Долг человечества. Том 5 - Артем Сластин

Пора собирать. Я капнул в хитиновую муфту немного едкой серной кислоты, добавил смолы, создавая химически агрессивный, но невероятно крепкий клей, вставил основание змеевика в пазы, и металл со скрипом вошел в хитин. Затем я насадил получившийся стаканчик на багровое древко.

Дабы скрыть соединение, использовал все те же сыромятные кусочки кожи и паучий секрет, и принялся виток за витком обматывать стык между багровой древесиной и темным хитином. Нить ложилась идеально ровно, стягивая элементы так, что они казались единым целым. Но узел этот… мне не нравилось. Как будто недоделано. Прошлая моя поделка щеголяла кисточкой из шерсти с медвежьих лап, который то и дело намокал в крови и висел жалкой сосулькой.

Вновь потянулся к инвентарю, перебирая трофеи. Того, что было сейчас передо мной в мастерской было недостаточно. Взгляд зацепился за перья птиц Кориту, тех самых, которых подстерлили девчонки незадолго до трагедии с капканом. Я извлек жменю длинных, жестких маховых перьев. Были они угольно-черными, но под правильным углом отливали перламутром и фиолетов, а иногда и вовсе выглядели, словно в луже переливались капли бензина.

Взяв кинжал, самый обычный, который я частенько использовал в качестве ножа, если в том была необходимость, остяки я подрезал, выравнивая перья по длине, а затем, используя все ту же паучью нить, начал вплетать их в обмотку у основания хитиновой муфты. Перо за пером, внахлест, формируя гладкий, глянцевый воротник, ниспадающий на багровое древко. С виду напоминало чешую неведомого дракона, или юбку, тут уж с какой стороны смотреть.

И снова упрочнение. Уже второй слот я занял — но так было нужно. Каждая часть должна быть магически крепкой, чтобы единая конструкция получила наибольший статус прочности. Ведь, насколько я успел разобраться, это значение — всего лишь формализованное отражение состояния того или иного предмета, и если прочность падает, значит, предмет ломается, и достигнув нуля это означает, что свои функции он выполнять больше не сможет. Пока не починишь, конечно же. А изначально высокий параметр прочности задавал планку ресурса использования, и именно это мне и нужно было.

Вытянутая нить под моими руками потемнела, кристаллизовалась, превратившись в неразрывный монолитный корд, а сами перья сохранили свою визуальную легкость и переливы, но на ощупь стали упругими и прочными, как карбон или кевлар. Теперь это не только красивая штука, но еще и дополнительная гарда, способная при необходимости отклонить скользящий удар, спасая мои пальцы.

Посмотрев на проделанную работу, я удовлетворенно выдохнул. Верхняя часть была готова. Но, стоило мне взять копье за середину, в место, где я для рук намотал обмотку, как серебряный наконечник тяжело клюнул вниз, баланс был ни к черту. Нужен противовес, но в тот раз то был лишь медвежий костяной палец, совершенно дисфункциональный, то в этот раз я придумал кое-что получше.

Изучая предметы перед собой, я остановился на гигантской жвале праматери сколопендроморфов. Кость была тяжелой, как свинец, грязно-белого цвета с темными, некротическими прожилками. Прокалив ее в огне, чтобы удалить всю органику, я оставил лишь кусок, который еще нужно обработать.

В ход опять пошло разложение. Слой за слоем я срезал лишнее, гигантская жвала теряла свою природную кривизну, превращаясь в граненую, вытянутую каплю. Вывел я восемь идеальных граней, сходящихся к тупому, бронебойному шипу на конце. И, так как сама жвала была полой внутри, в сердцевину я залил серной кислоты, а древко защитил от воздействия опасного разъедающего все на своем пути другим куском жвалы. Сама же запчасть праматери словно игнорировала едкую среду.

Используя разложение, наверное, впервые в жизни на столь аккуратном, глубоком уровне, я оставил настолько крошечное отверстие в противовесе, на самом его конце, насколько мог. Кислота проступила каплей снаружи, но не падала, настолько выход был узким.

На нижнем торце багрового древка я вырезал глубокий паз, в точности повторяющий основание костяного шипа, и щедро промазав стык кислотно-смоляным составом, я с силой вогнал кость в древко. Село намертво. И последний штрих. Вырезав крошечное углубление в жвале, я поместил вовнутрь обсидиановую бусину, прямо туда, где была кислота. Получилась такая штука, механически напоминающая шариковую ручку. И вот третье упрочнение было использовано — я зафиксировал состояние противовеса на древке.

Если враг прорвется вплотную и у меня не будет пространства для выпада основным лезвием, обратный удар этим набалдашником будет тяжелый, а наличие в нем кислоты еще и добавляет перчинки к бою со мной.

Закончив, я медленно распрямился. Лагерь все еще спал, окончил работу я весьма быстро. Девятый час начался несколько минут назад. С чувством выполненного долга, я прошагал к тренировочному манекену в центр долины, и, когда оказался полностью готов, принял боевую стойку.

Идеально! Центр тяжести находился ровно там, где должна была лежать моя ведущая рука, а именно на стыке гладкого дерева и центральной кожаной оплетки. Оружие казалось невесомым, послушным, словно естественное продолжение моей руки.

Багровое древко с нефритовыми прожилками. Темная, ухватистая кожа рукояти. Бронебойный граненый шип на пятке. Изящный, переливающийся фиолетовым глянцем воротник из перьев, из которого вырастала темно-серая хитиновая муфта, прикрытая кожаными ремешками внахлест. А на самой вершине — три переплетенных серебряных прута, сжимающих тусклый, пульсирующий вглубь себя голубой кристалл, сходящиеся в бритвенно-острое жало.

Прекрасное оружие. Но пока что — всего лишь набор запчастей, пора бы познакомить систему со вторым моим шедевром на этом полигоне. Всего месяц прошел с тех пор, как я обрел статус артефактора, быть может, сейчас меня наградят за старания?

С придыханием, я спрятал получившееся оружие в инвентарь. И, сильно зажмурившись, просто ждал, когда голос в моей голове озвучит то, что я совершил.

Молчание система хранила довольно долго. Но, стоило подождать еще немного, меня буквально завалило каскадом сообщений.

Вниманию инициированного! Вы применили синергию своих навыков и продемонстрировали глубокое понимание свойств материалов и структур для создания сложного, многокомпонентного предмета.

Достигнут новый уровень профессионального навыка!

Мастеровой: текущий уровень — 3.

Профессия: Мастеровой — Создавайте предметы, улучшающие качество вашей жизни. У вас все для этого есть — оно вокруг, нужно только это заметить. Услугами мастеровых пользуются в каждом уголке Лоста, и без работы вы не останетесь.

Обновление статуса: Артефактор.

Вы отказались от масштабирования своей первой работы и замахнулись на новый шедевр. Похвальное рвение! Концептуально новое, достойное занять место в пантеоне славы лучших ремесленников Лоста изделие отныне принадлежит Вам!

Вы создали именной предмет!

Награда: Ремесленный навык.

Получен новый навык: Магическая инфузия.

Магическая инфузия: Создавая что-либо своими руками, с небольшой вероятностью у получившегося будет случайное