Гимн шута 20 - Антон Сергеевич Федотов

А вот Салтыкову стало плохо. От понимания, что диалог ведется всерьез. Это означало, что только что составленное им хотя бы первое представление о местной системе связей вновь требует пересмотра.

— Тогда давай готовить шашлык, — предложил Глава (!) уральцев, демонстрируя целых три шампура на манер древнего киноперсонажа с говорящим именем Росомаха.

— И начнем мы с курицы, — объявил Волконский, демонстративно подхватывая решетку для гриля с небольшого раскладного столика.

Глаза Игната мгновенно сузились. Он чуть склонил голову, бросив тяжелый взгляд на Павла.

— Сначала свиная шейка, — негромко объявил Юсупов свои требования.

Волконский ответил не менее «упертым» взглядом. В воздухе запахло твердым и решительным «нет».

Так и началось Великое Противостояние у Мангала, так небрежно разрушенное тяжелой дланью Виктории Львовны.

* * *

— Молодец, Суки-тян, — коротко кивнул Гриня, рассматривая сумку на своем столе.

Девушка не шелохнулась. В смысле, и внимания на свое «формальное начальство» не обратило. Куда больше ее волновала тарелка лапши с бульоном, издревле именуемое раменом.

И да, речь шла не о синтетических упаковках в ярком целлофане, а о полноценном произведении искусства повара «Гаража».

— Рассказывай, Стол, — обернулся Григорий к одному из своих бригадиров.

Курьера с «грузом» они заметили неделю назад. И тут же доложили Волконскому. Тот передал приказ «стажерам» при клубе из ГБР, так что уже через несколько часов все возможные маршруты были взяты под контроль техническими спецами клана. Бойцы же бригады скорее демонстрировали флаг.

И вот на седьмой день было принято решение перехватить одну из доставок. Операцию проводил человек Грини.

— Да как всегда. Девка его срезала на противоходе… — тут же отчитался Стол, и уже через миг вскинул ладони. — Извини-извини!..

Если уж Суки-тян, что можно было перевести как «любительница поесть», оторвалась от бульона, чтобы кинуть на бригадира заинтересованный взгляда, лучше «успеть извиниться» заранее.

Девушка кивнула и вновь вернулась к экрану комма, на котором она смотрела какой-то очередной шедевр японской анимации пятисотлетней давности. Именно за любовь к жанру девушка и получила свое очень «меткое» прозвище. Оставалось лишь удивляться, как при такой любви к еде ей удавалось сохранять столь совершенную форму. Шестьдесят килограмм при ее ста пятидесяти девяти сантиметрах роста явно ушли в очень гармонично развитые мышцы. При этом даже в обтягивающей одежде «смешная кнопка с рыжим каре» не выглядела особо крепкой. Напротив, какая-то детская непосредственность делала ее образ милым и безобидным… ровно до момента удара, за секунду до которого взгляд зеленых зрачков обретал твердость оружейной стали.

Как тут не вспомнить, что один из вариантов слова «суки» может быть иероглиф, означающий «брешь», «уязвимое место».

— В общем, чисто сработали, — подвел итог Стол (детали он отправил шефу еще из машины). — Суки молодец.

Девушка на миг отвлеклась от тарелки и сериала, чтобы обернуться сложить обеими руками знак «виктори» и надуть личико.

— А это точно оно? — поинтересовался Гриня, вновь вернув взгляд к сумке.

Саперы Волконских уже проверил «багаж» на предмет взрывоопасных закладок. Теперь она рвануть была не должна. Вроде как. Во всяком случае, взрывотехники были в том уверены. Почти. И, если бы один изних не бросил на прощание короткую фразу: «Хотя раз в год и палка стреляет, конечно…», было бы намного спокойнее.

Спецы даже открыли общий замок и, убедившись, что сюрпризов не осталось, быстро свалили, прихватив с собой почти пятьдесят грамм артефактной взрывчатки.

— Вот гады! — искренне возмутилась в тот миг Суки-тян, большинство знакомых которой отмечали ее крайне нестандартный взгляд на жизнь.

— Заказчику сообщили, — коротко пожал плечами Гриня, закрывая сумку и отправляя в артефактное хранилище под стазис. — Вот пусть сам и разбирается!

Глава 23

Глава 23

— То есть, для своей «Леночки» ты выделил машину с мигалкой?

Голос Катерины был привычно мягок и бесстрастен в те моменты, когда она играла «Очень Правильного и Строгого Секретаря». Однако чуткое ухо Павла мгновенно уловило нотку тщательно демонстрируемой ревности и едва заметную насмешку. Впрочем, добрую. Наверное. Во всяком случае, клановцу хотелось на это надеяться.

— Ее положение обязывает, — коротко ответил он.

Главное правило таких разговоров: сохранять абсолютно серьезное лицо.

Блондиночка лишь вздохнула. Опять же демонстративно.

Волконский сделал вид, что не услышал, поглощенный зрелищем подъезжающей к ним той самой «машины с мигалками». И красным крестом на борту.

Первым из салона выбрался медбрат в синей робе скорой медицинской помощи. Однако отчего-то Павел был уверен, что к медицине крепкий мужчина имеет отношение весьма опосредованное. Разве что к полевой хирургии в рамках экстренного допроса. Хотя основы оказания помощи в условиях боя ему тоже наверняка преподавали.

«Брат» окинул цепким взглядом стоянку перед клубом «Гараж». Вся его поза говорила человеку, знающему о том, что «медик» готов в любую секунду выхватить из-под жилета нечто компактное и скорострельное.

— Еще и личная охрана, — покачала головой Катерина, вдруг отчего-то отбросившая образ «Идеального Секретаря».

Волконский хмыкнул. Он ни за что бы ни поверил, что девушка не знает о ряде приказов охране на ее счет.

— Зато попа красивая, — вздохнул молодой человек, обращаясь к самому себе, и тут же сделал вывод. — Тогда терпи.

— Это все, что тебя интересует во мне? — тут же «заинтересовалась» девушка.

Удивительно. Блондиночка практически не пошевелилась. Однако отчего-то ее брючки вдруг стали обтягивать упомянутую часть тела куда… эффектнее.

— Не только, — спокойно пожал плечами Павел, отступая назад… чтобы рассмотреть все получше. — Но и это тоже.

Блондиночка на миг задумалась, после чего внимательно глянула сюзерену в глаза. И, кажется, едва заметно удовлетворенно кивнула.

Павел хмыкнул. Вполне открыто. А то он не был в курсе, что все эти «бодрящие» разговоры тщательно продуманы и рассчитаны на поддержание его в психологическом тонусе.

Обе его дамы заботились о том, чтобы сюзерен оставался в норме.

— Ну вот, — тут же донесся голос от машины. — Приехала я, а рассматривают ее.

Лена вышла из авто следом за телохранителем. На ней тоже была форма госпиталя государева и накинутый поверх белый халат. Возможно, тот самый, что клановец уже видел в лаборатории.

Девушка демонстративно вздохнула и привычным движением заплела копну вьющихся каштановых волос в хвост, скрепив резинкой.

Отчего-то Павел тут же уверовал, что она улыбается под медицинской маской, нацепленной на лицо.

— Ты вытащил меня повеселиться? — глянула Кошкина