Повелитель гоблинов. Том 8 - Андрей Мельник

случае, если мы сумеем закрепиться. Спартак доберётся туда дней через десять, и не факт, что его встретят с радостью, хоть он и везёт с собой грыбное пыво и настойки всякие, вроде бухляка. Там густо заселено. Дионис говорил о троих избранных, которые делят регион между собой. Они друг друга терпеть не могут, но стоит им увидеть наш легион на горизонте, и может случиться чудо… Общий враг объединяет даже заклятых конкурентов. Пара тысяч ополченцев из них выйдет запросто.

— Если там настолько опасно, может, стоило объединить легионы? — вставила Миори. — Шрам на западе столкнётся в основном с разрозненными поселениями. Его легион можно было бы перенаправить на поддержку Спартака.

Я покачал головой.

— Мысль мне в голову приходила. Но подумай сама: у нас профессиональная армия. Два с лишним месяца тренировок, снаряжение, дисциплина, маги, варги, пауки с муравьями, ядовитые стрелы, арбалеты, осадные орудия. Если вся эта машина спасует перед кучкой ополченцев, которые вчера палкой-ковырялкой землю вспахивали, это будет означать одно: мы переоцениваем себя и недооцениваем противников. Нам это нужно понять сейчас, а не потом, когда с моря придёт настоящая угроза. В любом случае это дело военного совета, и я лично прилечу и проконтролирую ход дел, когда придёт время. Так что не переживай.

Миори промолчала, но прищурилась. Кетры упрямы, и эта красотка не исключение. Ещё вернётся к разговору со своим мнением и советом, я её знаю.

Я перевёл взгляд на Эйнштейна:

— А теперь поговорим об умниках… По моим прикидкам, если оптимизировать график исследований и кое-что подкрутить, мы можем ускорить темп изучения технологий процентов на двадцать. У нас осталось девять неизученных технологий. При нынешней скорости — это около сорока пяти дней работы. Ускорение сэкономит дней десять. И для этого нужно будет усилить лично тебя.

Эйнштейн сразу же изменился в лице и начал смешно шевелить ушами.

— Интеллект главного учёного напрямую влияет на скорость исследований. Руководители научных кварталов в других городах тоже дают свою долю, пусть и скромную. Если одеть всех вас в артефакты на Интеллект, суммарная прибавка не будет колоссальной, но даже несколько процентов ускорения компенсируют дни работы. Вопрос в снаряжении.

Эйнштейн виновато развёл руками:

— Повелитель, я бы с радостью, но у меня из вещей — всё то, что на мне. Негусто, но я и этому рад.

— Вот и решим это. Веру мы копим, но мёртвым грузом она лежать не должна. Пара эпических артефактов на Интеллект для тебя и комплекты попроще для руководителей в других городах. И себе закажу полный набор вещей на Интеллект для повседневного ношения. Божественное согласие я получил, Карамелька, Тали и другие жрецы уведомлены, начинают работать.

Тали при упоминании своего имени коротко кивнула, подтверждая мои слова.

Эйнштейн резко подскочил со стула, поклонился раз, другой, третий, бормоча слова благодарности:

— Повелитель, это… Это замечательно! Мы познаем все загадки этого мира! Все тайны будут раскрыты! Наука восторжествует!

— Сядь, — рукой указал я на стул. — Я не договорил ещё… Самое важное: как только последняя технология Античности будет изучена, все до единого научные кварталы во всех городах закрываются. Исследования технологий прекращаются полностью и, желательно, синхронно.

Энтузиазм Эйнштейна сразу поубавился. Он медленно опустился на стул и спросил разочарованно: «Почему так?».

— Мы не можем перейти в новую эпоху, пока не начнём строительство Садов, — начал я объяснять. — А для них нам нужно ещё многое подготовить. А значит, будет пауза, и целая армия умников останется без привычной работы. Важно заранее понять, куда их направить, чтобы не слонялись без дела. Мастерские нуждаются в свежих чертежах, школы ждут наставников. И совершенствование уже имеющихся технологий не менее важно, чем открытие новых. Я хочу, чтобы учёные не сидели без дела, а занялись прикладными задачами.

Я глянул мельком на Брупа.

— Вот тебе конкретный пример. Телеги. Меня достали жалобы на повозки, которые разваливаются на ходу. Поставки мрамора задержались больше чем на сутки, а в Мраморном оазисе скопились излишки, которые мы не можем вывезти. Нужны новые решения. Улучшить конструкцию, сделать надёжнее, дешевле, проще. Вариантов хватает, кому-то нужно ими заняться, а не ждать озарения во сне.

Эйнштейн заметно собрался:

— Понимаю вашу тревогу, повелитель. Я организую работу.

— И ещё… — Я выдержал паузу, оглядывая собравшихся. — На время технологической паузы, которая продлится до самого начала строительства Висячих Садов, ты, Эйнштейн, станешь главой совета и будешь помогать мне в управлении империей. Мне нужен кто-то с аналитическим складом ума и способностью держать в голове десять задач одновременно.

Хобгоблин выпрямился и прижал кулак к груди:

— Я горд этой честью, повелитель.

Выглядел он при этом скорее испуганным, чем гордым, но это нормально. Управлять научным кварталом и управлять империей — дела настолько разные, что проще перечислить то, чем они похожи.

Я поднялся, отодвинул стул и подошёл к окну. Стекло, вставленное в деревянную раму, было неровным, чуть мутноватым, с пузырьками воздуха по краям. Продукция нового стекольного квартала, первый приличный результат после открытия стеклодувного дела. Если присмотреться, сквозь него можно разглядеть крыши домов и верхушку Древа Мира, качающуюся на ветру. Я постучал по стеклу костяшками пальцев, убедился, что оно не рассыпалось, и повернулся к своим соратникам.

— И последняя на сегодня тема для вас, дамы и господа… — Я обвёл взглядом каждого. — Мы создаём империю. Строим города, прокладываем дороги, отправляем легионы, копим ресурсы, планируем строительство Врат и чудес света. Но мы до сих пор ни разу не обсудили одну мелочь… Как империя будет называться?

Повисло напряжённое молчание, и все переглянулись. Эйнштейн открыл было рот, но я опередил его.

— Не спешите предлагать. Подумайте как следует. Как вернусь из эльфийской рощи, мы это обсудим.

Совет был окончен. Все свернули свои бумаги, Миори аккуратно сложила папирусы в тубус, Болт забрал свои наброски и помог Тали выйти из зала совета.

Пора решить эльфийский вопрос.

Глава 16

Глава 15 и 16 заменили местами.

Луна ждала меня на площади перед статуей, свернувшись клубком и лениво поглядывая на гоблинов, которые старательно обходили её по широкой дуге. К счастью, она перестала так быстро расти, так что хоть какой-то проход на этой когда-то казавшейся огромной площади ещё оставался. Её прекрасная серебряная чешуя переливалась на солнце, и вся картина выглядела невероятно умиротворяющей и ленивой.

Прости, дорогая, но твою законную лень мне придётся прервать. Даже несмотря на то, что ты сама всю ночь работала, покрывая серебром у монетного двора деревянные заготовки. Позже с них собьют металл, переплавят и выпустят монеты.

Сам монетный