Гимн шута 20 - Антон Сергеевич Федотов

— Шеф, мля, — выдохнул наблюдатель. — У нас жмур. Груз утек.

«Работодатель» помолчал несколько секунд, после чего коротко бросил:

— Возвращайся.

Шнырь еще не знал, что только что стал свидетелем конца существования банды… в котором этот мир покинет половина ее состава.

Но некоторые получат второй шанс. В том числе и он сам.

Глава 22

Глава 22

— Посмотрим, кто из нас лучше.

В голосе Игната Юсупова послышалась усмешка, хотя лицо осталось все столь же бесстрастным и холодным. Лишь в глазах вспыхнули огоньки предвкушения и готовность к борьбе до конца.

Узкая заточенная полоса стали в руках Главы «уральцев» описала красивый фехтовальный полукруг и вновь замерла на уровне груди. Острие «клинка» смотрело точно на Волконского.

Тот, однако, не испугался. В его руках «орудие» тоже имелось. Пусть и куда более громоздкое. Но не менее убойное.

— Но… — попытался было возразить Салтыков тоном «господа, не угодно ли вам примириться?».

Он пребывал в шоке с того самого мига, как над их головами заложил вираж глайдер с гербами правящей семьи Юсуповых на бортах. А уж когда на землю ступил сам Глава, то ему захотелось и вовсе… оказаться отсюда подальше. Предстать перед владетелем одного из Великих кланов в таком виде…

Салтыков так «распереживался», что не заметил темных спортивных брюк и коричневой флисовой кофты, заменивший Игнату Львовичу привычный дорогой костюм ручной работы.

В общем, растерялся слегка Ефим Борисович. Однако опыт переговорщика гласил: напряжение меж людьми такого уровня гасить лучше сразу, пока оно не вылилось в грохот пушек. Даже если разговор еще кажется мирным и в чем-то дружелюбным.

— Ха! — тут же возмутился Волконский, не отводя взгляда от лица соперника. — Чтобы я уступил этому!..

— Кому-кому? — тут же переспросил Юсупов, демонстративно приложив руку к уху. — Ты говори, не держи в себе!

Салтыков вновь застыл. Такое поведение было не-воз-мож-но! И если с Павлом он до этого знаком не был, то Игната Львовича видел неоднократно. Подтянутый строгий мужчина не допускал и единого лишнего движения, будь то жест или сокращение малейшей лицевой мышцы.

Здесь же он, казалось, сбросил оковы.

Бам! Бам!

— Ау! — как-то одинаково взвыли Волконский и Юсупов.

— Больно! — вынужден был признать Игнат, откладывая в сторону вычурный шампур размером с небольшую шпагу.

— Да уж! — фыркнул Павел, потирая плечо.

Он-то свою сетку для жарки мяса из рук не выпустил! Что уже можно было считать небольшой победой над адептом жарки мяса на шампурах. Хотя тяжелая ладонь Виктории и солидно обожгла кожу.

Оба спорщика с негодованием уставились на «принцесску», в два шлепка погасившую конфликт.

— Это твой вассал, — хмуро заключил Юсупов.

— А в чьей Семье она воспитывалась⁈ — тут же отбрил Волконский под аккомпанемент негромкого мелодичного смеха Катерины.

— Вперед, о мой господин! — искренне подбодрила она.

— Да вас больше! — тут же возмутился «уралец», бросив гневный взгляд на сестру, которая в «трудный момент» отказалась встать на его сторону.

— Может, кто-нибудь уже приготовит хоть что-нибудь? — закатила глаза «гений» Льда.

— Рано! — тут же разом рявкнули бывшие спорщики.

По мнению обоих, угли были еще не готовы к кулинарным экспериментам.

«Принцесске» только оставалось, что махнуть рукой в ответ на такое единодушие.

Салтыков лишь покачал головой.

Он прекрасно понимал, «ЧТО» именно сейчас делает Волконский. Демонстрирует союзы, чтобы у его клана не появилось возможности «вильнуть» в тот момент, когда придет пора исполнения какого-нибудь из «щепетильных» пунктов их договора. Но от его «КАК» вставали дыбом волосы. И Ефим Борисович прекрасно понимал, что он вряд ли будет распространяться об увиденном. Хотя бы потому, что сомневался, что хоть кто-то поверит. А каждый из присутствующих еще и получит возможность вызвать его на дуэль. За умаление чести и достоинства.

Салтыков тяжело вздохнул.

«Красиво.» — вынужден был признать Салтыков, оценивая последние два часа своей жизни.

На месте Волконского он тоже обязан был предположить, что Салтыковы, объективно древний и сильный клан, могут рискнуть сыграть свою игру, поставив собственные интересы превыше иных договоров. И да, между ними пока вооруженный конфликт. Гремят пушки. Еще не решен вопрос с покушавшимися на жизнь Елены Кошкиной. Но закладывать почву для будущих отношений требовалось уже сейчас. Даже нейтральных.

Надо сказать, глава Ветви задачу решил красиво. В чем-то, можно сказать, элегантно.

* * *

За два часа до «дуэли» Волконского и Юсупова

— Продолжим разговор позже, — решил молодой человек еще в директорском кабинете «РитРос» во время чаепития. — Сегодня у нас запланировано мероприятие.

Ефим Борисович едва заметно склонил голову. Мол, понимаю. Строго говоря, он сам «подставился», намеренно сократив время с момента «я сейчас приеду» до встречи с Волконским. Хотелось попробовать «качнуть» собеседника, пройдясь по самой грани, когда обвинить гостя в неуважении поводов еще маловато, но раздражение его наглостью уже готово стать серьезной причиной для выхода за рамки.

Но нет. Молодой человек не только сдержался, но и продемонстрировал в ответ свою «игру». Причем «вынести» переговорщика ему удалось куда успешнее. А уж когда Салтыков понял, что перед ним не спектакль, а сложившаяся система взаимоотношений… это едва не взорвало мозг.

Тем более, основной его задачей было вовсе не представление Волконскому в качестве офицера связи, а попытка дать аргументы своему главе для решения вопроса «А как мы будем жить дальше⁈». Кланы заключили ряд соглашений. В том числе и по ведению боевых действий. Но ведь соблюдать можно дух договора… а можно только букву.

— Конечно, Павел Анатольевич, — решил тогда Салтыков, прекрасно осознавая, что пауза ему не повредит. — Полагаю, мы сможем обсудить все вопросы позже.

Однако, как оказалось, собеседник еще не закончил. И «паузу» дарить переговорщику не собирался.

— Это неформальное мероприятие, — заметил он, глянув в глаза собеседнику. — Полагаю, вам будет интересно присоединиться.

«От таких приглашений не отказываются!». Тем более, высказанных в подобной формулировке.

— Конечно, Павел Анатольевич, — тут же ответил мужчина. — Мне бы лишь хотелось уточнить формат мероприятия.

— Встреча с союзниками Ветви Волконских.

Брови Салтыкова едва не поползли вверх. Переговорщик успел сдержаться. Обычно на такие «встречи» чужих не приглашаю. Да и формулировка впечатляла. «Он не упомянул про клан.» — оценил Ефим Борисович. Это говорило о многом.

Впрочем, вопрос был задан с куда более утилитарными целями. В клановой среде очень ценилось умение быстро принимать