Проект: "Возмездие" Книга 6 - Игорь Игоревич Маревский

Из бункера эхом раздавались человеческие голоса, не предвещающие ничего хорошего. Если внутри окажутся мародеры — а к этому я склонялся больше всего — вряд ли они добровольно расстанутся с тяжело добытой наградой. Видимо, придётся их всех убить, так как упущение даже одного может стать для меня непростительной ошибкой.

Я подошёл к двери, заглянул внутрь и сделал первый шаг. Где-то гудел одинокий генератор, пуская ток по многочисленным кабелям, через которые шло питание к висевшим с потолка лампочкам. Стены бункера выглядели довольно крепко и явно были созданы для того, чтобы выдержать настоящие бомбардировки.

Первое, что бросилось мне в глаза, когда я вошел внутрь, — это раздробленный на множество костей скелет давно умершего человека. Видимо, бедолага скончался недалеко от входа, и на него ступали те, кто зашёл до меня сюда. Длинный коридор по дуге резко уходил в сторону и вёл вглубь бункера, местами разделяясь на небольшие комнатки.

Прежде, чем устраивать кровавую резню, нужно понять, с кем предстоит иметь дело, и оценить численность врага. По этой причине я решил пока действовать скрытно и на полусогнутых направился к первой комнате, откуда раздавалось веселое посвистывание. Человек, облаченный в мастерски сшитые из нескольких кусков ткани обноски, что умудрялись выглядеть экипировкой, а не одеждой бомжа, насвистывал какую-то песенку и с интересом изучал содержимое полок. Всё, что ему не нравилось, в ту же секунду отправлялось на пол и создавало для меня неплохую маскировку.

Я достал армейский нож, быстро приблизился к нему и, закрыв рот ладонь, приставил лезвие к его горлу:

— Тихо, тихо, — сквозь стиснутые зубы прошептал я ему на ухо. — Я перережу тебе глотку прежде, чем ты успеешь закричать. Кивни, если понял.

Тот спешно закивал и что-то промычал. Я повернул его лицом к дверному проходу, дабы удобнее было следить за тылом, и медленно убрал ладонь со рта. Удивительно, но человек действительно сохранил молчание и лишь часто дышал, ожидая моего вердикта.

— Вы кто такие? Сколько вас и откуда узнали об этом месте? — ядовито прошипел я и, дабы он убедился в серьёзности моих намерений, сильнее прижал лезвие и пустил ему немного крови.

— Главный… главный привёл. Мы психи, брат, не убивай. Главный сказал, что здесь есть чем поживиться, и монстры нас здесь не тронут. Ты ведь из ОлдГейта, да? Слушай, то, что про нас говорят, — это чистая неправда. Аппарат сослал нас, чтобы…

— Заткнись, сука, и отвечай на мои вопросы! Сколько вас здесь? Число! Вооружение!

— Брат, давай я тебя к главному отведу, и он тебе всё сам расскажет. У нас есть горячая еда, медикаменты. Ты ведь сюда за ними пришёл, да? Чистые бинты, накормим, напоим!

— Число, — холодно прошипел, повторяя свой вопрос в последний раз.

Человек, будто прочитав мои мысли, резко перестал юлить и ответил прямо:

— Два десятка ровно. Четыре ватаги, одна коммуна!

Значит, между мною и ингредиентами для лекарства стоят девятнадцать человек. Ничего, мне приходилось выступать и при большей публике. Человек с перерезанной глоткой упал на холодный бетонный пол, и я резким ударом в сердце добил его. Может, он и говорил правду, так как по поводу верховного аппарата ОлдГейта я не питал пустых иллюзий, но риск в данной ситуации не был бы оправдан.

На том же ВР-2 постоянно рисовали картины, описывая шахтеров на фронтире как самых ярых и отпетых преступников, неспособных жить в нормальном обществе. Среди них, конечно, находились таковые, но в целом, истории были слишком преувеличены. К сожалению, даже если они окажутся обычными беженцам, нам придётся сражаться за одни и те же припасы, поэтому особого выбора у меня нет.

Я проверил содержимое инвентаря психа, не обнаружил ничего интересного, кроме нескольких тюбиков пасты, наточенного ножа и другого хлама. Киба и синта осталась в прошлом — омни в Старом городе было столь же бесполезно, как и на других рубежах. Перед тем, как отправляться дальше, обшарил полки в помещении и не нашел ничего интересного. Пустые контейнеры, колбы, личные вещи и старая мебель. Видимо, этим бункером успели воспользоваться ещё до того, как город пал.

Длинный коридор вёл меня мимо других помещений, которые ничем не отличались от предыдущих. Созданные по общему плану, они не могли похвастаться ничем, кроме одноместных и двухъярусных кроватей, шкафчиков для личных вещей и небольших столов. Даже для мародеров здесь не нашлось бы ничего, что могло показаться полезным. Что уж говорить про меня.

Однако, чем глубже я уходил, тем чаще эхом разносились человеческие голоса. Сначала сложилось впечатление, что кто-то яростно с кем-то спорил, может, даже кричал или негодовал, но они постепенно перерастали в настоящие вопли. Кому-то приходилось несладко, и вскоре, свернув за резкий поворот, я наткнулся на интересную картинку.

Кажется, психи уже начали обживаться и, пользуясь баллончиками с краской, малевали на стенах похабные надписи. Я подкрался к дверному проему и, едва заметно выглядывая, присмотрелся. Двое занимались настенным искусством, помечая новую территорию и пытаясь выбрать между изображением голой бабы или изогнутым половым органом.

Они были настолько поглощены работой, что я мог бы их убить ещё до того, как они поймут, что произошло, но меня больше интересовал третий. Ко мне спиной стоял мужчина с окровавленным охотничьим ножом, с которого обильно капала кровь. Вопль доносился как раз от него, и мне удалось заметить выглядывающие над ним связанные в запястьях руки.

Кого-то подвесили как скот и в него же и превратили. Человек стряхнул кровь с ножа, занёс его перед собой, и по бункеру пронеслась новая волна воплей. Сначала я подумал, что жертву попросту пытали, но когда псих аккуратно положил кусок отрезанной плоти на медицинский поднос, мне всё стало ясно.

Он орудовал ножом, как заправский мясник или, лучше даже сказать, хирург. Человек, которого подвесили, как скот, продолжал кричать на весь бункер, но его вопль, кажется, не волновал других. Более того, психи получали заряд бодрости и удовлетворения, а затем тот, что с ножом, положил очередной пласт мяса на поднос и довольно выпалил:

— Неплохо сегодня поужинаем! Неси на кухню, но скажи, чтобы без меня не начинали, а то, скоты, в следующий раз будете сами ловушки проверять!

Я мог бы убить всех троих, но мне стало интересно, куда они пойдут. Быстро перебежал в соседнюю комнату и проводил