Последний из младшей ветви - Юджин Никитин

широкой дорожке, а сделать круг вокруг парка по накатанной грунтовке Алексей медленной трусцой побежал, старательно дыша как можно ровнее, контролируя чтобы приземления были мягкими, а плечи были расслаблены. Ему нужен был легкий оздоровительный бег, а не олимпийские рекорды, на которые его тело сейчас не способно. В погоне за здоровьем можно здоровье и погубить с дурной головой.

Как оказалось, на радостной волне Белов свои силы переоценил. Пробежав две трети пути эти самые силы покинули его, заставляя переставлять ноги, налившиеся свинцом только на морально волевых. А последние двести метров до поворота ему пришлось, смирив гордыню уже просто идти не очень быстрым шагом стараясь выровнять сбившиеся дыхание.

Возможно если бы сил ему хватило на весь круг, и он бежал бы с той же скоростью, или наоборот силы кончились метров на двести раньше он пропустил бы любопытный момент. Любопытный и сразу его заинтересовавший своими персоналиями. Свет уходящего дня еще не совсем ушел и достаточно освещал вход в парк. Так что, когда Белов на уже практически негнущихся ногах повернул к ближней от общежития стороне парка ему хватило освещения чтобы увидеть две фигуры, прошмыгнувшие в парк. Буквально минутой позже, и он ничего не заметив прошел бы мимо в сторону общежития. Минутой раньше, и он с этими персонажами столкнулся бы лоб в лоб. А его не очень друг Борисов и озлобленная Белых были явно не теми встречными с которыми Алексей бы хотел видеться лишний раз вне стен школы. Увидев их, он остановился, нагнувшись и уперев руки в колени чтобы отдышаться и непроизвольно уменьшить свой силуэт. Старая привычка из прошлой жизни быть не заметнее в лесу, наверное, сыграла свою роль. Что Алексей Борисов что Лидия Белых не увидели его на фоне стены из парковых деревьев и кустарника. Они оглядывались перед тем как зайти по дорожке в парк, но оглядывались в сторону общежития. Наверняка, именно это и позволило Белову остаться не замеченным. Он стоял и лихорадочно думал. Радость от того что он с ними не столкнулся и желание оказаться от сюда подальше боролась со жгучим любопытством. Несомненно, ничего достойного в том, чтобы проследить за парочкой, а еще зачем бы подросткам разного пола прятаться ото всех в парке, не было. Но как всегда есть во всём жирное, НО. Они оба явно были его врагами. Ну или как он поправил себя, может не врагами, но точно настроены к нему очень и очень отрицательно. А чтобы победить противника обладание информацией о нем это один из краеугольных камней победы. Знать его слабые места, его планы. Поэтому переборов благородные позывы просто уйти, Белов решил, что немного проследит за ними. Если застанет их целующимися, то просто тихо развернется и уйдет. Уж явно не для чего-то большего они сюда забрались. Конечно благородным барышням до свадьбы нельзя ничего позволять кавалерам, но, если очень хочется это вряд ли кого-то удержит. Не факт, что тут нельзя найти целителя посговорчивей и помолчаливей, например. И восстановить реноме благородной дамы в исходное положение. Скорее уж промозглая апрельская погода давала больше шансов для целомудрия, становясь настоящим препятствием для разгоряченных сердец.

Путь на подкрадулях вдоль подлеска на самом краю парковой дорожке занял почти пять минут. Идти по самому подлеску Алексей не стал, уж слишком большой риск был наступить ногой на какую ни будь сухую ветку. Треск выдал бы его с головой и принес бы на эту самую голову кучу огромных проблем. А самостоятельно добавлять себе проблем он не хотел. Хватит и тех что уже образовались. Внутри за внешним периметром парк был не такой разросшийся, так что голые ветки кустарников давали хоть и слабую, но реальную возможность для обзора. Плюсом было что скрывшиеся в парке одноклассники не стали уходить глубоко в парк. А остановились за первым же изгибом тропинки. Их практически не было видно, лишь зная, что они там Белов смог разглядеть их силуэты. Парочка кстати на первый взгляд на пораженных проказником Амуром не походила. Расстояние между ними было как показалось Алексею пионерским, далеким от интимности, а еле слышные голоса были напряженными и раздраженными.

— Мне не нравиться это твое предложение! — рассерженный голос Белых разнесся чуть сильнее, из-за того, что она явно себя контролировать стала меньше чем за минуту до этого.

— А что есть идеи получше? — голос Борисова был настойчивее и тише, так что Белов его еле расслышал, на самой границе понимания.

Но подходить ближе что бы лучше слышать их разговор было нельзя из-за опасности раскрытия своего присутствия. А присутствовать Алексею резко захотелось сильнее чем раньше, когда он думал, что Борисов и Белых, это решившаяся уединиться от лишних глаз влюбленная парочка. Пока он подкрадывался к ним, ему даже казалось уже неоспоримым то что он нашел причину её ненависти к нему. Влюбленная в Борисова она набросилась на него из-за его конфликта с Алексеем. Это все ложилось в стройную теорию. Но вот обрывки фраз и не намекали на некую влюбленную интимность их встречи. И это заставило Белова опешить и очень удивиться. Их встреча в теснине парка, вдали от глаз, наедине могла бросить такую тень на репутацию Белых, если бы их кто ни будь обнаружил, что можно было только диву даваться как она на это решилась и по какой причине.

— Ну что? Идеи еще есть? — не дождавшись ответа Белых, её поторопил Борисов.

— У меня нет идей. Но и то что ты предлагаешь это же низко. — голос Белых был похож скорее на фырканье.

— Низко? А ты что думаешь, что теперь Николаевский сможет сам как-то отомстить? Он что будет жить с этим позором? — голос Борисова тоже повысился. На что Лидия только охнула. И на долгую минуту между ними повисла тяжелая тишина. Каждый думал о чем-то своём.

А Белов осознал, что его предположения о романтических отношениях между Борисовым и Белых были ошибочными. Влюбленность была, вот только эта дурочка была похоже влюблена в Максима Николаевского, и именно из-за страха о его предстоящей дуэли проявилась её озлобленность. Алексей одернул себя, начавшего оправдывать её поведение тогда в классе стройными логическими выкладками. Он не вёл себя неподобающе. Он не давал повода так с собой разговаривать. Женщина должна вести себя достойно и верить в своего мужчину. И кому как не аристократке знать об этом. А тем временем разговор продолжился, скорее всего за эту минуту тишины Белых приняла для себя окончательное решение.

— Хорошо. Я согласна тебе помочь. — она