольшом посёлке сложно что-либо утаить. Все знали, что на краю села живет семья, у которой имеется больной ребёнок, очень похожий под описание солдат. Девочка заболела давно, потеряла все свои волосы, а кожа и глаза не могут выносить солнечный свет. Ну чем не Стрыга?

Солдаты с большим трудом удержали разъярённых жителей, давая возможность следственной группе зайти в дом и провести дознание и обыск. Когда сокрушённые горем родители открыли подвал и впустили туда следователя с криминалистом, то те увидели следующее. Девочка в течение многих месяцев, находясь в темноте подвала, соорудила себе гнездо в виде шара примерно полтора метра в диаметре. Строительным материалом ей служила сухая трава, лоскуты ткани. Склеивающим материалом служила субстанция белого цвета, предположительно слюна. Вот внутри этого шара она и спала.

При первом осмотре было выявлено, что девочка сильно изменилась с тех пор, как её последний раз видели жители села. Человека она напоминала лишь частями тела: руками, ногами, головой, туловищем. Всё остальное было изменено радикально. Полупрозрачная кожа синеватого оттенка, с полным отсутствием волосяного покрова. Вместо ногтей – небольшие по размеру когти молочного цвета. Говорить ребёнок больше не мог: её челюсть изменила своё анатомическое строение, выдвинулась на несколько сантиметров вперёд. Человеческие зубы полностью исчезли, вместо них был ряд тонких и длинных, как игла, колючек, некоторые из них по длине превосходили остальные и имели канавку вдоль всей длины.

Следствию с трудом удалось вынести девочку через разгневанную толпу. Затем девочку увезли в Москву в известнейший на то время Медицинский Центр. Так её след затерялся. Семью, у которых родился этот странный ребёнок выгнали из села, дом их сожгли. Младенцы в селе перестали умирать.

Далее горе-орнитолог предположил, что в колонии завелось подобное существо. Кто-то явно об этом знает, но скрывает сей факт, что ставит под угрозу жизни не только животинок, но и детей колонии.

После таких слов самого ветеринара пришлось прятать от гнева людского, а руководителю майору Свищёву организовывать реальное расследование. В колонии не нужны слухи и суеверия, которые никогда не приносили ничего хорошего. К этой цели он привлёк Имана, недавно вернувшегося из Синеньких. Переговоры в недавно обнаруженной большой колонии, расположенной недалеко от поселка Синенькие, прошли неудачно, и требовалось время на подготовку, чтобы вернуться туда с более внушительными доводами.

Пока шла подготовка, готовилась техника, вооружение, боеприпасы. Иман, взяв с собой пару бойцов, приступил к выполнению странного задания под названием «Стрыга». Вся колония гудела, обсуждая всё новые и новые случаи, когда Стрыга посетила их птичник или загон с лошадьми или коровами. Многие утверждали, что сами подверглись нападению Стрыги и лишь чудом унесли ноги. Эту проблему требовалось срочно решить: люди стали впадать в мистический страх, в глазах появилась озабоченность и зачатки паники.

Так как, так называемая Стрыга или Стрыги посещали свинарник чаще всего и в основном в ночное время, то решено было посторожить нарушителей спокойствия сперва там. Для этого экипировались как обычно, но в этот раз взяли с собой военные приборы ночного видения, крепящиеся на шлеме, и промышленный строительный тепловизор. Он намного превосходит военные аналоги и отражает даже слабое изменение температуры.

Хорошенько выспавшись днём, Иман с двумя своими боевыми товарищами отправились на охоту. Вся операция проходила на территории колонии, где зомбак и противник отсутствует, поэтому особых проблем не ожидалось. Бойцы воспринимали всё это как прогулку, ночное приключение. Всего-то надо поймать, а лучше всего убить неведомую зверюшку. Положить её на стол комбату, а там разберутся, что это и как с этим бороться. Но, главное, эти действия должны прекратить панику в колонии. Ведь то, что можно убить, не может быть мистическим кровопийцей Стрыга.

Схему расположения засады продумали заранее. Двое бойцов должны находиться внутри свинарника, хорошенько замаскировавшись в тюках соломы, которую использовали как подстилку для свиней. Для этого рулоны соломы уложили так, чтобы внутри имелась пустота, где комфортно может разместиться пара мужчин. В связи с тем, что внутри свинарника свет на ночь выключался, оставляя лишь тусклое дежурное освещение, были установлены стандартные для подразделения «Листочек»,