Маленькая уютная планета - Игорь Вереснев

тянутся равнины почти до полярного круга — ничего интересного, там дно и без «Аквариды» доступно, — с готовностью объяснила Эмеральд. — Южная сторона лучше: местами вертикальная стена трёх километров достигает, мы её подошву на конец экспедиции припасли. Но это мелочи в сравнении с тем, что дальше по маршруту сможем увидеть!

Немного успокоился Алексей, лишь убедившись в очевидном: вода держит его одинаково надёжно как над плато, так и за его пределами. Окончательно расслабился, когда увидел, что вертикальный обрыв переходит в пусть крутой, но склон со множеством скальных выступов. Марти гибко изогнулась, направив их к ближайшему.

Они зависли в полуметре над выступом. Крашевский с удивлением понял, что жизнь на крутых склонах буйствует сильнее, чем на самом плато. Из каждой расщелины высовывались веточки, нити, колючки, шевелящиеся усы морских обитателей. Обладающие подвижностью плавали, ползали, перекатывались вокруг. Исправленное чешуёй зрение придавало картине ирреальную яркость и чёткость.

Сам выступ был полностью покрыт длинношерстным ковром бордово-красной растительности. Выпустив руку спутника, Марти погладила его. Из глубин «ковра» устремились вверх струйки крошечных пузырьков, а сами «ворсинки» потянулись за ладонью аквари, словно ластясь. Алексей последовал примеру. «Морской мох», как он его назвал мысленно, на ощупь оказался удивительно мягким. Он провёл по нему ещё раз, ещё и ещё. Пока сам не ощутил прикосновение.

Оказавшаяся сзади Эмеральд провела ладонями по его плечам, лопаткам. Скользнула ниже, касаясь не только руками, а и торсом. Извернулась, уходя в сторону. Он ощутил её ягодицей, бедром, повернулся как раз в тот миг, когда она отстранилась. Аквари теперь медленно поднималась, чтобы оказаться лицом к лицу. Она была не на расстоянии вытянутой руки — гораздо ближе. Алексей ожидал, что она сейчас спросит: «Ты надумал?» — или что-то в этом роде. Но Марти не спрашивала, покачивая бёдрами, безмолвно приглашала присоединиться к танцу. Экзотическое земноводное существо.

«Почему бы и нет?» — пришла мысль. К Марти Эсмеральд он не испытывал эмоциональной привязанности, просто товарищ по команде, коллега, «одна из». Но жёлтой чешуе хотелось играть с изумрудной, и Алексей не находил причин противиться своему симбионту.

Он поднял руку, провёл по гладкому боку партнёрши, потянулся дальше. Та ускользнула, не давшись в объятия. Этой игре он пока учился, но она ему уже нравилась. В ней требовалось не поймать и удержать партнёршу, а мимолётно касаться и ласкать её. Зато в этом ограничений не было. Алексею не хватало умения, Марти старалась за двоих. Несомненно, скоро он узнает на ощупь всё её тело. А она — его...

Игра прервалась внезапно.

— Стой! — шепнула Марти и сама замерла, глядя куда-то ему за спину. — Тритон...

Радость и возбуждение улетучились мгновенно, уступив место иррациональному ужасу. Крашевский медленно повернулся. На самом краю видимости из тёмной бездны поднималась фигура: две руки, две ноги, голова.

— Может, кто-то из наших? — неуверенно предположил Алексей.

— Это — тритон! — отрезала Эмеральд.

— Но он же нас не тронет...

В уши ударил резкий вопль. Алексей дёрнулся, ошарашено уставился на партнёршу.

— Тревога! — коротко бросила та. — Срочно на борт!

Глава 11. Глаза смерти

Причиной, по которой капитан прервал их прогулку, стала срочная радиограмма с базы. Пропала связь с придонным промысловым судном, бортовой номер «К-15», работавшим на западной оконечности плато.

— Они не выходят на связь уже два часа, объявлен режим чрезвычайной ситуации, — пояснил Влади. — Там есть и другие краболовы, но с их скоростью они доберутся часов за восемь-десять, мы успеваем за пять.

— Разве гидропланом не быстрее будет? — удивился Крашевский.

— Долететь — быстрее, но в том районе сильный шторм. С поверхности до них не добраться, только под водой.

Остальные члены команды уже знали о ЧП, — едва дверь шлюза закрылась за Алексеем и Эмеральд, двигатели субмарины заработали, она начала разворачиваться. Марти сразу направилась в рубку сменить напарницу, но Влади, повернувшегося, чтобы идти туда же, Крашевский остановил:

— А мне что делать? Какие инструкции для акванавта-наблюдателя на случай форс-мажора?

Капитан внимательно посмотрел на него. Спросил:

— Ты умеешь обращаться с оружием?

Вопрос был настолько неожиданным, что Алексей растерялся. Ответил уклончиво:

— Смотря с каким.

Влади прошёл к своей каюте, кивнул, приглашая. Каюта ничем не отличалась от той, в которой жили Крашевский и Стэлони: двухярусная кровать, стол, стулья, консоль. За исключением единственного: под нижней койкой прятался сейф. Влади наклонился, приложил ладонь к замку, выдвинул ящик с четырьмя пистолетами для подводной стрельбы и боекомплектом к ним. Судя по маркировке, произведены они были на Новой Европе, прибыли вместе с субмариной, по-видимому.

— Видел такие? Подготовишь два: мне и себе?

Всё-таки популярность — полезная вещь. После выхода первого сезона «Аквия. Начало» Крашевский совершил не одно турне. Во время творческой встречи с боевыми пловцами он не только видел такой, но и в руках подержал. Даже на спусковой крючок нажимал, — правда, на суше и незаряженного.

— Сделаю, — коротко ответил.

Будь здесь инопланетное изделие, Алексей поостерёгся бы выказывать такую уверенность. Но для любой техники с Новой Европы, военной в том числе, одним из главных требований был интуитивно понятный интерфейс.

Он не переоценил свои возможности: часа хватило, чтобы разобраться, как пистолетами пользоваться, как их заряжать и разряжать. Когда дверь каюты снова отворилась, Крашевский с гордостью объявил:

— Готово!

Однако это был не капитан. Дайни стояла в дверях, с удивлением смотрела на него и выложенные на столе пистолеты.

— Влади попросил подготовить оружие, — отчего-то сконфузившись, пояснил Алексей. — На случай форс-мажора.

Дайни справилась с замешательство, подошла.

— Я не знала, что на «Аквариде» есть оружие. Можно посмотреть?

— Э-э-э... Ты умеешь с ними обращаться? Они уже заряжены.

Виолет отдёрнула протянутую было руку, губы скривила презрительная гримаса.

— Разумеется! Оружие — для мужчин, женщины слишком глупые и пугливые, чтобы им пользоваться! Везде всё одинаково!

Резко развернулась, шагнула прочь из каюты.

— Дайни! — Алексей попытался остановить. Поздно, дверь захлопнулась. Бежать следом, объяснять? Что, собственно, он мог объяснить?

Влади рассчитал верно: пяти часов им хватило. Сначала они услышали радиомаяк краболова и включили прожектора. Спустя полчаса в их свете увидели и сам аппарат. Внешне он походил на членистоногих, сбором которых занимался, но многократно увеличенный в размерах: приплюснутый корпус, выступающая вперёд коническая рубка, четыре пары широко расставленных ног, два манипулятора вместо клешней.

Когда они подплыли ближе, Крашевский смог оценить размеры аппарата. В